“И все же небо становится ближе…”

“И все же небо становится ближе…”

(2 голоса5.0 из 5)

Диа­кон Андрей Кура­ев о тай­нах Апокалипсиса.

Недав­но вышла в свет кни­га отца Андрея “О нашем пора­же­нии” с раз­мыш­ле­ни­я­ми авто­ра об Анти­хри­сте и кон­це све­та. Эта кни­га, в кото­рой отсут­ству­ют “апо­ка­лип­ти­че­ская” исте­рия и нагне­та­ние стра­стей, вызва­ла боль­шой инте­рес самой широ­кой чита­тель­ской пуб­ли­ки. Поэто­му мы и реши­ли обра­тить­ся к отцу Андрею с прось­бой отве­тить на вол­ну­ю­щие мно­гих вопро­сы – что такое конец све­та, цар­ство Анти­хри­ста, Апокалипсис?

Диа­кон Андрей КУРАЕВ — про­фес­сор Мос­ков­ско­го Свя­то-Тихо­нов­ско­го Бого­слов­ско­го инсти­ту­та, стар­ший науч­ный сотруд­ник кафед­ры фило­со­фии рели­гии и рели­гио­ве­де­ния фило­соф­ско­го факуль­те­та МГУ. Кан­ди­дат фило­соф­ских наук, кан­ди­дат бого­сло­вия. Автор мно­гих книг и ста­тей на рели­ги­оз­но-фило­соф­ские темы.

Корр.: Отец Андрей, обыч­но конец све­та свя­зы­ва­ют с при­хо­дом Анти­хри­ста. Кого толь­ко не назы­ва­ли Анти­хри­стом — Пет­ра I, Лени­на, Ста­ли­на и даже Гор­ба­че­ва. А кто такой Анти­христ в цер­ков­ном пони­ма­нии, чего от него ждать?

О.А.: Во-пер­вых, апо­стол Иоанн в сво­их Посла­ни­ях (не в “Апо­ка­лип­си­се”) гово­рит, что анти­хри­стов мно­го. В этом смыс­ле анти­христ с малень­кой бук­вы — это любой чело­век, кото­рый нахо­дит­ся в состо­я­нии актив­ной борь­бы с Церковью.

Во-вто­рых, соб­ствен­но Анти­христ — это зер­каль­ное отра­же­ние Хри­ста. Вооб­ще, для антич­ной и сред­не­ве­ко­вой куль­ту­ры зер­ка­ло — очень стран­ный пред­мет, в кото­ром есть что-то непра­виль­ное. В энцик­ло­пе­дии “Мифы наро­дов мира” поме­ще­на ста­тья об Анти­хри­сте, кото­рую сопро­вож­да­ет хоро­шая иллю­стра­ция — фрес­ка из одно­го ита­льян­ско­го собо­ра эпо­хи Воз­рож­де­ния, где изоб­ра­жен Анти­христ, сто­я­щий посре­ди тол­пы. Этот анти­христ внешне очень похож на Хри­ста: у него одеж­да Хри­ста, воло­сы Хри­ста, при­чес­ка Хри­ста, и лицо, в общем-то, Хри­ста. Раз­ли­ча­ет­ся лишь одна деталь — у него злые-злые глаза.

Не нуж­но забы­вать, что при­став­ка “анти” в гре­че­ском язы­ке озна­ча­ет не толь­ко “про­тив”, а еще и “вме­сто”. Анти­христ при­хо­дит ВМЕСТО Хри­ста, т.е. под­ме­ня­ет собой Хри­ста. И что­бы такая под­ме­на мог­ла про­изой­ти, он дол­жен быть очень похож на Хри­ста. Здесь есть неко­то­рое зер­каль­ное подо­бие: у Хри­ста было три с поло­ви­ной года зем­ной про­по­ве­ди, зем­но­го слу­же­ния. Апо­ка­лип­сис гово­рит, что точ­но так же три с поло­ви­ной года будет длить­ся зем­ное вла­ды­че­ство Анти­хри­ста. У Хри­ста были чуде­са, — несо­мнен­но анти­христ будет “тво­рить чуде­са”. У Хри­ста были Свои уче­ни­ки, была Своя Цер­ковь, — конеч­но же и у Анти­хри­ста будет свое сооб­ще­ство. Хри­стос был уни­вер­саль­но открыт, несо­мнен­но Анти­христ тоже будет уни­вер­саль­но открыт, и тоже будет готов под­чи­нить сво­ей вла­сти, сво­е­му “еван­ге­лию” все куль­тур­ные, наци­о­наль­ные и рели­ги­оз­ные тра­ди­ции, каж­дую из них, конеч­но, пере­тол­ко­вав по-своему.

Подо­бий очень мно­го. Но, как гово­рит Честер­тон, если чело­век, кото­ро­го не инте­ре­су­ет содер­жа­ние, возь­мет, ска­жем, две газе­ты, одна из кото­рых назы­ва­ет­ся “Ате­ист”, а дру­гая “Като­лик”, то он най­дет, что у них мно­го обще­го: оди­на­ко­вые маке­ты, напе­ча­та­ны с помо­щью одной и той же тех­но­ло­гии, есть сооб­ще­ния, есть редак­ци­он­ные ста­тьи, а так­же стра­нич­ки фелье­то­нов и ново­стей. С точ­ки зре­ния струк­ту­ра­лиз­ма все очень похо­же, но было бы боль­шой ошиб­кой сде­лать вывод, что ате­изм и като­ли­че­ство — это одно и то же. Так же и в нашем вопро­се — внеш­ние сто­ро­ны будут похо­жи. Раз­ни­ца же в наме­ре­ни­ях. Ради чего Хри­стос отка­зы­ва­ет­ся от зем­ной вла­сти? Ради чего Анти­христ ее берет? Наме­ре­ния ока­жут­ся противоположными.

Корр.: Зна­чит, Анти­христ — это будет кон­крет­ный чело­век, обла­да­ю­щий, к тому же, еще и огром­ной мир­ской властью?

О.А.: Да. Я пола­гаю, что Анти­хри­ста мож­но опи­сать с помо­щью отри­ца­тель­но­го бого­сло­вия. Мы зна­ем, что было с Хри­стом, и от это­го мож­но заклю­чить, что про­изой­дет с Анти­хри­стом. Вот мы видим три иску­ше­ния Хри­ста, вели­ко­леп­ное тол­ко­ва­ние кото­рых дал Ф.М. Досто­ев­ский в “Леген­де о Вели­ком Инкви­зи­то­ре” — иску­ше­ние хле­бом, иску­ше­ние вла­стью, иску­ше­ние чудом. Вот эти три иску­ше­ния, кото­рые отверг Хри­стос, их, оче­вид­но, Анти­христ и при­мет. Он при­мет власть над чело­ве­че­ски­ми душа­ми через чуде­са, власть над чело­ве­че­ски­ми отно­ше­ни­я­ми через при­ня­тие рыча­гов зем­но­го управ­ле­ния, власть над тела­ми через кон­тро­ли­ро­ва­ние меха­низ­мов рас­пре­де­ле­ния зем­ных благ. Кста­ти ска­зать, это послед­нее — пре­уве­ли­чен­ный инте­рес к сфе­ре рас­пре­де­ле­ния — и поз­во­ля­ло Ф.Достоевскому подо­зре­вать Анти­хри­ста в иде­а­лах социализма.

Корр.: Озна­ча­ют ли Ваши сло­ва то, что цар­ство Анти­хри­ста будет пред­став­лять собой некую гло­баль­ную над­го­су­дар­ствен­ную струк­ту­ру, нечто вро­де миро­во­го правительства?

О.А.: Посколь­ку Анти­христ идет, что­бы пре­льстить “аще воз­мож­но и избран­ных”, это озна­ча­ет, что пред­ме­том его спе­ци­аль­но­го инте­ре­са будет кон­троль над жиз­нью тех, кто ему опа­сен, т.е. кон­троль над жиз­нью ХРИСТИАН. Для того, что­бы Цар­ство Анти­хри­ста мог­ло вполне достичь сво­их целей, необ­хо­ди­мо будет про­ве­сти мар­ги­на­ли­за­цию хри­сти­ан­ства с после­ду­ю­щим его выпа­ри­ва­ни­ем, уни­что­же­ни­ем. А для это­го нет нуж­ды рыча­ги сво­ей зем­ной вла­сти в бук­валь­ном смыс­ле рас­про­стра­нять на все тер­ри­то­рии Земли.

Корр.: Но зна­чит ли это все-таки, что нехри­сти­ан­ские наро­ды изна­чаль­но обречены?

О.А.: Это та ситу­а­ция, в кото­рой неиз­вест­но, да или нет. То есть мож­но про­ве­сти аргу­мен­ты в поль­зу “да” и в поль­зу “нет”.

Пусть даже вопрос поста­вим так: спа­сут­ся ли нехри­сти­ане? Думаю, что вопрос этот может быть открыт до тех пор, пока убеж­де­ния нехри­сти­а­ни­на не вошли в созна­тель­ное, пря­мое про­тив­ле­ние Евангелию.

Корр.: Вы упо­мя­ну­ли чуде­са, но ведь боль­шин­ство совре­мен­ных раци­о­на­ли­стов вооб­ще счи­та­ют, что все это “бабуш­ки­ны сказки”…

О.А.: Чест­но гово­ря, я уже дав­но забыл, как выгля­дят “совре­мен­ные раци­о­на­ли­сты”. Мне встре­ча­ют­ся совре­мен­ные анти­хри­сти­ане, совре­мен­ные свет­ски мыс­ля­щие люди, но раци­о­на­лиз­мом там, как пра­ви­ло, почти не пах­нет. Это вид­но хотя бы из того, что с тем же пафо­сом, с кото­рым эти, яко­бы раци­о­на­ли­сты, будут при­ди­рать­ся к каж­дой запя­той в биб­лей­ских текстах, с тем же самым пафо­сом, толь­ко поме­няв знак его, они будут при­ни­мать самые стран­ные ска­за­ния о чуде­сах, кото­рые про­ис­хо­дят за рам­ка­ми Церк­ви. Ска­жем, оккуль­тизм, экс­тра­сен­со­ри­ка и про­чее. Так что, увы, но про­стым раци­о­на­лиз­мом в наше вре­мя люди совер­шен­но не стра­да­ют. Наобо­рот, я сожа­лею, что из совре­мен­но­го оби­хо­да ушло такое заме­ча­тель­ное сло­веч­ко, кото­рое при­сут­ство­ва­ло в уни­вер­си­тет­ской и ака­де­ми­че­ской сре­де про­шло­го деся­ти­ле­тия. Когда какой-нибудь сту­дент, дис­сер­тант или про­сто пре­по­да­ва­тель выдви­гал некий тезис, то его стар­ший кол­ле­га (про­фес­сор или науч­ный руко­во­ди­тель) гроз­но про­сти­рал перст впе­ред и суро­вым голо­сом гово­рил: “Обос­нуй­те!”. И мне искренне жаль, что это сло­во сего­дня исчез­ло из нашей жиз­ни. Я как раз убеж­ден, что совре­мен­но­му мыш­ле­нию не хва­та­ет рационализма.

Корр.: Что, в конеч­ном ито­ге, слу­жит на руку гря­ду­ще­му Антихристу?

О.А.: Конеч­но. Власть над душа­ми, т. е. соб­ствен­но власть рели­ги­оз­ная, это будет, есте­ствен­но, власть син­кре­ти­че­ская, кото­рая попы­та­ет­ся создать некий сур­ро­гат реаль­ных исто­ри­че­ских рели­гий через их заме­ну “пустыш­ка­ми”. Неко­то­рые внеш­ние фор­мы оста­нут­ся, но при­дет совер­шен­но дру­гое содер­жа­ние. Вооб­ще, если чело­век ищет общий зна­ме­на­тель раз­ных фило­соф­ских систем, то в резуль­та­те полу­чит ноль. Попро­буй­те взять, напри­мер, гре­че­скую антич­ную фило­со­фию и най­ти в ней хотя бы одну идею, с кото­рой согла­ша­лись бы все гре­че­ские фило­со­фы. Так вот, гаран­ти­рую Вам, что такой идеи про­сто нет. То же самое и в индий­ской фило­со­фии. Толь­ко изда­ле­ка кажет­ся, что индий­ская фило­со­фия есть нечто целост­ное. Ниче­го подоб­но­го. Это тоже двух­ты­ся­че­лет­няя исто­рия спо­ров, свар, бес­ко­неч­ных дис­кус­сий, сво­ей схо­ла­сти­ки, бес­ко­неч­но­го дроб­ле­ния и т.д. Поэто­му если мы еще и все вме­сте объ­еди­ним, доба­вим евро­пей­скую фило­со­фию, хри­сти­ан­скую фило­со­фию, китай­скую и попро­бу­ем выжать отту­да нечто общее — у нас ниче­го пут­но­го не полу­чит­ся! То же самое мож­но ска­зать и о рели­ги­ях: из них нель­зя выве­сти общий зна­ме­на­тель. Он будет пустой, совер­шен­но неин­те­рес­ный, искус­ствен­ный. Но вот если у кого-то есть стрем­ле­ние к тому, что­бы под бла­го­вид­ным пово­дом ИЗБАВИТЬСЯ от рели­гий, тогда это может сра­бо­тать, пото­му что каж­дый чело­век ощу­ща­ет, что рели­гия несет в себе еще и какую-то угро­зу для него, что это импе­ра­тив, тре­бо­ва­ние обнов­ле­ния жиз­ни, тре­бо­ва­ние слу­же­ния. Дале­ко не каж­до­му это­го хочет­ся. Но ска­зать об этом чест­но и пря­мо — тоже не все могут.

У Иоси­фа Брод­ско­го есть заме­ча­тель­ная строч­ка: “Неве­рье — сле­по­та, но чаще свин­ство”. Я могу с этим совер­шен­но согла­сить­ся. В моей жиз­ни лишь раз один юно­ша чест­но при­знал­ся в при­чине сво­е­го уда­ле­ния от Церк­ви. Когда мы с ним на интел­лек­ту­аль­ном уровне все более-менее выяс­ни­ли, он заявил: “Нет, я все рав­но кре­стить­ся не буду, так как мне тогда при­дет­ся с жен­щи­на­ми рас­стать­ся, поэто­му не хочу” (надо заме­тить, что затем, уже закон­чив инсти­тут, он женил­ся и при­шел-таки в Цер­ковь). А в основ­ном люди дума­ют, что в Цер­ковь не пус­ка­ет имен­но голо­ва, а совсем не дру­гое место. И поэто­му счи­та­ют, что луч­ше некую вошь в голо­ве заве­сти, кото­рая объ­яс­ня­ла бы мне поче­му я в Цер­ковь не иду, поче­му с Еван­ге­ли­ем не согла­ша­юсь. И здесь натас­ки­ва­ют вся­кий мусор в голо­ву: “Я бы пошел, при­нял бы ваше­го Бога, да вошь ска­за­ла, что нельзя”.

Поэто­му, хоть Хри­стос и гово­рил: “При­ди­те ко мне, труж­да­ю­щи­е­ся и обре­ме­нен­ные, и Я успо­кою вас”, на самом-то деле Он испол­нял совер­шен­но дру­гую соци­аль­ную, пси­хо­ло­ги­че­скую, пси­хо­те­ра­пев­ти­че­скую рабо­ту — Он будо­ра­жил, Он взры­вал. Взры­вал мещан­ский мирок, покой души, фари­сей­ской само­до­ста­точ­но­сти. С этой точ­ки зре­ния вполне спра­вед­ли­во во Хри­сте видеть бун­та­ря. В Еван­ге­лии хри­сти­ане назва­ны “солью зем­ли”, а если при этом “зем­ля” (т.е. мы) боль­ны, пред­ставь­те себе реак­цию ране­но­го орга­низ­ма на соль!

Корр.: И все же обыч­но хри­сти­ан­ство вос­при­ни­ма­ет­ся как рели­гия люб­ви. И тут вдруг Апо­ка­лип­сис. Откро­ве­ние Иоан­на Бого­сло­ва со сво­и­ми страш­ны­ми кар­ти­на­ми. Про­изо­шло даже некое изме­не­ние смыс­ла само­го сло­ва. Ведь сло­во “апо­ка­лип­сис” озна­ча­ет все­го лишь “откро­ве­ние”, то есть оно, в прин­ци­пе, не несет еще ника­ких страш­ных кар­тин само по себе, тогда как вос­при­ни­ма­ет­ся отнюдь не ней­траль­но… Не гово­ря уже о при­ла­га­тель­ном “апо­ка­лип­ти­че­ский”, за кото­рым сто­ит уже нечто совсем страш­ное, гово­ря­щее об ужас­ном кон­це све­та. Кара­ю­щий меч послед­них времен…

О.А.: Может быть, это и меч. Хотя я вижу здесь совер­шен­но дру­гой образ: таран. Таран, кото­рый про­би­ва­ет кре­пост­ные воро­та. Дело здесь вот в чем: вра­та ада, как извест­но, запер­ты изнут­ри. Не Бог нас запи­ра­ет в некий конц­ла­герь веч­ных мук, веч­но­го пол­убы­тия, а мы сами запи­ра­ем­ся от Него изнут­ри. При­чем, запи­ра­ем­ся по-раз­но­му. Есть запо­ры, кото­рые сра­ба­ты­ва­ют совер­шен­но понят­но: когда я сам хочу, то под­хо­жу к две­ри и ее запи­раю. А быва­ет так что две­ри защел­ки­ва­ют­ся про­сто от сквоз­ня­ка. Может быть, я и не прочь был бы вый­ти, но защелк­ну­лась дверь. В обще­стве, в чело­ве­че­ской душе гуля­ют такие сквоз­ня­ки, захло­пы­ва­ю­щие две­ри, через кото­рые мы мог­ли бы вый­ти к Богу. Осо­бен­но в послед­ние сто­ле­тия обще­ствен­ная жизнь людей стро­ит­ся так, что быть хри­сти­а­ни­ном все слож­нее… Какие-то защел­ки, почти что сти­хий­но воз­ни­ка­ют в обще­стве, и суще­ству­ют, порой даже неви­ди­мо. Посколь­ку мы их не видим, то и не ощу­ща­ем, насколь­ко они нас бло­ки­ру­ют. А так как мы не ощу­ща­ем, что они нас бло­ки­ру­ют, то и не чув­ству­ем, что они лиши­ли нас сво­бо­ды. Соот­вет­ствен­но, у нас не рож­да­ет­ся бунт про­тив них… Точ­нее, бунт ино­гда может рож­дать­ся, но он, как пра­ви­ло, выли­ва­ет­ся в совер­шен­но иди­от­ские фор­мы типа нар­ко­ти­ков, само­убийств и т.д. Люди не пони­ма­ют, про­тив чего надо бунтовать.

Так мы поне­мно­гу при­вы­ка­ем к нашей тем­ни­це, и когда окон­ча­тель­но при­вык­нем, когда наш мирок ока­жет­ся совсем изо­ли­ро­ван­ным и замкну­тым, вот тогда извне и раз­даст­ся этот стук тара­на. Ведь изнут­ри все уже будет выжже­но, нечем будет дышать. Поэто­му к нам, в наш зато­нув­ший мирок спа­са­тель­ной коман­де нуж­но будет про­би­вать­ся извне, что­бы все-таки дать нам воз­мож­ность дышать све­жим воз­ду­хом. Самое печаль­ное здесь то, что эта спа­са­тель­ная опе­ра­ция, кото­рую совер­шит Хри­стос в кон­це исто­рии, может быть успеш­на толь­ко отча­сти, пото­му что Хри­стос в силах сло­мать те запо­ры, кото­рые воз­ник­ли, как бы непро­из­воль­но, по прин­ци­пу “так полу­чи­лось”. Но Он нико­гда не будет взла­мы­вать дверь той души, кото­рая созна­тель­но не хоте­ла Его при­ни­мать. В этом смыс­ле неред­ко гово­рят, что Хри­стос — джентль­мен: Он нико­гда не вой­дет без сту­ка и без согла­сия хозя­и­на. Тако­го рода запо­ры Гос­подь силою не может раз­ру­шать. Эти запо­ры, под­черк­ну, не соци­аль­но-исто­ри­че­ские, а то, что внут­ри чело­ве­ка, сам чело­век. Здесь Хри­стос отка­зы­ва­ет­ся от Сво­е­го все­мо­гу­ще­ства и изби­ра­ет путь бессилия.

Исхо­дя из это­го, мож­но пола­гать, что люди (отча­сти про­из­воль­но, отча­сти непроизвольно)создадут такое обще­ство, в кото­ром они поте­ря­ют глав­ную сво­бо­ду — сво­бо­ду быть с Богом… И тогда Бог к ним про­рвет­ся, и про­рвет­ся Сам, но если при этом обна­ру­жит­ся, что кто-то созна­тель­но хочет быть сиро­той, то он таким и оста­нет­ся. Имен­но в этом смыс­ле спа­са­тель­ная мис­сия Хри­ста не может быть дове­де­на до кон­ца, до все­об­ще­го, абсо­лют­но­го, тоталь­но­го успе­ха. Про­сто пото­му, что мало бро­сать спа­са­тель­ный круг уто­па­ю­ще­му, нуж­но, что­бы уто­па­ю­щий хотел за него заце­пить­ся. А если он само­убий­ца, то сколь­ко ни бро­сай — все будет бесполезно.

Корр.: Отец Андрей, для совре­мен­но­го чело­ве­ка обра­зы Апо­ка­лип­си­са — страш­ные всад­ни­ки, тру­бя­щие анге­лы — никак не соот­но­сят­ся с его реаль­ной жиз­нью. В чем тут при­чи­на: в глу­бо­ком скры­том сим­во­лиз­ме апо­ка­лип­си­че­ских обра­зов или в чем-то другом?

О.А.: Я думаю, что нам еще немнож­ко надо подо­ждать. Тогда Апо­ка­лип­сис, как и вся Биб­лия вновь ста­нет понят­нее. Дело в том, что Биб­лия — кни­га Церк­ви. В свою оче­редь, в жиз­ни Пра­во­слав­ной Церк­ви очень мно­гое опре­де­ля­ет­ся тем, что основ­ные ее чер­ты сло­жи­лись в эпо­ху позд­ней антич­но­сти. И ока­за­лось, что Апо­ка­лип­сис дает не одно, а сра­зу два отра­же­ния: в одних и тех же стро­ках он опи­сы­ва­ет жизнь пер­вых хри­сти­ан и — послед­них хри­сти­ан. Кажет­ся, Апо­ка­лип­сис — это кни­га о нас. Пра­во­сла­вие сфор­ми­ро­ва­лось в основ­ных сво­их прин­ци­пах цер­ков­ной жиз­ни в эпо­ху, когда хри­сти­ане жили в язы­че­ском мире. Поэто­му оно доста­точ­но хоро­шо при­спо­соб­ле­но к жиз­ни в мень­шин­стве и в язы­че­ском окру­же­нии. А затем хри­сти­ан ста­ло боль­шин­ство, и Цер­ковь замер­ла .в той цита­де­ли, кото­рую она себе созда­ва­ла во вре­ме­на тор­же­ства язы­че­ства. И очень мно­гое ста­ло не понят­но в про­шед­шие за тем века более или менее внеш­не­го благополучия…

Зна­е­те, Пра­во­сла­вие мож­но срав­нить с чере­паш­кой: если посмот­реть на это живот­ное, то сра­зу хочет­ся спро­сить: “За что ж тебя Бог так раз­де­лал?!” Но такой вопрос воз­ни­ка­ет толь­ко, если чере­паш­ка живет в школь­ном живом угол­ке. А если на нее посмот­реть в есте­ствен­ной сре­де оби­та­ния, то будет понят­но: если у чере­паш­ки такой тол­стый пан­цирь, зна­чит у кого-то слиш­ком ост­рые зуб­ки. Так вот, любо­му чело­ве­ку, при­ка­са­ю­ще­му­ся к хри­сти­ан­ству, ста­но­вит­ся заме­тен пара­докс: хри­сти­ан­ство — это рели­гия люб­ви, и при этом это един­ствен­ная дог­ма­ти­че­ская рели­гия мира. Под­чер­ки­ваю: не “одна из”, а про­сто ЕДИНСТВЕННАЯ дог­ма­ти­че­ская рели­гия мира. А дело здесь в том, что посколь­ку хри­сти­ан­ская весть о люб­ви была вестью сво­бо­ды, ее слиш­ком лег­ко было изна­си­ло­вать, слиш­ком лег­ко было пере­тол­ко­вать в язы­че­ских сте­рео­ти­пах. И надо было защи­щать­ся от этих лож­ных тол­ко­ва­ний. Вооб­ще, любой текст суще­ству­ет толь­ко в интер­пре­та­ции: каж­дый чита­ю­щий пони­ма­ет и тол­ку­ет текст по-сво­е­му. Поэто­му Еван­ге­лие есте­ствен­но нуж­да­лось в защи­те Пре­да­ни­ем, что­бы воль­ные, лож­ные интер­пре­та­ции были отторг­ну­ты и что­бы апо­столь­ское пони­ма­ние Хри­сто­вых слов — т.е. пони­ма­ние их теми людь­ми, кото­рые были со Хри­стом и кото­рых Он сам учил — не погас­ло в веках. С этой целью и воз­ни­ка­ют дог­ма­ты, кото­рые не столь­ко утвер­жда­ют нечто о Боге, сколь­ко отстра­ня­ют слиш­ком поспеш­ные, слиш­ком одно­ли­ней­ные концепции.

Так вот Пра­во­сла­вие как дог­ма­ти­че­ская систе­ма сфор­ми­ро­ва­лось в пер­вые века хри­сти­ан­ской эры, и затем оно в этой скор­луп­ке, в этом пан­ци­ре так и жило. И дожи­ло до наше­го вре­ме­ни. И тут вдруг ока­за­лось, что все это очень акту­аль­но, пото­му что вновь начи­на­ет­ся эра язы­че­ства, ново­го язы­че­ства, то, что назы­ва­ют “эрой Водо­лея”. Когда мир пред­по­чи­та­ет счи­тать года не от Рож­де­ства Хри­сто­ва, а по прин­ци­пу “год голу­бой сви­ньи” или “крас­но­го быка”, и поздрав­ле­ния с Новым Годом транс­фор­ми­ру­ют­ся в поздрав­ле­ния “с новым гадом”. Вот в это вре­мя Пра­во­сла­вие ока­зы­ва­ет­ся очень свое­вре­мен­ным. Более того, то, за что боль­ше все­го пре­зи­ра­ли и нена­ви­де­ли пра­во­слав­ных сто лет назад, сего­дня ока­зы­ва­ет­ся нуж­нее все­го людям. Ведь за что пре­зи­ра­ли: “У вас сплош­ные обря­ды, вы не про­по­ве­ду­е­те Еван­ге­лие”. А сего­дня ока­зы­ва­ет­ся, что мало Еван­ге­лие про­по­ве­до­вать, ока­зы­ва­ет­ся самое важ­ное — дать ту самую “энер­гий­ную”, если хоти­те, защи­ту, те самые обря­ды и цер­ков­ные Таин­ства. Сего­дня, когда нас на каж­дом шагу окру­жа­ют кол­ду­ньи, шама­ны и так далее, ока­зы­ва­ет­ся, что бла­го­дат­ный покров Таинств Церк­ви — это не про­сто иди­о­ма. Ока­за­лось, что при­зыв ко Хри­сту после Таин­ства При­ча­стия -“прой­ди во уды моя, во вся соста­вы, во утро­бу, в серд­це”, т.е. напол­ни Собой все части мое­го орга­низ­ма и моей души — это не про­сто мета­фо­ра, а УСЛОВИЕ ВЫЖИВАНИЯ чело­ве­ка в мире, в кото­ром “вся геен­на и прах вышли из под земли”.

И в этом смыс­ле ста­но­вит­ся понят­ным, поче­му Апо­ка­лип­сис рису­ет нам кар­ти­ну очень похо­жую на эпо­ху ран­ней хри­сти­ан­ской Церк­ви, где хри­сти­ан опять немно­гой их опять гонят, а вокруг тор­же­ству­ет зверь язы­че­ства. И Пра­во­сла­вие, в силу сво­ей “непо­во­рот­ли­во­сти”, ока­зы­ва­ет­ся в очень выгод­ной пози­ции в ту язы­че­скую эпо­ху, в кото­рую воз­вра­ща­ет­ся история.

Поэто­му я думаю, что ско­ро нам ста­нут понят­ны­ми эти пуга­ю­щие сим­во­лы духов­ной вой­ны добра и зла из кни­ги Апо­ка­лип­сис. Ока­зы­ва­ет­ся, что не толь­ко лас­ко­вым сло­вом бороть­ся надо. И допол­не­ни­ем к сло­ву про­по­ве­ди явля­ет­ся не меч инкви­зи­то­ра или кре­сто­нос­ца, а вот имен­но то самое бла­го­дат­ное “ору­жие” в руках Хри­ста, в руках Его Церк­ви. И тогда все эти апо­ка­лип­ти­че­ские всад­ни­ки ста­нут несколь­ко понят­нее. Ведь за совре­мен­ным нагро­мож­де­ни­ем оккульт­ных прак­тик сто­ит вполне опре­де­лен­ная реальность.

Корр.: Вы счи­та­е­те, что эти обра­зы ста­нут более понят­ны­ми, так как пре­вра­тят­ся в реаль­ные жиз­нен­ные картины?

О.А.: Совер­шен­но вер­но. То же самое могу ска­зать и о чис­ле зве­ря — трех шестерках… 

Корр.: Я вот в этой свя­зи хотел бы более кон­крет­ный вопрос задать. Дело в том, что стра­ни­цы мно­гих жур­на­лов и газет, вклю­чая пра­во­слав­ные, обо­шли рас­ска­зы о страш­ном ком­пью­те­ре “Зверь”, кото­рый нахо­дит­ся где-то в Брюс­се­ле, утвер­жде­ния, что штрих-код запад­ных това­ров содер­жит чис­ло зве­ря, и нако­нец, что на руку и на чело ско­ро-ско­ро будут ста­вить какие-то зна­ки… Или даже уже ста­вят где-то… Насколь­ко оправ­да­но такое под­черк­ну­то внеш­нее вос­при­я­тие апо­ка­лип­ти­че­ской символики?

О.А.: На этот вопрос у меня нет одно­знач­но­го отве­та С одной сто­ро­ны, по сло­вам Апо­сто­ла Пав­ла, “идол в мире есть ничто”. И поэто­му для хри­сти­а­ни­на: “если Бог с нами — кто про­тив нас?” Эти внеш­ние идо­ло­жерт­вен­ные и оккульт­ные зна­ки над ним не будут иметь вла­сти. Но с дру­гой сто­ро­ны, Пра­во­сла­вие — это рели­гия с очень целост­ным виде­ни­ем чело­ве­ка. Здесь душа от тела неот­де­ли­ма, внут­рен­нее неот­де­ли­мо от внеш­не­го. Поэто­му вся хри­сти­ан­ская тра­ди­ция, осо­бен­но ран­не­хри­сти­ан­ская, пол­на пре­ду­пре­жде­ни­я­ми — “бой­тесь, бой­тесь даже во внеш­нем грешить”.

Ска­жем, язы­че­ские сле­до­ва­те­ли, чинов­ни­ки пред­ла­га­ли хри­сти­а­нам — серд­цем, пожа­луй­ста, верь во Хри­ста, но про­сто сде­лай чисто фор­маль­ный жест, жерт­во­при­но­ше­ние перед ста­ту­ей язы­че­ско­го бога, офи­ци­аль­но­го бога импе­рии. Хри­сти­ане отка­зы­ва­лись делать этот жест, пред­по­чи­тая идти на смерть. Поэто­му, слу­хи о духов­но­сти хри­сти­ан­ства силь­но пре­уве­ли­че­ны: хри­сти­ан­ство ценит культ и куль­ти­ви­ру­ет даже эти­кет внеш­них жестов. Мы зна­ем, что и одеж­да чело­ве­ка может ска­зать­ся на его настро­е­нии, на его мане­рах. Пост — вро­де про­сто дие­та, вро­де бы все­го лишь кули­на­рия — ока­зы­ва­ет­ся тоже может быть свя­зан с искрен­но­стью, сер­деч­но­стью пока­я­ния, само­го внут­рен­не­го духов­но­го дела. Поэто­му не исклю­че­но, что неко­то­рое зер­каль­ное “чудо” про­изой­дет и здесь: через мате­ри­аль­ное воз­дей­ствие в душу про­ник­нет нечто сто­рон­нее, чужое.

И все же, мне дума­ет­ся, не надо так деше­во ценить свою душу. Поче­му, отку­да такое пред­по­ло­же­ние, что если чело­ве­ку какую-нибудь печать поста­ви­ли в пас­пор­те или даже на руке, то этот зна­чок у чело­ве­ка сво­бо­ду отни­мет? Раз­ве может что-то такое отнять у меня Хри­ста? Про­сто надо пом­нить, что НИЧТО не может нас отлу­чить от жиз­ни во Хри­сте Иису­се, ни буду­щее, ни гря­ду­щее, ни нача­ла, ни вла­сти, ни анге­лы, никто не может отлу­чить. Но неуже­ли какая-то печат­ка будет силь­нее, чем Любовь Божия, силь­нее, чем все те инстан­ции, кото­рые пере­чис­ля­лись Апо­сто­лом Павлом?

Ну а что каса­ет­ся чис­ла 666, то я не вижу в нем мисти­ки. Про­сто пото­му, что это чис­ло при­во­дит­ся в кни­ге, кото­рая назы­ва­ет­ся “Апо­ка­лип­сис”, т.е. Откро­ве­ние. Вооб­ще, зада­ча про­ро­ков все­гда была откры­вать волю Божью, воз­ве­щать ее, а не пря­тать и скры­вать. Это чис­ло дает­ся нам для того, что­бы мы узна­ли анти­хри­ста, а не для того, что­бы помочь ему спря­тать­ся. А что каса­ет­ся штрих-кодов, то я не стал бы при­да­вать им столь­ко зна­че­ния, тем более, что здесь мно­го искус­ствен­ных тол­ко­ва­ний на эту тему…

Воз­вра­ща­ясь к вопро­су о печа­ти на руку и чело, заме­чу, что для пра­во­слав­ной тра­ди­ции харак­тер­но алле­го­ри­че­ское, духов­ное пони­ма­ние это­го места Апо­ка­лип­си­са. В Биб­лии, вооб­ще, тра­ди­ци­он­но дес­ни­ца, рука обо­зна­ча­ет образ дея­тель­но­сти. А чело — это образ мыс­лей чело­ве­ка. Поэто­му, когда анти­христ ста­вит эти две печа­ти, он начи­на­ет про­из­во­дить кон­троль над обра­зом мыс­лей чело­ве­ка и обра­зом его дея­тель­но­сти. И это совер­шен­но спра­вед­ли­во в том смыс­ле, что анти­христ как зем­ной пра­ви­тель берет на себя кон­троль над тка­нью соци­аль­ных отно­ше­ний, а через систе­му мас­со­вой инфор­ма­ции и систе­му обра­зо­ва­ния он кон­тро­ли­ру­ет идео­ло­гию обще­ства и тем самым вли­я­ет на разум людей.

Мас­со­вый чело­век, чело­век “тол­пы” послед­них вре­мен будет вос­пи­тан и сфор­ми­ро­ван так, что для Хри­ста в его жиз­ни про­сто не будет места. Это будет ему не инте­рес­но, пото­му что, во-пер­вых, само обще­ство не будет ста­вить вопро­сы о Хри­сте, а во-вто­рых оно будет пред­ла­гать слиш­ком поспеш­ные отве­ты на них. Начи­ная от того, что Хри­стос — про­сто вели­кий цели­тель древ­но­сти, “Кашпи­ров­ский” пер­во­го века, или же это один из ино­пла­не­тян, кото­рые к нам при­ле­та­ют, а может, и один из махатм, но нам до него дела нет…

Впро­чем, это каса­ет­ся во мно­гом и пра­во­слав­ных, пото­му что в пра­во­слав­ном мире под­час ответ на вопрос “что зна­чит быть хри­сти­а­ни­ном” пора­жа­ет сво­ей при­ми­тив­но­стью… Неред­ко сего­дня мы видим людей, кото­рые выда­ют фра­зы типа: “Я ате­ист, но при этом я рус­ский, а зна­чит пра­во­слав­ный”. Или наобо­рот: “Я пра­во­слав­ный, но, я, конеч­но, ате­ист”. Конеч­но, такая редук­ция хри­сти­ан­ства к этно­гра­фии не соот­вет­ству­ет Хри­сту, но она будет очень близ­ка замыс­лам антихриста.

Мне кажет­ся, что об этом тоже есть утвер­жде­ние в Апо­ка­лип­си­се — в чело­ве­че­ском обще­стве созре­ет такая систе­ма меж­че­ло­ве­че­ских отно­ше­нии, такая идео­ло­ги­че­ская систе­ма, в кото­рой труд­но будет рас­слы­шать вопрос о Хри­сте, а еще труд­нее будет, рас­слы­шав, дать на него пра­виль­ный ответ… В этом смыс­ле небо ста­но­вит­ся все дальше.

Корр.: А как все же быть со страш­ным ком­пью­те­ром “Зверь”, да и вооб­ще с ком­пью­тер­ным миром, сей­час вот еще и “адский” интер­нет добавился?

О.А.: Вы зна­е­те, в лите­ра­ту­ре, опи­сы­ва­ю­щей все эти “ужа­сы”, очень мно­го доволь­но смеш­ных пово­ро­тов. С боль­шим уми­ле­ни­ем я все­гда читаю ста­тьи, в кото­рых ком­пью­тер раз­об­ла­ча­ет­ся как дети­ще дья­во­ла. Осо­бен­но при­ят­но читать тако­го рода ста­тью в газе­те, кото­рая на ком­пью­те­ре была набра­на, в бро­шюр­ке, кото­рая тоже на ком­пью­те­ре была сде­ла­на. Это будит здо­ро­вое чув­ство юмора.

А если серьез­но, то ведь все дело, как я уже гово­рил, в наме­ре­ни­ях, в том, КАК все это исполь­зо­вать, в том чис­ле и компьютеры…

Корр.: И все же, как дол­жен вести себя чело­век, кото­рый искренне ‑не хочет под­дать­ся пре­льще­нию антихриста?

О.А.: В первую оче­редь, конеч­но, необ­хо­ди­мо укло­нять­ся от любых прак­тик, кото­рые свя­за­ны с втор­же­ни­ем в чело­ве­че­скую душу. Преж­де все­го речь здесь идет о меди­цин­ских прак­ти­ках, т.е. ника­ких зом­би­ро­ва­ний, коди­ро­ва­ний и т.д. Химио­те­ра­пия — да, хирур­гия — да, т.е. рабо­та с телом там, где Вы не допус­ка­е­те в свое под­со­зна­ние кого-то, чье-то дру­гое под­со­зна­ние. Кри­те­рий таков: не рас­кры­вать свою душу нарас­паш­ку. Это пред­по­ла­га­ет избе­га­ние все­воз­мож­ных меди­та­тив­ных тех­ник, тех­но­ло­гии мантр, mind control. Все они име­ют целью лишить Вас кон­тро­ля над сво­им созна­ни­ем. Это­го надо вся­че­ски сторониться.

И кро­ме того, конеч­но же, — и я думаю, что это сего­дня пони­ма­ет любой серьез­ный чело­век — надо иметь боль­шую дистан­цию от средств мас­со­вой инфор­ма­ции, наблю­дать за собою: не пре­вра­ща­юсь ли я, мои убеж­де­ния, мой мир, мой язык, про­сто-напро­сто в сле­пок, кото­рый сотво­рен теле­ви­зо­ром… Не так дав­но на одной из моих лек­ций для пре­по­да­ва­те­лей мос­ков­ских вузов (это были пре­по­да­ва­те­ли гума­ни­тар­ных дис­ци­плин — куль­ту­ро­ло­ги, фило­со­фы) слу­ша­тель­ни­ца зада­ла мне вопрос: “Ска­жи­те, поче­му так быва­ет, что с одним свя­щен­ни­ком хочет­ся пого­во­рить, а дру­гой не вызы­ва­ет како­го-то дове­рия?”. И не успел я рта рас­крыть, как ее сосед­ка под­ска­зы­ва­ет: “Но это же энер­ге­ти­ка! Пони­ма­ешь, у одно­го энер­ге­ти­ка хоро­шая, у дру­го­го пло­хая”. И ауди­то­рия друж­но под­дер­жа­ла этот тезис. Мне про­сто пло­хо ста­ло, насколь­ко же силь­но опош­ли­лась наша интел­ли­ген­ция, если она толь­ко на этом нече­ло­ве­че­ском жар­гоне карм, аур, эгре­го­ров и энер­ге­тик в состо­я­нии опи­сы­вать слож­ней­ший мир чело­ве­че­ских отно­ше­ний.. Это про­сто ката­стро­фа: сего­дня в Рос­сии (и вооб­ще во всем запад­ном мире) про­ис­хо­дит сме­на язы­ка: ухо­дит язык тра­ди­ци­он­ной хри­сти­ан­ско-сре­ди­зем­но­мор­ской куль­ту­ры, и ему на сме­ну идет жар­гон, восточ­но-оккульт­ный: “кар­ма”, “чак­ра”, “аст­рал” и т.д. Так что за сво­и­ми сло­ва­ми тоже надо сле­дить, за сво­им язы­ком, что­бы не начать осмыс­лять себя в совер­шен­но нече­ло­ве­че­ских тер­ми­нах… Люди не пони­ма­ют, что гово­рят. При зна­ком­стве мож­но услы­шать: “Зна­ешь, я Скор­пи­он. А ты кто?” — “А я Кры­са. Очень приятно!”

При этом не надо забы­вать, что Пра­во­сла­вие это есть ВОСТОЧНОЕ хри­сти­ан­ство. И поэто­му не нуж­но, испы­ты­вая оттор­же­ние от ате­из­ма, так сра­зу, рез­ко бро­сать­ся на Даль­ний Восток, пото­му что здесь у нас, мож­но ска­зать, под нога­ми, а так­же и над голо­ва­ми, есть такой мир, такое глу­бо­кое пони­ма­ние чело­ве­ка, в кото­ром, чест­ное сло­во, есть все эти глу­би­ны, кото­рые раду­ют нашу душу, когда мы зна­ко­мим­ся с миром восточ­ной муд­ро­сти, но есть и нечто такое, что Восток тыся­че­ле­ти­я­ми меч­тал услы­шать, но что услы­ша­ли впер­вые толь­ко на бере­гах Иордана…

Корр.: Отец Андрей, мы с Вами гово­ри­ли о лите­ра­ту­ре, в кото­рой доволь­но при­ми­тив­но изла­га­ет­ся пони­ма­ние Апо­ка­лип­си­са и собы­тий, свя­зан­ных с кон­цом све­та. А мог­ли бы Вы назвать какие-нибудь кни­ги, кото­рые, по Ваше­му мне­нию, сто­ит прочесть?

О.А.: Что каса­ет­ся Апо­ка­лип­си­са, то здесь нуж­но пом­нить, что это един­ствен­ная кни­га, кото­рая не чита­ет­ся за Литур­ги­ей в пра­во­слав­ных хра­мах, что, по-види­мо­му, озна­ча­ет, что нет без­услов­но авто­ри­зо­ван­ных тол­ко­ва­ний. Но мне кажет­ся, что при вхож­де­нии в эту тема­ти­ку будет полез­но озна­ко­мить­ся со сказ­ка­ми Лью­и­са — “Послед­няя бит­ва” из его цик­ла “Хро­ни­ки Нар­нии” и “Рас­тор­же­ние бра­ка”. Затем — роман Честер­то­на “Шар и крест”, плюс анти­уто­пи­че­ская клас­си­ка (Ору­элл, Замя­тин…) На сле­ду­ю­щем эта­пе это мог­ли бы быть “Три раз­го­во­ра” Вла­ди­ми­ра Соло­вье­ва, с вклю­чен­ной туда пове­стью об Анти­хри­сте. А затем из совре­мен­ной лите­ра­ту­ры, уже соб­ствен­но из пра­во­слав­ной, я бы посо­ве­то­вал кни­гу отца Сера­фи­ма (Роуза) “Пра­во­сла­вие и рели­гия будущего”.

Корр.: Отец Андрей, и все-таки ужас­но тягост­но думать о кон­це света…

О.А.: А поче­му Вас так пуга­ет это поня­тие кон­ца? Ведь конец — thelos — по-гре­че­ски “цель” — име­ет смысл не толь­ко окон­ча­ния, но это еще и некая завер­шен­ность, испол­нен­ность, целе­до­сти­же­ние. Поэто­му если полу­ча­ет­ся, что у исто­рии есть конец, то зна­чит, у нее есть и СМЫСЛ. Вот если бы у нее не суще­ство­ва­ло кон­ца, она вос­при­ни­ма­лась бы, по сло­вам Досто­ев­ско­го, как “дья­во­лов воде­виль”: такое бес­ко­неч­ное стрем­ле­ние, кото­рое нику­да не ведет, пото­му что ему неку­да вести. Тем, что хри­сти­ан­ство утвер­жда­ет конец исто­рии, оно СПАСАЕТ идею исто­рии, утвер­ждая нали­чие в ней смыс­ла. Поэто­му, когда мы гово­рив о кон­це све­та, мы пред­по­ла­га­ем пози­тив­ность исто­рии. Это не отри­ца­ние исто­рии, не нигилизм…

Конеч­но, я пре­крас­но пони­маю, что в хри­сти­ан­ской фило­со­фии исто­рии, как и вооб­ще в хри­сти­ан­ском пони­ма­нии чело­ве­ка есть очень мно­го белых мест, и даже каких-то про­ти­во­ре­чий и неяс­но­стей… В част­но­сти, в хри­сти­ан­стве так до кон­ца и не понят­но: все-таки в исто­рии име­ет место про­гресс или регресс. Хри­сти­а­нин име­ет пра­во думать и так, и эдак. Но при этом о хри­сти­ан­стве мож­но ска­зать то же самое, что когда-то Чер­чилль ска­зал о демо­кра­тии: “Демо­кра­тия- ужас­ная вещь, но все осталь­ное — хуже”. Хри­сти­ан­ство с точ­ки зре­ния фило­со­фии — это вещь, может быть, дале­ко не все­гда пря­мо­ли­ней­ная, не доста­точ­но логи­че­ская, может быть, не доста­точ­но убе­ди­тель­ная, но все осталь­ное хуже, все осталь­ное — бесчеловечнее. 

Корр.: Да, но в сво­ей кни­ге об Анти­хри­сте Вы пише­те: “Хри­сти­ан­ство убеж­де­но в сво­ем исто­ри­че­ском пора­же­нии”. Что же нам оста­ет­ся гово­рить сомне­ва­ю­щим­ся, с чем идти к читателям?

О.А.: С вопро­сом: А что хочет выиг­рать чело­век? Что он боит­ся про­иг­рать, а что он меч­тал бы выиг­рать? Если чело­век ста­вит сво­ей целью выиг­рать зем­ную власть, зем­ные удо­воль­ствия и раз­вле­че­ния, то, конеч­но, свя­зав­шись с пра­во­слав­ной Цер­ко­вью, он про­иг­ра­ет все. Но если чело­век хочет выиг­рать свою душу, — тогда это с нами. По сло­ву Еван­ге­лия: горе чело­ве­ку, если он весь мир при­об­ре­тет, а душе сво­ей повредит.

А защи­тить душу мож­но лишь вполне насы­тив ее Веч­но­стью, пол­но­той Бытия, пол­но­той Смыс­ла, пол­но­той Радо­сти. И воз­мож­но все это — я глу­бо­ко убеж­ден — толь­ко в Пра­во­сла­вии. Поэто­му мы часто гово­рим: “У нас очень пло­хо, у нас все очень пло­хо” (думаю, что любой пра­во­слав­ный чело­век ска­жет вслед за В.Высоцким: “Нет, и в церк­ви все не так”). Очень тяже­ло, очень боль­но быть пра­во­слав­ным, поэто­му, когда мы зовем в Пра­во­сла­вие, мы зовем не на бес­ко­неч­ный бан­кет жиз­ни, такой пик­ник на обо­чине циви­ли­за­ции. Мы зовем на бой. И самое печаль­ное, что в этом бою неко­то­рые стре­лы летят из-за спи­ны, и ино­гда бун­ту­ет твой соб­ствен­ный конь, а сза­ди, где ты ожи­да­ешь най­ти под­держ­ку, вдруг ощу­ща­ешь пусто­ту… Но ситу­а­ция по-преж­не­му одна: с Хри­стом, с его ясны­ми запо­ве­дя­ми душе может быть нев­мо­го­ту, но без Него совсем тошно.

Корр.: То есть небо ста­но­вит­ся даль­ше, но к нему все рав­но нуж­но стремиться?

О.А.: Конеч­но. Или, зна­е­те, даже не совсем так. Небо-то все­гда ста­но­вит­ся бли­же, пото­му что у неба одно жела­ние — излить­ся на Зем­лю дождем. Но люди посто­ян­но рас­кры­ва­ют свои зон­ти­ки и эти­ми зон­ти­ка­ми колют небо. Поэто­му что ж на небо жало­вать­ся?! Сло­жи свой зонтик-то!

Вла­ди­мир Легойда

Источ­ник: жур­нал “Фома”

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки