Бесплодная смоковница. О суеверной религиозности, её проявлениях в церковной жизни, а также о необходимости и возможности её преодоления — протоиерей Сергий Стольников

Бесплодная смоковница. О суеверной религиозности, её проявлениях в церковной жизни, а также о необходимости и возможности её преодоления — протоиерей Сергий Стольников

(6 голосов5.0 из 5)

Предисловие

…Неко­то­рые народ­ные обы­чаи, обря­ды и тра­ди­ции, вос­при­ни­ма­е­мые часто как Пра­во­слав­ные, име­ют на самом деле язы­че­ское про­ис­хож­де­ние и под­час не сов­ме­сти­мы с Хри­сти­ан­ством ни по фор­ме, ни по духу. Дело пред­став­ля­ет­ся в необ­хо­ди­мо­сти как бы под­чи­стить цер­ков­ную жизнь от язы­че­ских пере­жит­ков и явить чистое Пра­во­сла­вие. Одна­ко мне, на осно­ва­нии мое­го лич­но­го пас­тыр­ско­го опы­та, такая схе­ма пред­став­ля­ет­ся черес­чур упро­щен­ной — на самом деле все гораз­до слож­нее. Дело обсто­ит вовсе не так, что неко­то­рые Пра­во­слав­ные хри­сти­ане, сами того не ведая, по неве­же­ству при­об­ща­ют­ся ино­гда обря­дам, име­ю­щим язы­че­ское про­ис­хож­де­ние. В этом не было бы такой уж боль­шой беды, тем более, если тако­вые обря­ды напол­ня­ют­ся новым хри­сти­ан­ским смыс­лом. Не думаю, что вку­ше­ние бли­нов на Сыр­ной сед­ми­це явля­ет­ся таким уж боль­шим гре­хом в том слу­чае, если это дей­ствие не осмыс­ли­ва­ет­ся солн­це­по­клон­ни­че­ски, а вос­при­ни­ма­ет­ся про­сто как сезон­ная гастро­но­ми­че­ская тра­ди­ция. Глав­ная беда все­гда коре­нит­ся внут­ри чело­ве­ка: «всё это зло извнутрь исхо­дит и осквер­ня­ет чело­ве­ка» (Мк.7:23). И для упо­мя­ну­той темы эта исти­на так­же вполне акту­аль­на. Вот и при­шла в голо­ву идея напи­сать соб­ствен­ную ста­тью на дан­ную тему, исхо­дя из сво­е­го лич­но­го мно­го­лет­не­го опы­та слу­же­ния в рос­сий­ской глу­бин­ке и тес­но­го обще­ния с про­стым наро­дом. Пона­ча­лу каза­лось, что объ­ем ста­тьи не пре­вы­сит двух-трех стра­ниц, но в про­цес­се логи­че­ско­го ана­ли­за име­ю­ще­го­ся у меня мате­ри­а­ла, осмыс­ле­ния всех каса­ю­щих­ся темы извест­ных мне фак­тов, фор­му­ли­ро­ва­ния необ­хо­ди­мых выво­дов, ока­за­лось, что фор­ма­та обыч­ной ста­тьи будет недо­ста­точ­но. Преж­де чем при­сту­пить к изло­же­нию основ­ной части, счи­таю необ­хо­ди­мым попы­тать­ся обо­зна­чить осно­во­по­ла­га­ю­щее в дан­ной теме поня­тие, то есть, то, о чем будет идти речь. И для это­го не вижу иной воз­мож­но­сти, как толь­ко с пер­вых строк изло­жить окон­ча­тель­ный вывод, родив­ший­ся уже через несколь­ко недель рабо­ты над дан­ной темой. Дело в том, что тер­мин «язы­че­ство», в стро­гом смыс­ле это­го сло­ва, не вполне при­го­ден для обо­зна­че­ния про­яв­ле­ний совре­мен­ной нехри­сти­ан­ской рели­ги­оз­но­сти. Под «язы­че­ством» в рели­гио­ве­де­нии при­ня­то пони­мать нехри­сти­ан­ские и несе­мит­ские рели­ги­оз­ные куль­ты раз­лич­ных наро­дов. Наро­ды древ­не­го Егип­та, древ­ней Гре­ции, древ­не­го Рима, гал­ло-гер­ман­ские и сла­вян­ские пле­ме­на, корен­ные народ­но­сти Афри­ки и Север­ной и Южной Аме­ри­ки — все они обла­да­ли свое­об­раз­ны­ми рели­ги­оз­ны­ми куль­та­ми, полу­чив­ши­ми в хри­сти­ан­ской и иудей­ской куль­ту­рах общее име­но­ва­ние «язы­че­ства» (от сло­ва «язык», то есть — народ). По отно­ше­нию к любо­му из этих куль­тов, если рас­смат­ри­вать этот культ в его целост­но­сти, будет неспра­вед­ли­во при­пи­сы­вать ему все при­зна­ки совре­мен­ной мас­со­вой рели­ги­оз­но­сти, кото­рые будут обо­зна­че­ны ниже в основ­ной части. При­знаю, что мне так и не уда­лось подо­брать одно­го емко­го сло­ва, адек­ват­но выра­жа­ю­ще­го суть совре­мен­ной мас­со­вой рели­ги­оз­но­сти. Мне при­шлось дол­го пому­чить­ся с под­бо­ром основ­но­го рабо­че­го тер­ми­на, пере­про­бо­вать раз­ные вари­ан­ты. В кон­це кон­цов, что­бы все-таки как-то крат­ко обо­зна­чить совре­мен­ную мас­со­вую рели­ги­оз­ность, я в даль­ней­шем буду упо­треб­лять сло­во­со­че­та­ние «суе­вер­ная рели­ги­оз­ность», а носи­те­лей этой «суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти» для удоб­ства выра­же­ния буду назы­вать «язы­че­ству­ю­щие» (ради отли­чия от клас­си­че­ско­го пони­ма­ния «язы­че­ства» и «языч­ни­ка»). Это, на мой взгляд, спра­вед­ли­во, так как совре­мен­ное мас­со­вое рели­ги­оз­ное созна­ние по духу гораз­до бли­же к язы­че­ству, чем к Хри­сти­ан­ству. Итак, речь пой­дет не о древ­ней куль­ту­ре почи­та­ния перу­нов, веле­сов и даж­дь­бо­гов и не о совре­мен­ных энту­зи­а­стах, воз­рож­да­ю­щих эти куль­ты, а о глу­бин­ных внут­рен­них моти­вах рели­ги­оз­но­го харак­те­ра зна­чи­тель­но­го чис­ла моих совре­мен­ни­ков. Под «суе­вер­ной рели­ги­оз­но­стью» я буду под­ра­зу­ме­вать не древ­нюю рели­ги­оз­ную куль­ту­ру в целом, а име­ю­щие боль­шое рас­про­стра­не­ние нехри­сти­ан­ские духов­ные уста­нов­ки зна­чи­тель­но­го чис­ла совре­мен­ных людей, часто ста­ти­сти­че­ски опре­де­ля­е­мых, как Пра­во­слав­ные христиане.

…и уви­дев при доро­ге одну смоковницу,
подо­шел к ней и, ниче­го не най­дя на ней, кро­ме одних листьев,
гово­рит ей: да не будет же впредь от тебя пло­да вовек.
И смо­ков­ни­ца тот­час засох­ла (Мф.21.19).

О сущности суеверной религиозности

Преж­де чем рас­суж­дать о про­яв­ле­ни­ях суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти, я попро­бую дать её опре­де­ле­ние, обо­зна­чив для нача­ла основ­ные её при­зна­ки, что­бы пони­мать, о чем идет речь. 

1. Во-пер­вых, я убеж­ден, что если собрать во еди­но все фак­ты про­яв­ле­ния суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти, то из всей горы этих фак­тов нико­гда не полу­чит­ся раци­о­наль­но выстро­ить ника­ко­го цель­но­го миро­воз­зре­ния. Речь идет толь­ко о набо­ре, а луч­ше ска­зать — о ско­пи­ще или нагро­мож­де­нии (ибо поня­тие «набор» уже под­ра­зу­ме­ва­ет некий поря­док) мно­же­ства логи­че­ски не свя­зан­ных меж­ду собой неле­пых суеверий.

Ни одно суе­ве­рие нико­гда не име­ет под собой ника­ко­го миро­воз­зрен­че­ско­го осно­ва­ния. Напри­мер, когда суе­вер­ный чело­век обхо­дит сто­ро­ной ту доро­гу, кото­рую пере­бе­жа­ла чер­ная кош­ка, то он нико­гда при этом не смо­жет раци­о­наль­но обос­но­вать необ­хо­ди­мость сво­е­го обход­но­го манев­ра. В самом деле, чем может быть обос­но­ва­но дан­ное опа­се­ние? Навер­ное, чер­ная кош­ка, пере­бе­гая доро­гу, вычер­чи­ва­ет некую отри­ца­тель­ную энер­ге­ти­че­скую линию, спо­соб­ную нега­тив­но повли­ять на пеше­хо­да? Воз­мож­но, что путь, про­де­лан­ный чер­ной кош­кой, пре­вра­ща­ет­ся в какое-то «свя­щен­ное» табу­и­ро­ван­ное про­стран­ство, за нару­ше­ние кото­ро­го кощун­ни­ка нака­зы­ва­ют «выс­шие силы»? Или же про­сто сам Бог посы­ла­ет навстре­чу заве­до­мо­му неудач­ни­ку чер­ную кош­ку или бабу с пусты­ми вед­ра­ми для пре­ду­пре­жде­ния? Отве­та на эти и подоб­ные вопро­сы нет, да и быть не может в силу оче­вид­ной их нелепости.

Отсю­да про­стой вывод, кото­рый, на пер­вый взгляд, про­зву­чит пара­док­саль­но: осно­ва­ние суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти есть неосно­ва­тель­ность. Неосно­ва­тель­ность чело­ве­ка. Неосно­ва­тель­ность рели­ги­оз­ная, миро­воз­зрен­че­ская, эти­че­ская, эсте­ти­че­ская, аксио­ло­ги­че­ская. Язы­че­ству­ю­щий не толь­ко не име­ет опре­де­лен­но­го чет­ко сфор­ми­ро­ван­но­го миро­воз­зре­ния, но даже не ищет его и не стре­мит­ся к нему.

Если у язы­че­ству­ю­ще­го в оби­хо­де и при­сут­ству­ют неко­то­рые хри­сти­ан­ские поня­тия — Бог, Цер­ковь — то поня­тия эти в его созна­нии крайне смут­ны и неопре­де­лен­ны. Если он при­сту­па­ет к цер­ков­ным Таин­ствам, то по каким-то посто­рон­ним скры­тым моти­вам без осо­зна­ния под­лин­но­го зна­че­ния и смыс­ла этих Таинств.

Опре­де­лен­ное миро­воз­зре­ние харак­тер­но не толь­ко для Хри­сти­ан­ства, но и для клас­си­че­ско­го язы­че­ства и даже для ате­и­сти­че­ско­го мате­ри­а­лиз­ма. Суе­вер­ный же чело­век не име­ет миро­воз­зре­ния, а зна­чит в рели­ги­оз­ном отно­ше­нии сто­ит на сту­пень ниже, чем даже древ­ний язычник.

Миро­воз­зрен­че­ская неопре­де­лен­ность — вот пер­вая чер­та совре­мен­ной суе­вер­ной религиозности.

2. Рели­ги­оз­ное миро­воз­зре­ние пред­по­ла­га­ет и нали­чие свя­зан­ных с ним цен­но­стей. Так для хри­сти­а­ни­на свой­ствен­но стрем­ле­ние к осу­ществ­ле­нию хри­сти­ан­ских цен­но­стей — бого­по­зна­ния, бого­об­ще­ния, вер­но­сти Богу, иска­ния Цар­ства Божия и спа­се­ния души, позна­ния Исти­ны и сто­я­ния в Истине, дела­ния добра и др.

У язы­че­ству­ю­ще­го, вви­ду отсут­ствия рели­ги­оз­но­го миро­воз­зре­ния, все цен­но­сти опре­де­ля­ют­ся кру­гом его вре­мен­ной зем­ной жиз­ни. Для осу­ществ­ле­ния этих цен­но­стей у язы­че­ству­ю­ще­го нет раз­бор­чи­во­сти в сред­ствах. Свя­тая Евха­ри­стия и хож­де­ние к «баб­кам» на заго­во­ры — все это рав­но­знач­ные сред­ства в язы­че­ству­ю­щем пони­ма­нии — лишь бы «помог­ло».

К это­му же пунк­ту отно­сит­ся и такое явле­ние, как пере­вер­ну­тость иерар­хии цен­но­стей, когда име­ю­щие отно­си­тель­ное и вто­ро­сте­пен­ное зна­че­ние внеш­ние фор­маль­ные про­яв­ле­ния цер­ков­ной жиз­ни ста­вят­ся во гла­ву угла, а осно­во­по­ла­га­ю­щие хри­сти­ан­ские поня­тия не упо­ми­на­ют­ся вовсе.

Без­раз­ли­чие к веч­ным хри­сти­ан­ским цен­но­стям и пол­ная погру­жен­ность в сти­хию мира сего — вот вто­рая чер­та совре­мен­ной суе­вер­ной религиозности.

3. Евро­пей­ски­ми фило­со­фа­ми т.н. «эпо­хи Про­све­ще­ния» было вве­де­но поня­тие есте­ствен­ной рели­гии. Тем самым при­зна­ва­лось, что рели­ги­оз­ность при­су­ща чело­ве­че­ской при­ро­де и без вли­я­ния бого­от­кро­вен­ной рели­гии. Это в пол­ной мере спра­вед­ли­во и по отно­ше­нию к совре­мен­ным язы­че­ству­ю­щим. Но в отсут­ствие рели­ги­оз­но­го миро­воз­зре­ния и рели­ги­оз­ных цен­но­стей, эта при­род­ная рели­ги­оз­ность неиз­беж­но при­ни­ма­ет фор­му магиз­ма. Будет пре­уве­ли­че­ни­ем назвать магизм верой. Вера — это серьез­ное бого­слов­ское поня­тие, харак­те­ри­зу­ю­щее лич­ное отно­ше­ние чело­ве­ка к Богу. А в магиз­ме нет веры. Там есть смут­ные неопре­де­лен­ные ощу­ще­ния того, что неко­то­рые явле­ния, пред­ме­ты или даже отдель­ные живые чело­ве­че­ские лич­но­сти свя­за­ны с неки­ми мисти­че­ски­ми сила­ми и могут быть про­вод­ни­ка­ми этих сил. Опре­де­ле­ний этих сил язы­че­ству­ю­щие не дают. Так, напри­мер, и выра­жа­ют­ся об их дей­ствии: «Мне было сде­ла­но…». Мисти­че­ские силы в язы­че­ству­ю­щем пони­ма­нии без­ли­ки. То есть, это не лич­ный Бог, а неко­то­рая неопре­де­лён­ная дей­ству­ю­щая сти­хия нема­те­ри­аль­но­го свой­ства. Мисти­че­ские силы пред­став­ля­ют­ся суе­вер­ным людям име­ю­щи­ми раз­ный харак­тер. Неко­то­рые силы име­ют поло­жи­тель­ный харак­тер, то есть могут в чем-то помочь — исце­лить от неду­га, напри­мер. Но есть и отри­ца­тель­ные, злые силы — спо­соб­ные навре­дить, наве­сти «пор­чу». Так­же язы­че­ству­ю­щим свой­ствен­на убеж­ден­ность в том, что эти мисти­че­ские силы, как поло­жи­тель­ные, так и отри­ца­тель­ные, воз­мож­но направ­лять в выгод­ную для чело­ве­ка сто­ро­ну и таким обра­зом исполь­зо­вать. А для это­го необ­хо­ди­мо обла­дать осо­бым тай­ным зна­ни­ем или иметь выход на людей, обла­да­ю­щих тако­вым тай­ным зна­ни­ем. Впро­чем, сно­ва ого­во­рюсь, что сло­во «зна­ние» слиш­ком серьез­но и воз­вы­шен­но, что­бы упо­треб­лять­ся в отно­ше­нии народ­но­го магиз­ма. Ясно­го осо­зна­ния смыс­ла маги­че­ских дей­ствий или слов-закли­на­ний опять-таки нет. Разум в магиз­ме про­сто пассивен.

Магизм — вот тре­тья чер­та совре­мен­ной суе­вер­ной религиозности.

4. Тот факт, что маги­че­ское созна­ние не вос­при­ни­ма­ет Бога как Лич­ность, при­во­дит язы­че­ству­ю­ще­го к состо­я­нию духов­но-нрав­ствен­ной без­от­вет­ствен­но­сти перед Богом. В самом деле, какое может быть живое лич­ност­ное обще­ние с без­ли­кой энер­ги­ей? Мисти­че­скую энер­гию мож­но толь­ко исполь­зо­вать. А раз нет обще­ния лич­но­стей, то нет и чув­ства ответ­ствен­но­сти. А это, в свою оче­редь, лиша­ет чело­ве­ка живо­го пока­ян­но­го чув­ства. С отсут­стви­ем осо­зна­ния лич­ной ответ­ствен­но­сти и живо­го пока­ян­но­го чув­ства свя­за­на маги­че­ская боязнь т. н. «пор­чи». Язы­че­ству­ю­щий не спо­со­бен про­ти­во­сто­ять тако­му соблаз­ну: «Я чело­век хоро­ший, но поче­му-то несчаст­ный. Доб­рые люди мне ска­за­ли, что несча­стья мои все про­ис­хо­дят от того, что кто-то дру­гой в этом вино­ват. Злые люди вре­дят мне злы­ми сила­ми. Но я верю, что есть спо­соб про­гнать эту «пор­чу» и я най­ду его!» На этой пси­хо­ло­ги­че­ской уста­нов­ке осно­вы­ва­ют­ся даже все­воз­мож­ные ради­каль­ные поли­ти­че­ские дви­же­ния неко­то­рых народов.

Боязнь ответ­ствен­но­сти, боязнь про­яв­ле­ния сво­ей воли, жела­ние воз­ло­жить ответ­ствен­ность на кого-то дру­го­го — раз­ве ред­ко мы это видим? Пото­му-то, воз­мож­но, и пло­хо при­жи­ва­ет­ся в созна­нии мно­гих людей, несмот­ря на мно­го­лет­нюю про­па­ган­ду, глав­ная либе­раль­ная цен­ность — сво­бо­да. Ведь сво­бо­да пред­по­ла­га­ет спо­соб­ность совер­шать такие дей­ствия, за кото­рые чело­век сам несет свою лич­ную нрав­ствен­ную ответственность.

Духов­но-нрав­ствен­ная без­от­вет­ствен­ность — вот чет­вер­тая чер­та совре­мен­ной суе­вер­ной религиозности.

5. Необ­хо­ди­мо ещё обя­за­тель­но доба­вить, что рус­ское, к при­ме­ру, язы­че­ство утра­ти­ло свои куль­тур­ные фор­мы после того, как в древ­нем Нов­го­ро­де исту­кан Перу­на был сбро­шен в мут­ные воды Вол­хо­ва, а тамош­ний глав­ный жрец полу­чил топо­ром по голо­ве. Но, не имея соб­ствен­ной внеш­ней куль­ту­ры, остат­ки язы­че­ско­го духа успеш­но вли­ва­ют­ся в чужие куль­тур­ные сосу­ды, быст­ро их запол­ня­ют и чув­ству­ют себя в них доволь­но уют­но. Пред­ме­ты Хри­сти­ан­ской куль­ту­ры, молит­вы, Таин­ства и даже свя­тые Церк­ви при этом вос­при­ни­ма­ют­ся и осмыс­ли­ва­ют­ся по-сво­е­му, сооб­раз­но вет­хо­му устро­е­нию язы­че­ству­ю­щей души.

В наро­де часто сло­ву обра­зо­ван­но­го свя­щен­ни­ка пред­по­чи­та­ет­ся сло­во­блу­дие какой-нибудь суе­вер­ной бабуш­ки, обма­хи­ва­ю­щей себя крест­ным зна­ме­ни­ем с необы­чай­ной ско­ро­стью, или мало­гра­мот­но­го, но длин­но­бо­ро­до­го и крайне амби­ци­оз­но­го дедуш­ки, убеж­ден­но­го в сво­ей чрез­вы­чай­ной бла­го­дат­но­сти. Это при­мер того, как язы­че­ское содер­жа­ние не толь­ко запол­ня­ет внеш­нюю цер­ков­ную фор­му, но неред­ко даже пре­тен­ду­ет на лидер­ство в изна­чаль­но чуж­дой ему среде.

Спо­соб­ность вли­вать­ся в чужие куль­тур­ные фор­мы — вот пятая чер­та совре­мен­ной суе­вер­ной религиозности.

Итак,

отсут­ствие мировоззрения, 

без­раз­ли­чие к ценностям, 

магизм,

нрав­ствен­ная безответственность, 

пара­зи­ти­ро­ва­ние на чужой культуре.

Это на мой взгляд основ­ное. По сути суе­вер­ная рели­ги­оз­ность есть фор­ма про­яв­ле­ния при­род­ной рели­ги­оз­но­сти отпав­ше­го от Бога чело­ве­ка. Язы­че­ству­ю­щий не верит — он смут­но ощу­ща­ет. Он не зрит духов­но — ему толь­ко кажет­ся. Он не обща­ет­ся молит­вен­но с Отцом Небес­ным — он неосмыс­лен­но бор­мо­чет непо­нят­ные закли­на­ния. Он не ищет Цар­ства Божия — он ищет сию­ми­нут­ной выго­ды. Он не раз­мыш­ля­ет об исти­нах веры — он сле­по при­дер­жи­ва­ет­ся непо­нят­ных ему само­му тра­ди­ций. У него нет стра­ха Божия — у него есть суе­вер­ная боязливость.

Теперь долж­но быть понят­но, поче­му я с само­го нача­ла отка­зал­ся от упо­треб­ле­ния тер­ми­на «язы­че­ство». Во всех язы­че­ских куль­тах мож­но усмот­реть и опре­де­лён­ное миро­воз­зре­ние, и свой осо­бый нрав­ствен­ный кодекс и свою уни­каль­ную куль­ту­ру. Поэто­му древ­нее язы­че­ство и совре­мен­ная суе­вер­ная рели­ги­оз­ность — совер­шен­но раз­ные вещи, сто­я­щие на раз­ных сту­пе­нях рели­ги­оз­но­го развития.

А теперь сопо­ста­вим выше­пе­ре­чис­лен­ные при­зна­ки суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти с Биб­лей­ски­ми тек­ста­ми и уви­дим отно­ше­ние Хри­сти­ан­ской веры к этим явлениям.

Про­ти­во­ре­чие сущ­но­сти суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти осно­вам Христианства

  1. Отсут­ствие или смут­ная неопре­де­лен­ность мировоззрения.

Бесе­да Хри­ста с сама­рян­кой: «Вы не зна­е­те, чему кла­ня­е­тесь, а мы зна­ем, чему кла­ня­ем­ся, ибо спа­се­ние от иуде­ев… истин­ные поклон­ни­ки будут покло­нять­ся Отцу в духе и истине, ибо таких поклон­ни­ков Отец ищет себе.» (Ин.4.22–23)

Хри­стос на суде у Пила­та: «Я на то родил­ся и на то при­шел в мир, что­бы сви­де­тель­ство­вать об истине; вся­кий, кто от исти­ны, слу­ша­ет гла­са Мое­го». (Ин.18:37).

«оставь­те их: они — сле­пые вожди сле­пых; а если сле­пой ведет сле­по­го, то оба упа­дут в яму». (Мф.15:14).

И мно­же­ство дру­гих цитат из Ново­го заве­та, опро­вер­га­ю­щих миро­воз­зрен­че­ское безразличие.

Поэто­му все­на­род­ное про­из­но­ше­ние Сим­во­ла веры состав­ля­ет необ­хо­ди­мую часть Боже­ствен­ной литургии.

Твер­дое миро­воз­зре­ние, осно­ван­ное на истин­ной вере во Хри­ста и в ЕВАНГЕЛИЕ — вот при­знак Церк­ви, про­ти­во­по­лож­ный суе­вер­ной миро­воз­зрен­че­ской неопределенности.

  1. Без­раз­ли­чие к веч­ным хри­сти­ан­ским цен­но­стям и осу­ществ­ле­ние цен­но­стей, опре­де­лен­ных кру­гом зем­ной жизни.

Ответ Хри­ста на вопрос о наи­боль­шей запо­ве­ди:

«воз­лю­би Гос­по­да Бога тво­е­го всем серд­цем тво­им и всею душею тво­ею и всем разу­ме­ни­ем тво­им: сия есть пер­вая и наи­боль­шая запо­ведь; вто­рая же подоб­ная ей: воз­лю­би ближ­не­го тво­е­го, как само­го себя; на сих двух запо­ве­дях утвер­жда­ет­ся весь закон и про­ро­ки». (Мф.22:37–40).

Ответ Хри­ста на иску­ше­ние диа­во­ла: «Не хле­бом еди­ным будет жить чело­век, но вся­ким сло­вом, исхо­дя­щим из уст Божи­их». (Мф.3:4)

Нагор­ная про­по­ведь Спа­си­те­ля: «Итак не заботь­тесь и не гово­ри­те: «Что нам есть?» или: «что пить?» или: «во что одеть­ся?» Пото­му что все­го это­го ищут языч­ни­ки, и пото­му что Отец ваш Небес­ный зна­ет, что вы име­е­те нуж­ду во всем этом. Ищи­те преж­де Цар­ства Божия, и это все при­ло­жит­ся вам.» (Мф.6:31–33).

Посе­ще­ние Гос­по­дом дома Мар­фы и Марии. Ответ Хри­ста на быто­вую суе­ту Мар­фы и её недо­уме­ние по пово­ду без­участ­но­сти к быто­вой суе­те её сест­ры Марии, слу­ша­ю­щей сло­во Божие: «Мар­фа! Мар­фа! Ты забо­тишь­ся и суе­тишь­ся о мно­гом, а одно толь­ко и нуж­но. Мария же избра­ла бла­гую часть, кото­рая не отни­мет­ся у неё.» (Лк.10:41–42).

Опро­вер­же­ние иска­же­ния иерар­хии цен­но­стей: “пово­ды­ри сле­пые, отце­жи­ва­ю­щие кома­ра, а вер­блю­да про­гла­ты­ва­ю­щие” (Мф.23:24).

«Горе вам, книж­ни­ки и фари­сеи, лице­ме­ры, что дае­те деся­ти­ну с мяты, ани­са и тми­на, и оста­ви­ли важ­ней­шее в законе: суд, милость и веру; (Мф.23:23).

Стрем­ле­ние к осу­ществ­ле­нию веч­ных дан­ных Богом цен­но­стей — вот при­знак Церк­ви, про­ти­во­по­лож­ный суе­вер­но­му без­раз­ли­чию к Хри­сти­ан­ским ценностям.

  1. Магизм.

Нагор­ная про­по­ведь Спа­си­те­ля: «Молясь, не гово­ри­те лиш­не­го, как языч­ни­ки; ибо они дума­ют, что в мно­го­сло­вии сво­ем будут услы­ша­ны; не упо­доб­ляй­тесь им; ибо зна­ет Отец ваш, в чем вы име­е­те нуж­ду, преж­де про­ше­ния ваше­го у Него». (Мф.6:7–8).

Сло­ва, про­из­не­сен­ные Спа­си­те­лем неод­но­крат­но: «По вере вашей да будет вам».(Мф.9:29). То есть, Хри­стос тво­рил чуде­са в ответ на исхо­дя­щую из глу­би­ны серд­ца веру, а не на «пра­виль­но» подо­бран­ные тек­сты или обряды.

Апо­стол Павел: «но в церк­ви хочу луч­ше пять слов ска­зать умом моим, что­бы и дру­гих наста­вить, неже­ли тьму слов на незна­ко­мом язы­ке.» (1Кор.14:19)

При­во­дить соот­вет­ству­ю­щие поста­нов­ле­ния Вто­ро­за­ко­ния отно­си­тель­но «вол­шеб­ства», думаю, луч­ше здесь не стоит.

Опро­вер­же­ние суе­вер­ной бояз­ни «пор­чи»:

«Если Бог за нас, то кто про­тив нас (Рим.8:31)

«Аще опол­чит­ся на мя полк, не убо­ит­ся серд­це мое, аще воста­нет на мя брань, на Него аз упо­ваю» (Пс.26:3)

«…на Гос­по­да упо­вая, не изне­мо­гу» (Пс.25:1).

На вопро­се о так назы­ва­е­мой «пор­че» сле­ду­ет оста­но­вить­ся попо­дроб­нее. Дело в том, что име­ю­щее хож­де­ние в наро­де поня­тие «пор­чи» не име­ет сколь­ко-нибудь опре­де­лен­но­го содер­жа­ния. Люди сами не пони­ма­ют, о чем гово­рят. И эта непо­нят­ность вполне соот­вет­ству­ет пер­во­му при­зна­ку суе­вер­ной религиозности.

Я могу при­ве­сти четы­ре при­зна­ка это­го рас­плыв­ча­то­го язы­че­ско­го понятия:

  1. Без­ли­кость
  2. Нема­те­ри­аль­ность
  3. Злое дей­ствие
  4. Под­власт­ность воле человека

Для срав­не­ния при­ве­ду четы­ре при­зна­ка хри­сти­ан­ско­го поня­тия о пад­шем ангеле:

  1. Лич­ность
  2. Нема­те­ри­аль­ность
  3. Злое дей­ствие
  4. Власть над греш­ным человеком

Мы видим, что сов­па­да­ют толь­ко два при­зна­ка. Вывод: суе­вер­ное пони­ма­ние «пор­чи» есть иска­жен­ное гре­хов­ным созна­ни­ем истин­ное хри­сти­ан­ское уче­ние о пад­ших анге­лах, подоб­но тому, как покло­не­ние идо­лам есть гре­хов­ное иска­же­ние почи­та­ния Истин­но­го Бога. Упо­треб­ле­ние сло­ва “пор­ча” чаще все­го не вызы­ва­ет в про­стом наро­де ассо­ци­а­ций с древни­ми жити­я­ми свя­тых, в кото­рых упо­ми­на­ет­ся кол­дов­ское дей­ствие. А вот про­во­ци­ру­ет бес­плод­ное суе­вер­ное пове­де­ние весь­ма ощутимо.

Поэто­му счи­таю, что в цер­ков­ном оби­хо­де пред­по­чти­тель­нее упо­треб­лять выра­же­ние “лука­вое бесов­ское дей­ство” или даже “демо­ни­че­ская энер­гия”, что будет спо­соб­ство­вать более близ­ко­му к хри­сти­ан­ской Истине устро­е­нию ума чело­ве­ка. Хри­сти­ан­ство утвер­жда­ет суще­ство­ва­ние пад­ших анге­лов и их враж­деб­но­го по отно­ше­нию к нам дей­ства. При­чем враж­деб­ное дей­ство злых духов про­яв­ля­ет­ся не столь­ко в том, чего обыч­но опа­са­ют­ся боя­щи­е­ся «пор­чи», а преж­де все­го в соблаз­нах, вле­ку­щих чело­ве­ка ко гре­ху и без­бо­жию. К чему при­во­дит боязнь «пор­чи»? К закос­не­нию в духов­ном неве­же­стве, к уга­са­нию пока­ян­но­го чув­ства, к необос­но­ван­ным подо­зре­ни­ям и неспра­вед­ли­вым обви­не­ни­ям и как след­ствие — озлоб­ле­нию, усу­губ­ле­нию маги­че­ско­го созна­ния, свя­зан­но­му с поис­ком средств избав­ле­ния от пор­чи. А к чему побуж­да­ет хри­сти­ан­ское уче­ние о злых духах? К духов­но­му трез­ве­нию, воз­дер­жа­нию, пока­ян­нию, непре­стан­ной памя­ти о Боге, все­гдаш­не­му упо­ва­нию на Бога и непре­стан­ной молит­ве, муже­ствен­но­му про­ти­во­сто­я­нию лука­во­му с верой в Бога.

«Итак поко­ри­тесь Богу; про­ти­во­стань­те диа­во­лу, и убе­жит от вас»… (Иак.4:7) – так учит нас Апо­стол отно­сить­ся к лука­во­му. Нам запо­ве­да­но муже­ствен­ное про­ти­во­сто­я­ние лука­во­му с верой в Бога, а не суе­вер­ное бояз­ли­вое бег­ство от «пор­чи».

Бояз­ли­вость перед пор­чей воз­ни­ка­ет там, где нет веры в еди­но­го бла­го­го все­мо­гу­ще­го Бога — Про­мыс­ли­те­ля, силь­нее Кото­ро­го нико­го и ниче­го на све­те нет.

Осмыс­лен­ное упо­ва­ние на еди­но­го истин­но­го все­мо­гу­ще­го все­бла­го­го живо­го лич­но­го Бога и Его Про­мысл, кате­го­ри­че­ское отвер­же­ние всех дру­гих «богов», отри­ца­ние малей­ше­го ком­про­мис­са с заблуж­де­ни­я­ми — вот при­знак Церк­ви, про­ти­во­по­лож­ный суе­вер­но­му магизму.

  1. Духов­но-нрав­ствен­ная безответственность.

Бла­го­сло­ве­ние и бла­го­дат­ную помощь от Хри­ста полу­ча­ли люди, про­яв­ляв­шие воле­вое устрем­ле­ние на пути ко Гос­по­ду — двое слеп­цов, сиро­фи­ни­ки­ян­ка, рас­слаб­лен­ный, сле­по­рож­ден­ный, началь­ник сина­го­ги Иаир, рим­ский сот­ник, мытарь Зак­хей, кро­во­то­чи­вая жен­щи­на, пока­яв­ша­я­ся блуд­ни­ца, бла­го­ра­зум­ный раз­бой­ник. Сло­ва Иису­са, ска­зан­ные кос­нув­шей­ся края Его одеж­ды кро­во­то­чи­вой жене: «дер­зай, дщерь! Вера твоя спас­ла тебя». (Мф.9.22).

К этой же теме отно­сят­ся сло­ва Хри­ста: «позна­е­те исти­ну, и исти­на сде­ла­ет вас сво­бод­ны­ми. (Ин. 8:32).

«Итак, если Сын осво­бо­дит вас, то истин­но сво­бод­ны буде­те». (Ин 8:36).

Сво­бо­да все­гда пред­по­ла­га­ет и ответ­ствен­ность. Её и опре­де­лить мож­но как спо­соб­ность чело­ве­ка совер­шать такие поступ­ки, за кото­рые он сам несет ответ­ствен­ность (в отли­чие от живот­ных, не име­ю­щих сво­ей воли и дей­ству­ю­щих исклю­чи­тель­но по инстинк­ту). Об лич­ной ответ­ствен­но­сти гово­рит­ся: «За вся­кое празд­ное сло­во, какое ска­жут люди, дадут они ответ в день суда» (Мф.12:36).

«Не обма­ны­вай­тесь: Бог пору­га­ем не быва­ет. Что посе­ет чело­век, то и пожнет: сею­щий в плоть свою от пло­ти пожнет тле­ние, а сею­щий в дух от духа пожнет жизнь веч­ную.» (Гал.6:7–8). Послед­нюю цита­ту на деле отри­ца­ют бор­цы с «пор­ча­ми». В их созна­нии не по гре­хам и не по попу­ще­нию Божье­му чело­век при­ни­ма­ет стра­да­ние, а исклю­чи­тель­но по зло­му кол­дов­ско­му дей­ству враж­деб­но настро­ен­ных сосе­дей. Ему и в голо­ву не при­хо­дит, что чаще все­го насто­я­щее и не устра­и­ва­ю­щее его состо­я­ние явля­ет­ся пло­дом всей его преды­ду­щей жиз­ни и его осо­знан­но­го выбо­ра в про­шлом — его дел, слов, мыс­лей и чувств, его веро­ва­ний и чая­ний. И что испра­вить ситу­а­цию воз­мож­но не сра­зу, а лишь начав в сво­ей жиз­ни спа­си­тель­ное сея­ние, при­но­ся­щее доб­рые пло­ды в буду­щем: «Потом Иисус встре­тил его в хра­ме и ска­зал ему: вот, ты выздо­ро­вел; не гре­ши боль­ше, что­бы не слу­чи­лось с тобою чего хуже» (Ин.5:14). Но нет, язы­че­ству­ю­щий ищет рецеп­та разо­во­го деше­во­го обря­до­во-маги­че­ско­го сред­ства, спо­соб­но­го без спа­си­тель­ной внут­рен­ней пере­ме­ны в чело­ве­ке вдруг изме­нить ситу­а­цию к луч­ше­му. В каче­стве таких средств вполне могут сго­дить­ся в созна­нии язы­че­ству­ю­ще­го цер­ков­ные молит­вы, молеб­ны, Таин­ства и дру­гое, но конеч­но, если при­ни­мать эти вещи не в хри­сти­ан­ском, а в маги­че­ском смыс­ле. Заме­ча­те­лен в этом отно­ше­нии при­мер бла­го­ра­зум­но­го раз­бой­ни­ка: «или ты не боишь­ся Бога, когда и сам осуж­ден на то же? и мы осуж­де­ны спра­вед­ли­во, пото­му что достой­ное по делам нашим при­ня­ли, а Он ниче­го худо­го не сде­лал. И ска­зал Иису­су: помя­ни меня, Гос­по­ди, когда при­и­дешь в Цар­ствие Твое! И ска­зал ему Иисус: истин­но гово­рю тебе, ныне же будешь со Мною в раю.» (Лк.23:40–43). Все­це­лое осо­зна­ние сво­ей гре­хов­но­сти и ответ­ствен­но­сти, и осно­ван­ное на них серьез­ное воле­вое дей­ствие — пока­я­ние — есть свой­ство истин­но­го христианина.

Вера как акт осмыс­лен­но­го выбо­ра сво­бод­ной чело­ве­че­ской лич­но­сти Божье­го пути и воле­вое сле­до­ва­ние за Хри­стом, — вот при­знак Церк­ви, про­ти­во­по­лож­ный суе­вер­ной безответственности. 

  1. Гово­рить о цер­ков­ной куль­ту­ре, опи­ра­ясь непо­сред­ствен­но на цита­ты из Ново­го Заве­та, как это было в отно­ше­нии выше­при­ве­ден­ных при­зна­ков, слож­но, так как в пер­вом веке, когда писа­лись кни­ги Ново­го Заве­та, Хри­сти­ан­ство ещё не име­ло соб­ствен­ной внеш­ней куль­ту­ры. Было толь­ко духов­ное осно­ва­ние. Но мне кажет­ся, что спра­вед­ли­во будет упо­мя­нуть в дан­ном слу­чае сло­ва Гос­по­да о Церк­ви: «создам Цер­ковь Мою, и вра­та ада не одо­ле­ют ее» (Мф.16:19).

Бытие Церк­ви не пре­ры­ва­лось в веках, и вполне есте­ствен­но, что со вре­ме­нем сло­жи­лась и цер­ков­ная куль­ту­ра — это было неиз­беж­но. Несо­мнен­но, что в цер­ков­ной куль­ту­ре были мно­го­чис­лен­ные заим­ство­ва­ния из внеш­них форм иудей­ской и язы­че­ской (глав­ным обра­зом эллин­ской) куль­тур. Но при этом все заим­ство­ва­ния обя­за­тель­но пре­об­ра­зо­вы­ва­лись в соот­вет­ствии с содер­жа­ни­ем и духом веры и напол­ня­лись новым хри­сти­ан­ским смыс­лом и содер­жа­ни­ем. Так было с пре­об­ра­зо­ва­ни­ем антич­но­го изоб­ра­зи­тель­но­го искус­ства в Пра­во­слав­ную ико­но­пись или с исполь­зо­ва­ни­ем ари­сто­те­лев­ской фило­соф­ской тер­ми­но­ло­гии при выра­бот­ке Пра­во­слав­ных дог­ма­ти­че­ских фор­му­ли­ро­вок. Все это созда­ва­лось века­ми и колос­саль­ным тру­дом выда­ю­щих­ся чле­нов Церк­ви Хри­сто­вой. Поэто­му сего­дня вполне спра­вед­ли­во гово­рить о соб­ствен­ной хри­сти­ан­ской куль­ту­ре Церкви.

Нали­чие соб­ствен­ной выра­бо­тан­ной века­ми и име­ю­щей хри­сти­ан­ское духов­ное осно­ва­ние куль­ту­ры — вот при­знак Церк­ви, про­ти­во­по­лож­ный совре­мен­но­му суе­вер­но­му бескультурью.

Мы убе­ди­лись, что все пять основ­ных при­зна­ков суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти диа­мет­раль­но про­ти­во­ре­чат хри­сти­ан­ской вере и ни в малой сте­пе­ни с ней не совместимы.

Я не вижу боль­шо­го смыс­ла при­во­дить здесь при­ме­ры суе­ве­рий из жиз­ни нецер­ков­но­го наро­да. А вот к про­яв­ле­ни­ям суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти в цер­ков­ной жиз­ни, счи­таю, необ­хо­ди­мо присмотреться.

Примеры проявления суеверной религиозности в церковной жизни

А теперь попро­бу­ем при­смот­реть­ся к совре­мен­ной цер­ков­ной жиз­ни. Не узна­ют­ся ли упо­мя­ну­тые при­зна­ки суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти во мно­гих явле­ни­ях внут­ри цер­ков­ной огра­ды? Сде­лать это будет не так-то про­сто. Внеш­не­об­ря­до­вое пове­де­ние хри­сти­а­ни­на и суе­вер­но­го чело­ве­ка часто может не иметь прак­ти­че­ски ника­ких отли­чий. Раз­бе­рем эту про­бле­му на одном при­ме­ре. Пред­ста­вим себе чело­ве­ка, кото­рый доб­ро­воль­но отка­зы­ва­ет­ся от ско­ром­ной пищи и упо­треб­ля­ет пищу исклю­чи­тель­но рас­ти­тель­но­го про­ис­хож­де­ния. Как мож­но истол­ко­вать подоб­ное пове­де­ние? Пер­вая мысль — этот чело­век соблю­да­ет пост. Но не будем торо­пить­ся. Угод­ным Богу постом такое пове­де­ние будет лишь в слу­чае соот­вет­ству­ю­щей пра­виль­ной его моти­ва­ции. Если этот чело­век — убеж­ден­ный веге­та­ри­а­нец, моти­ви­ру­ю­щий свою дие­ту тем, что нель­зя есть мясо, пото­му что уби­вать живот­ных нехо­ро­шо, то в этом слу­чае его воз­дер­жа­ние от ско­ром­ной пищи не толь­ко не явля­ет­ся бого­угод­ным постом, но даже пред­став­ля­ет собой осо­бо­го рода бого­хуль­ство — чело­век созна­тель­но отвер­га­ет то, что Бог благословил. 

Если же чело­век воз­дер­жи­ва­ет­ся от ско­ром­но­го в соот­вет­ствии с цер­ков­ной дис­ци­пли­ной и из пока­ян­ных чувств перед Богом, то такое воз­дер­жа­ние может быть постом, угод­ным Богу.

Вот про­стой при­мер, когда за оди­на­ко­вой внеш­ней фор­мой могут скры­вать­ся про­ти­во­по­лож­ные внут­рен­ние содержания.

Теперь посмот­рим на чело­ве­ка, при­шед­ше­го в наш храм: он осе­ня­ет себя крест­ным зна­ме­ни­ем, ста­вит свеч­ку, лобы­за­ет ико­ну, зака­зы­ва­ет моле­бен, кре­стит ребен­ка, под­хо­дит к Свя­той Чаше… Кто же это? Пер­вая мысль — это Пра­во­слав­ный хри­сти­а­нин. Но опять-таки не будем торо­пить­ся… Обря­до­вую состав­ля­ю­щую цер­ков­ной жиз­ни выпол­нить доволь­но про­сто, но Гос­подь-то взи­ра­ет на серд­це чело­ве­ка. За внешне-пра­во­слав­ной фор­мой вполне может скры­вать­ся чуж­дое Хри­сти­ан­ству духов­ное содержание.

Вхо­дя в Цер­ковь и не пере­рож­да­ясь внут­ренне, язы­че­ству­ю­щий начи­на­ет вос­при­ни­мать цер­ков­ные реа­лии по-сво­е­му, видя всё цер­ков­ное насле­дие как бы в кри­вом зер­ка­ле сво­е­го вет­хо­го мироощущения.

Икона

Нач­нем с пред­ме­тов цер­ков­ной куль­ту­ры. Кре­сты, ико­ны, мощи свя­тых и т. п. Ико­на в дан­ном слу­чае не осо­зна­ет­ся как Еван­ге­лие в крас­ках или как образ, воз­да­ва­е­мая кото­ро­му честь, вос­хо­дит к Пер­во­об­ра­зу. Ико­на вос­при­ни­ма­ет­ся исклю­чи­тель­но как пред­мет маги­че­ско­го дей­ствия без ясно­го осо­зна­ния смыс­ла изоб­ра­жен­но­го на ней собы­тия Свя­щен­ной или Цер­ков­ной истории. 

Часто при­хо­дит­ся стал­ки­вать­ся с отно­ше­ни­ем к ико­нам как к маги­че­ским «обе­ре­гам».

На ред­кой служ­бе к свя­щен­ни­ку не обра­ща­ют­ся с прось­бой освя­тить кре­стик. Но с вопро­сом о том, Кто изоб­ра­жен на Кре­сте и каков смысл это­го изоб­ра­же­ния, под­хо­дят крайне ред­ко. В моей прак­ти­ке (19 лет) тако­го слу­чая не было ни одно­го. Чело­век тра­тит день­ги на покуп­ку кре­сти­ка, часто неде­ше­во­го из дра­го­цен­ных метал­лов, но почти ниче­го не зна­ет о собы­тии Бого­во­пло­ще­ния, еван­гель­ской про­по­ве­ди Спа­си­те­ля, зна­че­нии Крест­ной смер­ти Агн­ца Божия, взем­лю­ще­го грех мира. Чело­ве­ку важ­но толь­ко, что­бы кре­стик был обя­за­тель­но освя­щен, ина­че он не будет долж­ным обра­зом дей­ство­вать. Потреб­ность носить на гру­ди освя­щен­ный кре­стик есть у гораз­до боль­ше­го чис­ла людей, чем чис­ло посто­ян­ных при­хо­жан, регу­ляр­но при­сту­па­ю­щих к непо­сред­ствен­но свя­зан­но­му с Кре­стом Хри­сто­вым Таин­ству Евха­ри­стии. Был в моей прак­ти­ке слу­чай, когда один моло­дой чело­век к прось­бе освя­тить кре­стик при­со­во­ку­пил дол­гую и настой­чи­вую прось­бу о ноше­нии вме­сте с кре­сти­ком неко­е­го аму­ле­та язы­че­ско­го про­ис­хож­де­ния, достав­ше­го­ся ему в наслед­ство от пред­ков, а пото­му доро­го­го для него. Я, гово­рит, хри­сти­а­нин, но и этот аму­лет почи­таю. Мною был дан ответ, что нали­чие все­го одно­го малень­ко­го язы­че­ско­го аму­ле­та сре­ди мно­же­ства боль­ших пра­во­слав­ных икон в рели­ги­оз­ной жиз­ни чело­ве­ка, дела­ет его не хри­сти­а­ни­ном с малень­кой долей язы­че­ства, а на сто про­цен­тов язычником.

Не могу забыть слу­чай из моей прак­ти­ки, когда ко мне обра­ти­лась жен­щи­на с вопро­сом: какую ико­ну купить и в каком месте дома пра­виль­нее её пове­сить, что­бы у моло­дых жизнь улуч­ши­лась, а то что-то им не везет? На мой ответ о необ­хо­ди­мо­сти веры в Гос­по­да, жен­щи­на удо­вле­тво­рен­но вос­клик­ну­ла: «Вера? А, ну тогда все нор­маль­но – ико­ну свя­той Веры я еще в про­шлом меся­це купила!»

Нагляд­но обли­чить сокры­тое суе­ве­рие в непра­виль­ном отно­ше­нии к пред­ме­там цер­ков­ной куль­ту­ры помо­жет при­мер с обыч­ной цер­ков­ной свеч­кой. Све­ча в Церк­ви — одно из про­яв­ле­ний внеш­ней обря­до­во-сим­во­ли­че­ской куль­ту­ры. Изна­чаль­но све­ча име­ла прак­ти­че­ское зна­че­ние — осве­ще­ние мест для бого­слу­же­ний. Сего­дня, за нали­чи­ем элек­три­че­ско­го осве­ще­ния, прак­ти­че­ское зна­че­ние цер­ков­ной све­чи мож­но усмот­реть лишь в фор­ме пожерт­во­ва­ния на храм, что явля­ет­ся про­сто доб­рым делом для Церк­ви. Пожерт­во­ва­ние на храм обле­че­но в при­лич­ную для Церк­ви фор­му, сим­во­ли­че­ски изоб­ра­жа­ю­щую свет Хри­сто­вой прав­ды или молит­вен­ное горе­ние души пред­сто­я­ще­го пред Богом чело­ве­ка. Само горе­ние све­чи на бого­слу­же­нии помо­га­ет создать молит­вен­ное настро­е­ние. Но кому не при­хо­ди­лось стал­ки­вать­ся с маги­че­ским пони­ма­ни­ем зна­че­ния цер­ков­ной све­чи? «Куда и какую све­чу поста­вить, чтоб такое-то дело у меня про­шло успеш­но?» — вот ещё один из наи­бо­лее частых вопро­сов в Церк­ви. Неко­то­рые цер­ков­ные люди прак­ти­ку­ют даже поста­нов­ку све­чи на под­свеч­ник «вниз голо­вой». Счи­та­ет­ся, что это долж­но вызвать обрат­ный эффект — наслать злое дей­ствие на недруга.

Попро­бу­ем сопо­ста­вить пере­чис­лен­ные в пер­вой части при­зна­ки суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти с упо­мя­ну­той толь­ко что практикой.

  1. Ста­вя­щий свеч­ку «вниз голо­вой» ради зло­го дей­ствия на недру­га не может не знать, что то место, куда он при­шел, назы­ва­ет­ся хра­мом Божи­им. Как же в таком слу­чае этот чело­век пони­ма­ет Бога? Неуже­ли как все­ве­ду­щую все­мо­гу­щую все­б­ла­гую Лич­ность? Не похо­же. Кто дол­жен совер­шить ожи­да­е­мое злое дей­ствие? Чело­век сам не пони­ма­ет, что дела­ет по той при­чине, что Бога совсем не зна­ет или име­ет извра­щен­ное о Нем понятие.

Нали­цо пер­вый при­знак — миро­воз­зрен­че­ская неопределенность.

  1. Жела­ние сде­лать кому-то зло про­ти­во­ре­чит Хри­сто­вой люб­ви к человеку.

Нали­цо вто­рой при­знак — без­раз­ли­чие к Хри­сти­ан­ским ценностям.

  1. Убеж­ден­ность в том, что нехит­рая мани­пу­ля­ция с пере­во­ра­чи­ва­ни­ем цер­ков­ной све­чи вызо­вет какое-то сверхъ­есте­ствен­ное действие.

Нали­цо тре­тий при­знак — магизм.

  1. Совер­ше­ние кощун­ствен­но­го дей­ствия в Церк­ви со спо­кой­ной сове­стью, а ино­гда даже уча­стие после это­го в Евха­ри­стии. Уве­рен­ность, что источ­ни­ком непри­ят­но­стей слу­жат исклю­чи­тель­но злая воля недру­гов и стрем­ле­ние само­му им отомстить.

Нали­цо чет­вер­тый при­знак — духов­но-нрав­ствен­ная безответственность.

  1. Факт совер­ше­ния в хра­ме Божьем дей­ствий, по фор­ме и по духу несов­ме­сти­мых с хри­сти­ан­ской верой с исполь­зо­ва­ни­ем при этом пред­ме­тов цер­ков­ной культуры.

Нали­цо пятый при­знак — пара­зи­ти­ро­ва­ние на чужой культуре.

Как видим, вполне Пра­во­слав­ный по внеш­но­сти чело­век может ока­зать­ся по духу вполне язычествующим.

К дру­гим примерам.

Молитва

Цер­ков­ная жизнь немыс­ли­ма без молит­вы. Хри­сти­ан­ская молит­ва — это живое сво­бод­ное лич­ност­ное обще­ние чело­ве­ка с Богом, пред­сто­я­ние чело­ве­ка перед Богом. Одна­ко, молит­ва неред­ко вос­при­ни­ма­ет­ся, как маги­че­ское закли­на­ние. В наро­де рас­про­стра­не­но харак­тер­ное выра­же­ние: вычи­ты­ва­ние молитв. При­чем это вычи­ты­ва­ние дале­ко не все­гда сопро­вож­да­ет­ся ясным пони­ма­ни­ем смыс­ла молит­вен­но­го тек­ста. Неред­ко даже счи­та­ет­ся, что пони­ма­ние смыс­ла молитв вовсе не обя­за­тель­но — глав­ное все пра­виль­но вычи­тать. Молит­вен­ные тек­сты начи­на­ют под­раз­де­лять на раз­лич­ные «кате­го­рии», в зави­си­мо­сти от их «дей­ствен­но­сти». Один из наи­бо­лее часто зада­ва­е­мых вопро­сов: «У меня такая-то непри­ят­ность. Какую и сколь­ко раз луч­ше вычи­тать молит­ву, что­бы быст­рее помог­ло?» Молит­вы в цер­ков­ной куль­ту­ре дей­стви­тель­но быва­ют раз­ные для раз­ных слу­ча­ев, но смысл это­го раз­де­ле­ния состо­ит лишь в бла­го­при­ли­чии фор­мы обра­ще­ния к Богу в дан­ной ситу­а­ции. Обра­щать­ся к Богу хри­сти­а­ни­ну при­хо­дит­ся при раз­ных жиз­нен­ных обсто­я­тель­ствах, как гово­рит­ся — и в горе­сти, и в радо­сти. Есте­ствен­но, что и содер­жа­нию обра­ща­е­мых к Богу слов при­ли­че­ству­ет соот­вет­ство­вать той или иной ситу­а­ции — это вопрос эле­мен­тар­ной куль­ту­ры. Так, напри­мер, и устро­е­на свя­тая Псал­тырь. В созна­нии же язы­че­ству­ю­ще­го маги­че­ская сила заклю­ча­ет­ся в самом тек­сте, и сек­рет успе­ха заклю­ча­ет­ся в вер­ном под­бо­ре пра­виль­но­го тек­ста или пра­виль­ной после­до­ва­тель­но­сти тек­стов. Как буд­то Гос­подь Бог — это огром­ный ком­пью­тер, кото­рый зара­бо­та­ет в нуж­ном направ­ле­нии толь­ко в слу­чае пра­виль­но подо­бран­ной про­грам­мы. Мож­но ли пред­ста­вить себе, что все­ве­ду­щий, все­бла­гой лич­ный Бог не испол­нит про­ше­ние моля­ще­го­ся толь­ко из-за того, что после­до­ва­тель­ность молит­вен­ных тек­стов была подо­бра­на невер­но? Неуже­ли най­дет­ся в мире людей такой отец, кото­рый не отве­тит на пись­мен­ную прось­бу нахо­дя­ще­го­ся в труд­ной жиз­нен­ной ситу­а­ции сына по той при­чине, что тот допу­стил в тек­сте пись­ма пару орфо­гра­фи­че­ских оши­бок? А ведь мы гово­рим об Отце Небес­ном! Ответ свя­щен­ни­ка, осно­ван­ный на Еван­ге­лии: «зна­ет Бог, в чем вы име­е­те нуж­ду преж­де ваше­го про­ше­ния» и «про­си­те и даст­ся вам, но про­си­те с верой», обыч­но не устра­и­ва­ет. Одна­жды мне дал совет один сель­ский батюш­ка: «Совер­ша­ешь кре­ще­ние — вычи­ты­вай всё по треб­ни­ку до послед­ней молит­вы и ниче­го не опус­кай. Это как обла­чить вои­на в доспе­хи — одну деталь опу­стишь, и весь воин не защи­щен.» Мне сра­зу вспом­нил­ся один из моих настав­ни­ков по Духов­ной шко­ле про­то­и­е­рей Нико­лай Гун­дя­ев и его срав­не­ние подоб­ных рас­суж­де­ний с антич­ны­ми ска­за­ни­я­ми об ахил­ле­со­вой пяте. Бого­слу­жеб­ная жизнь Церк­ви, конеч­но же, регла­мен­ти­ру­ет­ся бого­слу­жеб­ным Уста­вом. Кста­ти, гре­че­ский Пра­во­слав­ный бого­слу­жеб­ный Устав — одно из уни­каль­ных куль­тур­ных про­из­ве­де­ний чело­ве­че­ства. Но Устав не содер­жит и намё­ка на магизм. Он необ­хо­дим, что­бы цер­ков­ное бого­слу­же­ние не похо­ди­ло на хаос, а соот­вет­ство­ва­ло бы сло­ву апо­сто­ла Пав­ла: «В Церк­ви всё бла­го­об­раз­но и по чину да быва­ет…» (1Кор.14:40). Гар­мо­ния и целе­со­об­раз­ность — это одни из свойств сотво­рен­но­го Богом мира, како­вые свой­ства и отоб­ра­жа­ет, в част­но­сти, Устав.

Есть так­же сре­ди язы­че­ству­ю­щих под­раз­де­ле­ние молитв на «силь­ные» и «сла­бые»: «Эти молит­вы могут читать все, вот эти толь­ко по бла­го­сло­ве­нию, а вот те — самые силь­ные — толь­ко по бла­го­сло­ве­нию осо­бых стар­цев, да и то будут скор­би». Опять-таки, все дело пред­став­ля­ет­ся в после­до­ва­тель­но­сти тек­стов и их дей­ствен­но­сти. Как буд­то раз­ные тек­сты при­нуж­да­ют Гос­по­да Бога к дей­стви­ям раз­ной силы. Уче­нию же Хри­ста о молит­ве и тому, что молит­ва может быть либо угод­ной, либо неугод­ной Гос­по­ду (при­мер мыта­ря и фари­сея), боль­шо­го зна­че­ния не придается.

С «заме­ча­тель­ным» при­ме­ром мне дове­лось столк­нуть­ся в оче­ре­ди в часов­ню бла­жен­ной Ксе­нии Петер­бург­ской на Смо­лен­ском Пра­во­слав­ном клад­би­ще в Санкт-Петер­бур­ге. «Осо­бо гра­мот­ные» чле­ны оче­ре­ди учи­ли окру­жа­ю­щих, как пра­виль­но зага­ды­вать жела­ния, три­жды обхо­дя часов­ню. Это при­мер иска­же­ния Хри­сти­ан­ско­го уче­ния о молит­ве, дове­ден­но­го прак­ти­че­ски до абсурда.

Все эти при­ме­ры непра­виль­но­го отно­ше­ния к молит­ве будут лише­ны сво­ей абсурд­но­сти, если вме­сто лич­но­го Бога пред­ста­вить выше­упо­мя­ну­тую в раз­де­ле о магиз­ме без­ли­кую мисти­че­скую энер­гию, под­да­ю­щу­ю­ся корыст­но­му исполь­зо­ва­нию с помо­щью спе­ци­аль­ных средств. А такое пред­став­ле­ние и есть при­знак маги­че­ско­го устро­е­ния ума молящегося.

Таинство

Сле­ду­ю­щий при­мер будет свя­зан с маги­че­ским отно­ше­ни­ем к цер­ков­ным Таинствам.

Посто­ян­ное уча­стие в цер­ков­ных Таин­ствах — один из при­зна­ков цер­ков­но­сти чело­ве­ка. Хри­сти­ан­ское Таин­ство пони­ма­ет­ся как скры­ва­ю­ще­е­ся за обря­до­вой сто­ро­ной неви­ди­мое дей­ствие бла­го­да­ти Божи­ей (Про­стран­ный кате­хи­зис свят. Фила­ре­та Мос­ков­ско­го). Это клас­си­че­ское опре­де­ле­ние Таин­ства ока­зы­ва­ет­ся при­вле­ка­тель­ным и для язы­че­ству­ю­щих. Но язы­че­ству­ю­щие все­гда выры­ва­ют это опре­де­ле­ние из кон­тек­ста все­го хри­сти­ан­ско­го веро­уче­ния. Цер­ков­ные Таин­ства сопро­вож­да­ют хри­сти­а­ни­на всю его зем­ную жизнь. Бла­го­дать Божия, явля­е­мая посред­ством Таинств, под­дер­жи­ва­ет хри­сти­а­ни­на на его пути ко спа­се­нию — воз­гре­ва­ет веру Божию, при­об­ща­ет к Церк­ви, вра­зум­ля­ет в позна­нии Хри­сто­вой Исти­ны, укреп­ля­ет в дела­нии доб­рых дел и в борь­бе с гре­хом, руко­во­дит и дает слу­жи­те­лю Бога духов­ную силу в совер­ше­нии хри­сти­ан­ской мис­сии и др. Но от чело­ве­ка при этом тре­бу­ет­ся живая дея­тель­ная вера во Хри­ста, посто­ян­ство жиз­ни во Хри­сте, иска­ние Цар­ства Божия, стрем­ле­ние ко спа­се­нию — а ведь это всё и есть хри­сти­ан­ские цен­но­сти, к кото­рым язы­че­ству­ю­щие обыч­но быва­ют рав­но­душ­ны. Но Таин­ства Церк­ви (пони­ма­е­мые конеч­но же по-сво­е­му) тем не менее быва­ют ими востребованы.

Самый частый при­мер из жиз­ни, это при­мер отно­ше­ния к Таин­ству Крещения.

Кре­ще­ние — это вхож­де­ние в Цер­ковь Хри­сто­ву чело­ве­ка, уве­ро­вав­ше­го во Хри­ста, рож­де­ние для жиз­ни в Боге, нача­ло несе­ния Кре­ста сво­е­го и спа­си­тель­но­го сле­до­ва­ния за Хри­стом. Для чего чело­век вхо­дит в Цер­ковь? Что­бы остать­ся в ней и вме­сте со всем наро­дом Божьим шество­вать на цер­ков­ном кораб­ле, управ­ля­е­мом Боже­ствен­ным Корм­чим, к тихо­му при­ста­ни­щу Цар­ства Божия. Когда ко кре­ще­нию допус­ка­ет­ся несмыс­лен­ный мла­де­нец, то это долж­но про­ис­хо­дить в иде­а­ле по вере роди­те­лей: «Мы веру­ю­щие Пра­во­слав­ные хри­сти­ане, актив­но участ­ву­ем в жиз­ни нашей Церк­ви и жела­ем, что­бы и дети наши были все­гда с нами». Но как ред­ко в совре­мен­ной жиз­ни мы нахо­дим такое пони­ма­ние пер­во­го цер­ков­но­го Таин­ства со сто­ро­ны кре­ща­е­мых, недо­стат­ка в кото­рых сего­дня нет почти ни на одном Пра­во­слав­ном при­хо­де. На деле, чаще все­го чело­век вхо­дит в Цер­ковь через кре­ще­ние лишь для того, что­бы тут же из неё уйти. У подав­ля­ю­ще­го боль­шин­ства роди­те­лей и вос­пре­ем­ни­ков кре­ща­е­мых детей наблю­да­ет­ся нево­цер­ко­в­лен­ность жиз­ни, пол­ное отсут­ствие хри­сти­ан­ско­го миро­воз­зре­ния и без­раз­ли­чие к хри­сти­ан­ским цен­но­стям. Ни о каком реаль­ном воцер­ко­в­ле­нии кре­ща­е­мо­го речь, как пра­ви­ло, даже не идет — к это­му нет ни малей­ше­го стрем­ле­ния. Зачем же нуж­но тогда кре­ще­ние? Дань тра­ди­ции и маги­че­ское пони­ма­ние Таин­ства — вот всё, что мы име­ем в боль­шин­стве слу­ча­ев. Маги­че­ское пони­ма­ние кре­ще­ния часто про­яв­ля­ет­ся в крайне щепе­тиль­ном стрем­ле­нии соблю­сти всю воз­мож­ную обря­до­вую состав­ля­ю­щую Таин­ства (это, кста­ти, созда­ет иллю­зию осо­бо­го бла­го­че­стия). Нерв­ное пере­жи­ва­ние о вычи­ты­ва­нии всех поло­жен­ных молитв, пра­виль­ной рас­ста­нов­ке све­чей на под­свеч­ни­ках, пра­виль­ной фор­ме и обя­за­тель­ной освя­щен­но­сти натель­но­го кре­сти­ка и т. п. Тща­тель­ное соблю­де­ние всех этих тре­бо­ва­ний обря­до­во­го харак­те­ра дает уве­рен­ность, что в даль­ней­шем у кре­ща­е­мо­го ребен­ка само собой «всё будет хоро­шо». При этом про­яв­ля­ет­ся доволь­но стран­ное непо­ни­ма­ние про­стей­ших, на пер­вый взгляд, вещей: это то, что нрав­ствен­ный облик ребен­ка будет фор­ми­ро­вать­ся под вли­я­ни­ем еже­днев­ных норм пове­де­ния его роди­те­лей; язык ребен­ка напря­мую будет зави­сеть от язы­ка, на кото­ром раз­го­ва­ри­ва­ют его роди­те­ли; на рели­ги­оз­ность ребён­ка пря­мое воз­дей­ствие будет ока­зы­вать повсе­днев­ный уро­вень рели­ги­оз­но­сти его роди­те­лей; на здо­ро­вье ребен­ка силь­но повли­я­ет образ жиз­ни его роди­те­лей и т.д. Но нет, всё это пред­став­ля­ет­ся черес­чур слож­ным, дол­гим и ответ­ствен­ным. Дру­гое дело — разо­вый, но выпол­нен­ный с тща­тель­ным соблю­де­ни­ем всех мело­чей обряд, обес­пе­чи­ва­ю­щий впо­след­ствии скла­ды­ва­ю­ще­е­ся само собой бла­го­по­лу­чие всей буду­щей жиз­ни. Вот это лег­ко вос­при­ни­ма­ет­ся и, опять же, сви­де­тель­ству­ет о маги­че­ском созна­нии при­хо­дя­ще­го ко кре­ще­нию человека.

Цен­траль­ное место в цер­ков­ной жиз­ни зани­ма­ет Таин­ство свя­той Евха­ри­стии, пред­ва­ря­е­мое по рус­ской тра­ди­ции Таин­ством пока­я­ния. При­сту­пать к Пре­чи­сто­му Телу Хри­сто­ву и Его Чест­ной Кро­ви хри­сти­а­ни­ну подо­ба­ет с истин­ной верой и лишь по одно­му моти­ву — по люб­ви ко Гос­по­ду Иису­су Хри­сту, сопро­вож­да­е­мой пока­ян­ным чув­ством и иска­ни­ем спа­се­ния души. Это­го тре­бу­ет духов­ная высо­та и вели­чай­шая свя­тость глав­но­го цер­ков­но­го Таин­ства. Но попро­бу­ем разо­брать очень неред­кое в наших хра­мах сето­ва­ние: «Со мной слу­чи­лась такая-то непри­ят­ность. Мне посо­ве­то­ва­ли испо­ве­дать­ся и при­ча­стить­ся. Я выпол­нил все, что поло­же­но, как мне объ­яс­ни­ли — постил­ся три дня, молит­вен­ные тек­сты нуж­ные вычи­тал, с утра не ел — не пил, испо­ве­дал­ся, высто­ял всю служ­бу, при­ча­стил­ся. Но мне поче­му-то не помог­ло. Что еще мож­но сде­лать? Может съез­дить куда-нибудь и в дру­гом месте при­ча­стить­ся?»

Како­вы моти­вы подоб­но­го «участ­ни­ка» тра­пезы Гос­под­ней? Пони­ма­ния под­лин­но­го смыс­ла Таин­ства Евха­ри­стии в его созна­нии нет. К свя­той Чаше он под­хо­дит не по люб­ви ко Хри­сту, а от пере­жи­ва­ний о сво­их непри­ят­но­стях. Пост и испо­ведь он совер­ша­ет не по живо­му пока­ян­но­му чув­ству перед Богом, а по маги­че­ско­му стрем­ле­нию выпол­нить всё «как поло­же­но». Ожи­да­ет он от Таин­ства не радо­сти еди­не­ния со Хри­стом, а везе­ния в мир­ских делах. Что же это, если не суе­вер­ная рели­ги­оз­ность? Вновь нали­цо все признаки.

Даль­ше, я думаю, нет осо­бой нуж­ды пере­чис­лять при­ме­ры маги­че­ско­го вос­при­я­тия дру­гих цер­ков­ных Таинств и треб, где лег­ко мож­но усмот­реть подоб­ные харак­тер­ные для суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти признаки.

Святость

Теперь поста­ра­ем­ся рас­смот­реть суе­вер­ное пони­ма­ние рели­ги­оз­но­го зна­че­ния чело­ве­че­ской личности.

Отно­ше­ние к чело­ве­че­ской лич­но­сти в Хри­сти­ан­стве осно­вы­ва­ет­ся на бого­от­кро­вен­ной истине о сотво­ре­нии Богом чело­ве­ка по обра­зу и подо­бию Само­го Твор­ца. На этой истине осно­вы­ва­ет­ся цен­ность чело­ве­ка, его про­ис­хож­де­ние и смысл, содер­жа­ние его жиз­ни. Бого­от­кро­вен­ные исти­ны о гре­хо­па­де­нии чело­ве­ка и Боже­ствен­ном домо­стро­и­тель­стве спа­се­ния пад­ше­го чело­ве­ка опре­де­ля­ют наи­бо­лее важ­ные зада­чи, кото­рые сто­ят перед чело­ве­ком. Из этой веры про­ис­хо­дят хри­сти­ан­ская спо­соб­ность раз­гля­деть образ Божий в каж­дом, даже нахо­дя­щем­ся на самом дне жиз­ни, чело­ве­ке, и соот­вет­ствен­ное отно­ше­ние к чело­ве­ку. Хри­сти­ан­ство гово­рит о необ­хо­ди­мо­сти и воз­мож­но­сти с помо­щью Божи­ей бла­го­дат­но­го обнов­ле­ния иска­жен­но­го гре­хом обра­за Божия в чело­ве­ке. На этом осно­ва­но почи­та­ние свя­тых в Церк­ви. В тех людях, кото­рых в Церк­ви назы­ва­ют свя­ты­ми, образ Божий усмат­ри­ва­ет­ся наи­бо­лее явно. Живая дея­тель­ная истин­ная вера в Бога, неуклон­ное сле­до­ва­ние за Хри­стом, высо­кое нрав­ствен­ное бла­го­че­стие, муже­ствен­ное и тер­пе­ли­вое несе­ние нелёг­ко­го кре­ста — все это в тече­нии всей жиз­ни при­во­дит к совле­че­нию гре­хов­ной вет­хо­сти и обнов­ле­нию обра­за Божия:

«отло­жить преж­ний образ жиз­ни вет­хо­го чело­ве­ка, истле­ва­ю­ще­го в обо­льсти­тель­ных похо­тях, а обно­вить­ся духом ума ваше­го и облечь­ся в ново­го чело­ве­ка, создан­но­го по Богу, в пра­вед­но­сти и свя­то­сти исти­ны» (Еф.4.22–24).

Пото­му свя­той в Церк­ви — это преж­де все­го живой при­мер истин­ной веры, явлен­ной сло­вом, делом и жити­ем. Это живой при­мер испол­не­ния Еван­ге­лия Хри­сто­ва в зем­ной жиз­ни чело­ве­ка, спо­соб­ный вдох­но­вить мно­же­ство дру­гих людей, укре­пить их в вере, наста­вить в доб­ро­де­те­ли: «Поми­най­те настав­ни­ков ваших, кото­рые про­по­ве­ды­ва­ли вам сло­во Божие, и, взи­рая на кон­чи­ну их жиз­ни, под­ра­жай­те вере их» (Евр.13:7). Вер­ный Богу во всем уче­ник Хри­стов, слу­жи­тель Божий, друг Хри­стов, испол­ни­тель воли Божи­ей, угод­ный Богу молит­вен­ник, доб­рый при­мер всем хри­сти­а­нам — вот облик и зна­че­ние свя­то­го в Церкви.

Но так ли вос­при­ни­ма­ет­ся пра­во­слав­ная свя­тость язы­че­ству­ю­щим созна­ни­ем? Во-пер­вых, суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти, вви­ду миро­воз­зрен­че­ской неопре­де­лен­но­сти, вооб­ще не свой­ствен­но видеть в чело­ве­ке образ Божий. Отсю­да и рас­про­стра­нен­ное харак­тер­ное для суе­вер­но­сти отно­ше­ние к чело­ве­ку: отсут­ствие бла­го­го­вей­но­го почте­ния к чело­ве­ку, гру­бость и хам­ство в обще­нии друг с дру­гом, сквер­но­сло­вие, бес­куль­ту­рье, напле­ва­тель­ское отно­ше­ние к покою и ком­фор­ту окру­жа­ю­щих, цинич­ное пре­не­бре­же­ние резуль­та­та­ми чужо­го тру­да, состав­ле­ние устой­чи­во­го отри­ца­тель­но­го мне­ния о дру­гом чело­ве­ке на осно­ва­нии слу­хов и т. п. Но при этом наблю­да­ет­ся опре­де­лен­ный инте­рес к хри­сти­ан­ской свя­то­сти. Сло­во «почи­та­ние», на мой взгляд, не под­хо­дит для харак­те­ри­сти­ки отно­ше­ния язы­че­ству­ю­щих к Пра­во­слав­ным свя­тым. Здесь умест­нее упо­тре­бить сло­во «авто­ри­тет». Если в без­ре­ли­ги­оз­ном «обще­стве потреб­ле­ния» уро­вень «авто­ри­те­та» чело­ве­ка зави­сит от вели­чи­ны его состо­я­ния, то в рели­ги­оз­ной язы­че­ству­ю­щей сре­де «авто­ри­тет» опре­де­ля­ет­ся исклю­чи­тель­но уров­нем сверхъ­есте­ствен­ных спо­соб­но­стей чело­ве­ка. Если вспом­нить древ­ние нехри­сти­ан­ские куль­ты, то имен­но сверхъ­есте­ствен­ные спо­соб­но­сти жре­цов, ора­ку­лов, дру­и­дов, шама­нов и про­чих обес­пе­чи­ва­ли им попу­ляр­ность и осо­бую рели­ги­оз­ную зна­чи­мость в созна­нии после­до­ва­те­лей соот­вет­ству­ю­щих куль­тов, то есть — языч­ни­ков. Логи­че­ски раз­гра­ни­чить поня­тия хри­сти­ан­ской свя­то­сти и язы­че­ско­го авто­ри­те­та не так-то про­сто. Ино­гда эти раз­ли­чия почти оче­вид­ны. Вот один толь­ко пример.

Неве­ро­ят­но рас­про­стра­нен­ный и так­же неве­ро­ят­но живу­чий в народ­ной сре­де культ так назы­ва­е­мых «бабок». Мое мне­ние (ско­рее догад­ка), что мно­го­ве­ко­вой фено­мен рус­ской «баб­ки» про­ис­хо­дит через пре­ем­ство мно­гих поко­ле­ний от осо­бо­го чина жре­че­ской иерар­хии в древне­сла­вян­ском язы­че­стве. Воз­мож­но, что это и не так, но то, что такое явле­ние в народ­ной сре­де, как «баб­ка», носит абсо­лют­но язы­че­ский харак­тер — несо­мнен­но. (Неза­ви­си­мо от того, дей­стви­тель­но та или иная «баб­ка» обла­да­ет некой мисти­че­ской силой, или же это сума­сшед­шая или про­сто шар­ла­тан­ка). Явле­ние во мно­гом скрыт­ное. Я, к при­ме­ру, про­жи­вая в сель­ской мест­но­сти уже 19 лет и имея пря­мое отно­ше­ние к рели­ги­оз­ной жиз­ни, поня­тия не имею, как и в какой момент ничем до того не при­ме­ча­тель­ная пожи­лая жен­щи­на вдруг пре­вра­ща­ет­ся в «баб­ку». Есть слу­шок, что она пере­ни­ма­ет каким-то обра­зом этот «дар» от «баб­ки» пред­ше­ству­ю­ще­го поко­ле­ния. «Баб­ки» есть прак­ти­че­ски в каж­дом сколь­ко-нибудь насе­лен­ном пунк­те, и отва­дить от них нецер­ков­ный народ прак­ти­че­ски невоз­мож­но. Аргу­мен­та­ция про­тив «баб­ки», осно­ван­ная на Св. Писа­нии, кано­ни­че­ских пра­ви­лах и свя­то­оте­че­ских тво­ре­ни­ях дей­ству­ет сла­бо и мало на кого. Даже зная о крайне нега­тив­ном отно­ше­нии Церк­ви к это­му явле­нию, иной при­хо­жа­нин часто скры­ва­ет от свя­щен­ни­ка свое посе­ще­ние «баб­ки». При­чи­на такой попу­ляр­но­сти «бабок» очень про­ста. Счи­та­ет­ся, что «баб­ка» спо­соб­на заго­во­ром выле­чить такую болезнь, где вра­чи, напри­мер, реко­мен­ду­ют сроч­ное опе­ра­тив­ное вме­ша­тель­ство. «Баб­ка» может снять отрав­ля­ю­щую жизнь чело­ве­ка «пор­чу», кото­рую насла­ли злые сосе­ди, может дать какой-то полез­ный совет мисти­че­ско­го харак­те­ра и т. д. В наро­де ходят мно­го­чис­лен­ные рас­ска­зы оче­вид­цев о слу­ча­ях исце­ле­ний, совер­шен­ных «баб­ка­ми». Поэто­му реак­ция на цер­ков­ный запрет хож­де­ния к «баб­кам» быва­ет в основ­ном нега­тив­ная: «А поче­му нель­зя? Что тут тако­го? Они же доб­ро дела­ют, людям помо­га­ют! Вы сами выле­чить не може­те, вот и руга­е­те их от зави­сти!» В каче­стве «чудо­дей­ствен­ных» средств «баб­ки» исполь­зу­ют заго­во­ры и маги­че­ские риту­аль­ные дей­ствия с неко­то­ры­ми веще­ства­ми и пред­ме­та­ми — вода, дре­вес­ный уголь и т. п.

Про­бле­ма услож­ня­ет­ся тем, что к сво­им риту­а­лам совре­мен­ные «баб­ки» при­ме­ши­ва­ют часть цер­ков­ной куль­ту­ры: к закли­на­ни­ям добав­ля­ют хри­сти­ан­ские молит­вы, к маги­че­ским пред­ме­там — Пра­во­слав­ные ико­ны и свя­тую воду из хра­ма, к маги­че­ским дей­стви­ям — цер­ков­ные свя­щен­но­дей­ствия (неко­то­рые «баб­ки», напри­мер, направ­ля­ют некре­ще­ных кли­ен­тов в храм: «Преж­де кре­стись, потом будем кол­до­вать»). Этим самым созда­ет­ся иллю­зия их пра­во­слав­но­сти, что вно­сит новую пута­ни­цу в умы людей, не утвер­жден­ных в Хри­сти­ан­стве. «Баб­ки» под­час пред­став­ля­ют­ся им образ­ца­ми истин­но­го Пра­во­сла­вия, а в сто­лич­ных Духов­ных Ака­де­ми­ях, по их мне­нию, «одни толь­ко ере­ти­ки сидят».

Но быва­ют и слу­чаи более слож­ные, когда по внеш­ней фор­ме неопыт­ный взгляд не усмот­рит почти ника­ких отличий.

Боль­шой соблазн, на мой взгляд, про­ис­хо­дит от нераз­ли­че­ния истин­ных и лож­ных чудес.

Чудо

Итак, чудо. Фак­тор, обла­да­ю­щий мощ­ней­шей силой воз­дей­ствия на созна­ние веру­ю­ще­го чело­ве­ка. Тво­ре­ние чудес в Еван­ге­лии — важ­ней­шая сто­ро­на дея­тель­но­сти Спа­си­те­ля, сви­де­тель­ству­ю­щая о Его Боже­ствен­но­сти. Спо­соб­ность чудо­тво­ре­ния явля­ет­ся одним из основ­ных при­зна­ков Пра­во­слав­ной свя­то­сти в Церк­ви. Но, к сожа­ле­нию, в этой обла­сти язы­че­ству­ю­щий дух не про­сто нахо­дит себе место, но неред­ко проч­но удер­жи­ва­ет гла­вен­ству­ю­щее поло­же­ние в рели­ги­оз­ной жиз­ни чело­ве­ка. Ссы­ла­ясь на чуде­са, наи­бо­лее актив­ные язы­че­ству­ю­щие во мно­гих слу­ча­ях име­ют успех сво­ей эмо­ци­о­наль­ной про­по­ве­ди. Для подав­ля­ю­ще­го боль­шин­ства веру­ю­щих чудо явля­ет­ся неоспо­ри­мым под­твер­жде­ни­ем истин­но­сти того, от кого оно исхо­дит. Почти никто не реша­ет­ся воз­ра­жать аргу­мен­та­ции, опи­ра­ю­щей­ся на кон­крет­ные чуде­са, и язы­че­ству­ю­щие все­гда исполь­зу­ют чудо, как убий­ствен­ный аргу­мент и почти все­гда име­ют успех — ведь нель­зя же не поко­рять­ся чуду, это может быть истол­ко­ва­но как непо­кор­ность Богу. Неуди­ви­тель­но, что лука­вые люди, рели­ги­оз­ные мошен­ни­ки, раз­но­го рода одер­жи­мые, рас­коль­ни­ки, само­обо­льщен­ные и про­чие исполь­зу­ют чуде­са (а чаще — слу­хи о чуде­сах) для утвер­жде­ния сво­е­го авторитета.

Что тут мож­но ска­зать? Несмот­ря на серьез­ную зна­чи­мость чуда в Хри­сти­ан­стве, все-таки не оно явля­ет­ся выс­шей цен­но­стью нашей веры. Еще вет­хо­за­вет­ная исто­рия пока­зы­ва­ла, что спо­соб­но­стью тво­рить чуде­са обла­да­ли слу­жи­те­ли язы­че­ских куль­тов (При­мер состя­за­ния в чудо­тво­ре­нии еги­пет­ских чаро­де­ев с про­ро­ком Мои­се­ем (Исх.7–8)).

Сам Хри­стос в Еван­ге­лии предсказывает:

« Ибо вос­ста­нут лжехри­сты и лже­про­ро­ки, и дадут вели­кие зна­ме­ния и чуде­са, что­бы пре­льстить, если воз­мож­но, и избран­ных» Мф.24:24).

Мно­гие ска­жут Мне в тот день: Гос­по­ди! Гос­по­ди! не от Тво­е­го ли име­ни мы про­ро­че­ство­ва­ли? и не Тво­им ли име­нем бесов изго­ня­ли? и не Тво­им ли име­нем мно­гие чуде­са тво­ри­ли? И тогда объ­яв­лю им: Я нико­гда не знал вас; отой­ди­те от Меня, дела­ю­щие без­за­ко­ние” (Мф.7:22–23)

«Не тому радуй­тесь, что духи вам пови­ну­ют­ся, а тому радуй­тесь, что име­на ваши напи­са­ны на небе­сах». (Лк.10–20).

При­ве­ден­ные тек­сты Свя­щен­но­го Писа­ния убеж­да­ют нас суще­ство­ва­нии более высо­ких цен­но­стей, неже­ли чуде­са. Имен­но об этом рас­суж­да­ет Свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст в сво­их Бесе­дах на Еван­ге­лие от Мат­фея. Важ­ность это­го вопро­са побуж­да­ет меня при­ве­сти доволь­но про­стран­ную цита­ту из сочи­не­ния Все­лен­ско­го учи­те­ля Хри­сто­вой Церкви:

  1. Но то, ска­жешь, были апо­сто­лы. Что же из того? Не нахо­ди­лись ли они в оди­на­ко­вых с тобою обсто­я­тель­ствах? Не в обще­ствах ли жили? Не ту же ли нес­ли участь, не зани­ма­лись ли ремес­ла­ми? Раз­ве анге­лы они были? Раз­ве с неба сошли? Но, ска­жешь, они име­ли дар чудо­тво­ре­ния. Но не по чудо­тво­ре­ни­ям они сде­ла­лись сами чуд­ны­ми. И дол­го ли эти чуде­са будут слу­жить для нас при­кры­ти­ем наше­го нера­де­ния? Посмот­ри на целый сонм свя­тых, про­си­яв­ших не чуде­са­ми. Мно­гие изго­ня­ли даже бесов, но пото­му, что тво­ри­ли без­за­ко­ние, не толь­ко не сде­ла­лись чуд­ны­ми, но еще под­верг­лись и нака­за­нию. Что же такое, спро­сишь, соде­ла­ло апо­сто­лов вели­ки­ми? Пре­не­бре­же­ние богат­ства, пре­зре­ние сла­вы, сво­бо­да от житей­ских попе­че­ний. Если бы не име­ли они это­го, но оста­ва­лись раба­ми стра­стей, то хотя бы и тьмы мерт­ве­цов вос­кре­си­ли, не толь­ко бы не при­нес­ли ника­кой поль­зы, но сочте­ны были бы еще и обман­щи­ка­ми. Итак, одна жизнь бли­ста­ет всю­ду; ею толь­ко при­вле­ка­ет­ся и бла­го­дать Духа. Какое зна­ме­ние сотво­рил Иоанн, при­влек­ший к себе мно­гие горо­да? Что он не чудо­дей­ство­вал, о том послу­шай еван­ге­ли­ста, гово­ря­ще­го: «Что Иоанн не сотво­рил ника­ко­го чуда» (Ин.10:41.) Отче­го и Илия соде­лал­ся чуд­ным? Не от дерз­но­ве­ния ли пред царем? Не от рев­но­сти ли по Боге? Не от нище­ты ли, не от мило­сти ли, пеще­ры и гор? Чуде­са сотво­ре­ны им уже после всех этих подви­гов. Чудом ли каким Иов изу­мил дья­во­ла? Ника­ких чудес не тво­рил он, а пока­зал бли­ста­тель­ную жизнь и тер­пе­ние, твер­же ада­ман­та. Какое зна­ме­ние сотво­рил Давид, нахо­дясь еще в юно­сти, когда Бог ска­зал о нем: «Нашел Я мужа по серд­цу Мое­му, Дави­да, сына Иес­се­е­ва» (Деян.13:22)? И Авра­ам, Иса­ак, Иаков вос­кре­си­ли ли кого из мерт­вых? Очи­сти­ли ли кого от про­ка­зы? Зна­ешь ли, что дар чудо­тво­ре­ния, при нашей бес­печ­но­сти, может часто даже вре­дить? Так мно­гие из корин­фян впа­ли в рас­ко­лы; мно­гие из рим­лян воз­гор­ди­лись; Симон извер­жен, и поже­лав­ший идти за Хри­стом ока­зал­ся недо­стой­ным, услы­шав, что«лисицы име­ют норы, и пти­цы небес­ные — гнез­да» (Лк.9:58) Все они, желая себе от чудо­тво­ре­ния или денег или сла­вы, отпа­ли и погиб­ли. Но рев­ност­ная жизнь и любовь к доб­ро­де­те­ли не толь­ко не рож­да­ют тако­го жела­ния, но, если бы оно и было, истреб­ля­ют его. И что гово­рил Хри­стос, когда изре­кал зако­ны уче­ни­кам Сво­им? Ска­зал ли: тво­ри­те чуде­са, что­бы виде­ли чело­ве­ки? Совсем нет! Так что же? «Так да све­тит свет ваш пред людь­ми, что­бы они виде­ли ваши доб­рые дела и про­слав­ля­ли Отца ваше­го Небес­но­го» (Мф.5:16) И Пет­ру не ска­зал: если любишь Меня, то тво­ри чуде­са; но – «паси овец Моих» (Ин.21:17) И если его с Иако­вом и Иоан­ном Гос­подь все­гда пред­по­чи­тал про­чим апо­сто­лам, то ска­жи мне, за что такое пред­по­чте­ние? За чуде­са ли? Но все они оди­на­ко­во очи­ща­ли про­ка­жен­ных, вос­кре­ша­ли мерт­вых; всем рав­но Гос­подь дал вся­кую власть. В чем же было их пре­иму­ще­ство? В душев­ной доб­ле­сти. Итак, видишь, вез­де потреб­на жизнь и явле­ние дел. «По пло­дам их, — гово­рит Гос­подь, — узна­е­те их» (Мф.7:16)

     

  2. Что же состав­ля­ет жизнь нашу? Явле­ние ли чудес, или забот­ли­вость о бла­го­устрой­стве пове­де­ния? Оче­вид­но, что последнее. 

    Чудо­тво­ре­ния же и нача­ло отсю­да заим­ству­ют, и конец свой здесь же име­ют. Кто ведет пре­вос­ход­ную жизнь, тот при­вле­ка­ет к себе и бла­го­дать чудо­тво­ре­ния. А при­ем­лю­щий бла­го­дать при­ем­лет для того, что­бы исправ­лять жизнь дру­гих. И Хри­стос тво­рил чуде­са Свои для того, что­бы чрез них явясь достой­ным веры и при­влек­ши к Себе людей, вве­сти в мир доб­ро­де­тель. Об этом-то пре­иму­ще­ствен­но Он и забо­тит­ся. Вот поче­му Он и не доволь­ству­ет­ся одни­ми чуде­са­ми, но то угро­жа­ет геен­ною, то обе­ща­ет цар­ствие, то пред­пи­сы­ва­ет чуд­ные Свои зако­ны и упо­треб­ля­ет все спо­со­бы к тому, что­бы соде­лать нас рав­ны­ми анге­лам. Но что гово­рить о Хри­сте? Он ли один все тво­рит с такою целью? Ска­жи мне сам ты: если бы дали тебе на выбор — или вос­кре­шать мерт­вых во имя Его, или уме­реть за имя Его, что бы ты охот­нее избрал? Не послед­нее ли без вся­ко­го сомне­ния? Но пер­вое было бы чудо, а послед­нее есть дело. И если бы пред­ло­жи­ли тебе — или тра­ву пре­вра­щать в золо­то, или иметь такую силу воли, что­бы вся­кое богат­ство попи­рать, как тра­ву, не избрал ли бы ты ско­рее послед­нее? И весь­ма спра­вед­ли­во. Таким выбо­ром ты боль­ше при­вле­чешь к себе людей. Уви­дев тра­ву, пре­вра­ща­е­мую в золо­то, они сами поже­ла­ют иметь такую же силу, подоб­но Симо­ну; а через то уве­ли­чит­ся их любо­с­тя­жа­тель­ность. Напро­тив, если бы виде­ли, что все попи­ра­ют и пре­зи­ра­ют золо­то, как тра­ву, то дав­но бы изба­ви­лись от этой болезни.
       Итак, видишь ли, что жизнь может при­но­сить боль­ше поль­зы? Жиз­нью же назы­ваю не то, когда ты постишь­ся, когда под­сти­ла­ешь вре­ти­ще и пепел, но то, когда ты пре­не­бре­га­ешь богат­ством, как пре­не­бре­гать им долж­но, когда избы­то­че­ству­ешь в люб­ви, даешь хлеб свой алчу­ще­му, сдер­жи­ва­ешь гнев, отвер­га­ешь тще­сла­вие, истреб­ля­ешь в себе зависть. Такой урок пре­по­дан нам от Хри­ста. «Научи­тесь, — гово­рит Он, — от Меня, ибо Я кро­ток и сми­рен серд­цем»
    (Мф.11:29) Не гово­рит: Я постил­ся, — хотя бы мог упо­мя­нуть о соро­ка­днев­ном посте; но, умал­чи­вая об этом, ука­зы­ва­ет толь­ко, «ибо Я кро­ток и сми­рен серд­цем». И опять, посы­лая уче­ни­ков, не ска­зал: пости­тесь; но – «ешь­те, что вам пред­ло­жат» (Лк.10:8) Меж­ду тем тре­бу­ет, что­бы они вся­че­ски берег­лись любо­с­тя­жа­ния, гово­ря: «Не бери­те с собою ни золо­та, ни сереб­ра, ни меди в поя­сы свои» (Мф.10:9) Гово­рю это не в осуж­де­ние поста: да не будет того! Напро­тив, весь­ма одоб­ряю пост. Скорб­лю толь­ко, когда вы, пре­зрев все про­чие доб­ро­де­те­ли, доста­точ­ною для ваше­го спа­се­ния почи­та­е­те ту, кото­рая зани­ма­ет послед­нее место в лике доб­ро­де­те­лей. Важ­ней­шие же из них: любовь, кро­тость и мило­сты­ня, пре­вос­хо­дя­щая даже дев­ство. Итак, если хочешь сде­лать­ся рав­ным апо­сто­лам, — ничто не пре­пят­ству­ет. Доволь­но для тебя выпол­нить одну толь­ко доб­ро­де­тель мило­сты­ни, что­бы ни в чем не быть скуд­нее апо­сто­лов. Никто поэто­му не дол­жен откла­ды­вать подви­гов в доб­ро­де­те­ли до полу­че­ния дара чудо­тво­ре­ния. Если демон мучит­ся, когда его изго­нят из тела, то гораз­до боль­ше мучит­ся, когда видит душу осво­бож­ден­ную от гре­ха. Под­лин­но, грех есть глав­ная сила демон­ская; по при­чине гре­ха умер Хри­стос, что­бы раз­ру­шить его; гре­хом вве­де­на смерть; чрез грех все пре­вра­ще­но. Если ты истре­бил в себе грех, ты под­ре­зал жилы дья­во­лу, стер гла­ву его, раз­ру­шил всю его силу, рас­сы­пал воин­ство, сотво­рил чудо, всех чудес боль­шее. Не мое это сло­во, но бла­жен­но­го Пав­ла, кото­рый, ска­зав: «Рев­нуй­те о дарах боль­ших, и я пока­жу вам путь еще пре­вос­ход­ней­ший» (1Кор.12:31) пред­став­ля­ет не дар чудо­тво­ре­ний, но любовь — корень вся­ко­го добра. Итак, если мы будем упраж­нять­ся в люб­ви и в про­чем любо­муд­рии, на ней осно­ван­ном, то не будем иметь ника­кой нуж­ды в чудо­тво­ре­ни­ях; напро­тив, если не будем упраж­нять­ся в люб­ви, то не полу­чим ника­кой поль­зы от чудо­тво­ре­ний. Помыш­ляя о всем этом, порев­ну­ем тому, через что апо­сто­лы соде­ла­лись вели­ки­ми. А хочешь ли знать, через что они соде­ла­лись вели­ки­ми? Послу­шай Пет­ра, гово­ря­ще­го: «Вот, мы оста­ви­ли все и после­до­ва­ли за Тобою; что же будет нам» (Мф.19:27) ? Послу­шай так­же и Хри­ста, отве­ща­ю­ще­го уче­ни­кам: «Сяде­те и вы на две­на­дца­ти пре­сто­лах. И вся­кий, кто оста­вит домы, или бра­тьев, или сестер, или отца, или мать, или жену, или детей, или зем­ли, ради име­ни Мое­го, полу­чит во сто крат и насле­ду­ет жизнь веч­ную» (Мф.19:28–29). Итак, уда­лив от себя все житей­ские попе­че­ния, посвя­тим себя Хри­сту, что­бы нам и соде­лать­ся рав­ны­ми апо­сто­лам по опре­де­ле­нию Его, и спо­до­бить­ся веч­ной жиз­ни, кото­рую да полу­чим все мы по бла­го­да­ти и чело­ве­ко­лю­бию Гос­по­да наше­го Иису­са Хри­ста, Кото­ро­му сла­ва и дер­жа­ва во веки веков. Аминь.

    свя­ти­тель Иоанн Зла­то­уст. Бесе­ды на Еван­ге­лие от Мат­фея. Бесе­да 46

Для язы­че­ству­ю­ще­го созна­ния мысль вели­ко­го свя­ти­те­ля Церк­ви Хри­сто­вой не понят­на, а если и понят­на, то не при­ем­ле­ма, так как эта мысль обру­ши­ва­ет глав­ную и чуть ли не един­ствен­ную цен­ность суе­вер­ной религиозности.

Итак, каким же обра­зом смо­жем мы отли­чить хри­сти­ан­скую свя­тость от язы­че­ско­го авторитета?

Для языч­ни­ков пер­вая и глав­ная чер­та авто­ри­те­та их куль­та — это сверхъ­есте­ствен­ные способности.

Для хри­сти­ан пер­вая и глав­ная чер­та свя­то­сти —истин­ная вера и еван­гель­ские добродетели. 

Небреж­ное отно­ше­ние к дан­но­му вопро­су со сто­ро­ны хри­сти­а­ни­на про­сто недо­пу­сти­мо! Нераз­бор­чи­вость в отно­ше­нии чудес, страст­ная пого­ня за чуде­са­ми, неосмыс­лен­ное погло­ще­ние все­го, что пред­став­ля­ет­ся чудес­ным — все это при­во­дит в конеч­ном ито­ге к раз­ру­ше­нию хри­сти­ан­ской веры душе чело­ве­ка и бес­фор­мен­но­му нагро­мож­де­нию на её месте суе­вер­но­го хлама.

Извест­ное эко­но­ми­че­ское пра­ви­ло утвер­жда­ет, что спрос рож­да­ет пред­ло­же­ние. Это пра­ви­ло неред­ко дей­ству­ет и в цер­ков­ной жиз­ни. Когда в цер­ков­ном наро­де полу­ча­ет рас­про­стра­не­ние пого­ня за чуде­са­ми (что, меж­ду про­чим, сви­де­тель­ству­ет об охла­жде­нии веры), то раз­но­го рода “чудо­твор­цы” не замед­лят явить­ся. Про­ро­че­ства и пред­ска­за­ния, про­зор­ли­вость и осно­ван­ные на ней бла­го­сло­ве­ния, отчит­ки бес­но­ва­тых и т.п. почти все­гда вызы­ва­ют инте­рес у зна­чи­тель­ной части наше­го наро­да. И почти все­гда этот инте­рес быва­ет нездо­ро­вым. И почти все­гда эти чуде­са быва­ют лож­ны­ми и не от Бога.

А зна­чит и поль­за от подоб­но­го инте­ре­са и от подоб­ных чудес быва­ет не толь­ко сомни­тель­ная, но и явно отри­ца­тель­ная. Чело­век мечет­ся от одно­го “стар­ца” к дру­го­му “чудо­твор­цу”, от одно­го “про­вид­ца” к дру­го­му “про­зор­лив­цу”, при­хва­ты­вая от каж­до­го из них по сомни­тель­но­му настав­ле­нию или даже по пря­мо­му суе­ве­рию. И в резуль­та­те в голо­ве тако­го “глу­бо­ко веру­ю­ще­го” чело­ве­ка воца­ря­ет­ся не хри­сти­ан­ская Исти­на, а неопре­де­лен­ный рели­ги­оз­ный сум­бур, кото­рый толь­ко рас­стра­и­ва­ет его жизнь и жизнь людей, попав­ших под его влияние.

Счи­таю необ­хо­ди­мым сде­лать еще одно добав­ле­ние, с кото­рым, воз­мож­но, не все согла­сят­ся. Сре­ди рели­ги­оз­ных людей очень часто встре­ча­ют­ся без­от­вет­ствен­ные попыт­ки истол­ко­ва­ния раз­лич­ных собы­тий в све­те Пра­во­слав­но­го уче­ния о Про­мыс­ле Божи­ем. Усмат­ри­ва­ет­ся пря­мая про­мыс­ли­тель­ная связь меж­ду раз­лич­ны­ми собы­ти­я­ми (меж­ду слу­чив­шей­ся с чело­ве­ком непри­ят­но­стью и пред­ше­ству­ю­щи­ми ей поступ­ка­ми или реше­ни­я­ми это­го чело­ве­ка, а так­же истол­ко­ва­ние дан­ной свя­зи — это тебе за то, а это тебе за это). После пер­во­го паде­ния Рима в 410 году, язы­че­ская пар­тия рим­ской ари­сто­кра­тии, имев­шая в то вре­мя еще доволь­но зна­чи­тель­ный поли­ти­че­ский вес, ста­ла утвер­ждать, что беда постиг­ла Рим из-за того, что рим­ляне отка­за­лись от почи­та­ния сво­их богов и при­ня­ли Хри­сти­ан­ство. А в 1771 году в Москве во вре­мя чум­ной эпи­де­мии некий свя­щен­ник объ­явил с амво­на, что чума посла­на моск­ви­чам в нака­за­ние за то, что они недо­ста­точ­но почи­та­ют Бого­люб­скую ико­ну Божи­ей Мате­ри. После этих слов у ико­ны был постав­лен боль­шой ящик для пожерт­во­ва­ний. Мос­ков­ский архи­епи­скоп Амвро­сий, во избе­жа­ние рас­про­стра­не­ния эпи­де­мии, что­бы огра­ни­чить боль­шое скоп­ле­ние наро­да, запе­ча­тал этот ящик и огра­ни­чил доступ к Бого­люб­ской иконе. Резуль­та­том явил­ся народ­ный бунт и звер­ское убий­ство вла­ды­ки Амвро­сия. Совер­шен­но оче­вид­на схо­жесть внут­рен­них моти­вов этих двух событий.

Недав­но у нас на при­хо­де некий миря­нин без­апел­ля­ци­он­но вслух утвер­ждал, что пожар на Кам­чат­ке слу­чил­ся из-за того, что на Кубе Пат­ри­арх Кирилл встре­тил­ся с Папой Римским.

Хри­сти­ан­ству дей­стви­тель­но при­над­ле­жит вера в Божий Про­мысл, но тол­ко­ва­ние кон­крет­ных про­яв­ле­ний это­го Про­мыс­ла как в миро­вых судь­бах, так и в судь­бах отдель­ных людей, есть дело не толь­ко осо­бой духов­ной муд­ро­сти, но осо­бо­го духов­но­го даро­ва­ния, свой­ствен­но­го вооб­ще Церк­ви Хри­сто­вой. Часто ли выс­шая цер­ков­ная иерар­хия или даже цер­ков­ные собо­ры дела­ли заяв­ле­ния по пово­ду кон­крет­ных при­чин тех или иных собы­тий? Ско­рое, лег­ко­вес­ное, нера­зум­ное и без­от­вет­ствен­ное истол­ко­ва­ние про­мыс­ли­тель­но­го смыс­ла собы­тий есть про­яв­ле­ние того же маги­че­ско­го духа. Такое отно­ше­ние ско­рее соот­вет­ству­ет древ­не­му язы­че­ско­му миро­со­зер­ца­нию, соглас­но кото­ро­му мир напол­нен раз­лич­ны­ми духа­ми, дей­ствия кото­рых сопро­вож­да­ют чело­ве­ка все­гда и вез­де – даже в самых незна­чи­тель­ных житей­ских мелочах.

Опро­вер­же­ние без­от­вет­ствен­но­го и лож­но­го истол­ко­ва­ния про­мыс­ли­тель­но­го зна­че­ния тех или иных собы­тий: «Мои мыс­ли — не ваши мыс­ли, ни ваши пути — пути Мои, гово­рит Гос­подь. Но, как небо выше зем­ли, так пути Мои выше путей ваших, и мыс­ли Мои выше мыс­лей ваших» (Ис.55:6–9).

Старчество

Рас­суж­дать о теме стар­че­ства в Пра­во­сла­вии не так-то про­сто. Здесь необ­хо­ди­ма нема­лая осто­рож­ность, так как малей­шая оплош­ность в рас­суж­де­ни­ях на эту тему может вызвать целый шквал осуж­де­ния. Пото­му-то и реша­ют­ся гово­рить на эту тему немно­гие. Труд­ность состо­ит в том, что в Пра­во­слав­ной Церк­ви вооб­ще не суще­ству­ет бого­слов­ско­го доку­мен­та обще­цер­ков­но­го зна­че­ния, обсто­я­тель­но изла­га­ю­ще­го поло­жи­тель­ное цер­ков­ное уче­ние о стар­че­стве. Гла­ва «Стар­цы» из рома­на Ф.М. Досто­ев­ско­го «Бра­тья Кара­ма­зо­вы», при всем ува­же­нии к вели­ко­му хри­сти­ан­ско­му писа­те­лю, не может счи­тать­ся непре­лож­ным уче­ни­ем Церк­ви. Оче­вид­но, что стар­че­ство заро­ди­лось в мона­стыр­ской жиз­ни, когда духов­но зака­лен­ный мно­го­лет­ним опы­том хри­сти­ан­ской жиз­ни подвиж­ник ста­но­вил­ся со вре­ме­нем отцом во Хри­сте для окру­жа­ю­щей его бра­тии. Даже самое про­стое и крат­кое настав­ле­ние тако­го чело­ве­ка обла­да­ло огром­ной духов­ной силой – ведь каж­дое его сло­во опи­ра­лось на дол­гую пред­ше­ству­ю­щую жизнь во Хри­сте и мно­го­лет­нее несе­ние нелёг­ко­го кре­ста. Мно­гие пре­по­доб­ные отцы оста­ви­ли после себя зна­чи­тель­ное пись­мен­ное насле­дие, в кото­ром изло­жи­ли свой опыт подвиж­ни­че­ства. В основ­ном это были духов­ные рас­суж­де­ния о борь­бе с гре­хов­ны­ми стра­стя­ми и путях стя­жа­ния хри­сти­ан­ских доб­ро­де­те­лей. Но никто из них нико­гда не рас­суж­дал о зна­че­нии для дру­гих сво­ей соб­ствен­ной лич­но­сти, пред­по­чи­тая хри­сти­ан­ское самоумаление.

В отсут­ствии доку­мен­таль­но закреп­лен­но­го поло­жи­тель­но­го цер­ков­но­го уче­ния о стар­че­стве, в суе­вер­ном наро­де име­ют хож­де­ние раз­лич­ные вари­ан­ты пони­ма­ния стар­че­ства. При­ве­ду один из при­ме­ров тако­го пони­ма­ния, кото­рый слы­шал сам на нашем при­хо­де от одно­го из адеп­тов лож­но­го духовничества:

«Ста­рец — это такой чело­век, кото­рый чер­па­ет муд­рость не из книг и не от обра­зо­ва­ния (от кото­ро­го один толь­ко вред, ибо выс­шее обра­зо­ва­ние — это пря­мой путь к ере­си и отпа­де­нию от Бога), а непо­сред­ствен­но от Само­го Бога. Полу­чив тот или иной вопрос, ста­рец устрем­ля­ет свой взор в неви­ди­мый мир, задер­жи­ва­ет там на неко­то­рое вре­мя свое вни­ма­ние и, полу­чив отту­да ответ, пере­да­ет людям волю Божию: кому женить­ся — кому не женить­ся, кому мона­ше­ство — кому свя­щен­ство, зате­вать такое-то дело — или не зате­вать, отправ­лять­ся в путе­ше­ствие — или не отправ­лять­ся. Без это­го сове­та или бла­го­сло­ве­ния ника­ких реше­ний при­ни­мать само­му ни в коем слу­чае нель­зя, что­бы не пре­тер­петь боль­шо­го вре­да. Кто не будет выпол­нять это пра­ви­ло, тот ниче­го хоро­ше­го в жиз­ни не уви­дит и не спасется». 

Подоб­ное пони­ма­ние рас­про­стра­не­но чрез­вы­чай­но. Что­бы дать ему оцен­ку, при­ве­ду для срав­не­ния один текст из антич­ной язы­че­ской гре­че­ской куль­ту­ры. Вели­чай­ший фило­соф антич­но­сти Пла­тон в диа­ло­ге Теаг упо­ми­на­ет сле­ду­ю­щие сло­ва сво­е­го учи­те­ля Сократа:

«Дело в том, что, начи­ная с дет­ства, сопро­вож­да­ет меня по божье­му опре­де­ле­нию нечто демо­ни­че­ское. Это какой-то голос, кото­рый, когда явля­ет­ся, все­гда дает мне знак удер­жать­ся от того, что хочу делать, но нико­гда ни к чему меня не побуж­да­ет. И то же самое, когда кто-нибудь из дру­зей мне что-нибудь сооб­ща­ет, и я услы­шу голос, он откло­ня­ет от пред­при­я­тия и не поз­во­ля­ет делать.» (128d‑e) Далее Сократ при­во­дит ряд при­ме­ров из жиз­ни, когда не вняв­шие демо­ни­че­ским сове­там Сокра­та люди, закан­чи­ва­ли свои дела пла­чев­но и даже трагически.

«Это все я тебе рас­ска­зал к тому, что от силы это­го мое­го демо­на зави­сит и все каса­тель­но сооб­ще­ства людей, всту­пив­ших со мною в сно­ше­ния. Ибо мно­гим она про­ти­вит­ся, и такие не могут полу­чить ника­кой поль­зы от заня­тий со мною, как и мне не спо­соб­но с ними зани­мать­ся… А кому в обще­нии со мною помо­га­ет демо­ни­че­ская сила, — это те, кого и ты зна­ешь, — те, что сей­час же ока­зы­ва­ют быст­рые успе­хи…. Мно­гие же в то вре­мя, как со мною, — уди­ви­тель­но успе­ва­ют, а когда оста­вят меня, сно­ва ничем не отли­ча­ют­ся от вся­ко­го.» (129 e‑130a)  

Так­же умест­но при­ве­сти изло­жен­ные в кни­ге Дея­ний свя­тых апо­сто­лов исто­рии раз­ру­ше­ния апо­сто­ла­ми неко­то­рых маги­че­ских культов:

«Нахо­дил­ся же в горо­де неко­то­рый муж, име­нем Симон, кото­рый перед тем волх­во­вал и изум­лял народ Сама­рий­ский, выда­вая себя за кого-то великого.

Ему вни­ма­ли все, от мало­го до боль­шо­го, гово­ря: сей есть вели­кая сила Божия.

А вни­ма­ли ему пото­му, что он нема­лое вре­мя изум­лял их волх­во­ва­ни­я­ми». (Деян.8.9–11).

Дан­ный отры­вок нагляд­но пока­зы­ва­ет силу воз­дей­ствия «чудо­твор­цев» на созна­ние и волю суе­вер­ных людей.

Вот еще: «Слу­чи­лось, что, когда мы шли в молит­вен­ный дом, встре­ти­лась нам одна слу­жан­ка, одер­жи­мая духом про­ри­ца­тель­ным, кото­рая через про­ри­ца­ние достав­ля­ла боль­шой доход гос­по­дам своим.
Идя за Пав­лом и за нами, она кри­ча­ла, гово­ря: сии чело­ве­ки — рабы Бога Все­выш­не­го, кото­рые воз­ве­ща­ют нам путь спасения.
Это она дела­ла мно­го дней. Павел, воз­не­го­до­вав, обра­тил­ся и ска­зал духу: име­нем Иису­са Хри­ста пове­ле­ваю тебе вый­ти из нее. И дух вышел в тот же час.»
(Деян. 16.16–19).

А вот, что рас­ска­зы­ва­ет об одном эпи­зо­де из сво­ей юно­сти извест­ный пра­во­слав­ный иерарх 20-го века мит­ро­по­лит Анто­ний Сурож­ский:

«Могу при­знать­ся, что, когда я был на пер­вом кур­се меди­цин­ско­го, у меня нача­ли про­яв­лять­ся спо­соб­но­сти читать мыс­ли людей на рас­сто­я­нии, пере­да­вать им на рас­сто­я­нии свои мыс­ли, и я заду­мал­ся над этим. Это было в лет­нем дет­ском лаге­ре; пом­ню, я ходил по лужай­ке, вдруг оста­но­вил­ся и ска­зал: «Гос­по­ди, если этот дар от Тебя, пусть он со мною оста­нет­ся, если он от злой силы или про­сто есте­ствен­ный, но может меня повлечь в гор­ды­ню и в раз­ру­ше­ние — сни­ми!» И он был снят мгно­вен­но, и нико­гда боль­ше в такой фор­ме я это­го не переживал».

На мой взгляд, тут есть оче­вид­ное сход­ство меж­ду про­яв­ле­ни­я­ми антич­но­го язы­че­ства, дей­ствия тем­ных духов­ных сил и име­ю­щим хож­де­ние в наро­де суе­вер­ным пони­ма­ни­ем стар­че­ства. И в том и в дру­гом слу­чае рели­ги­оз­ный авто­ри­тет вос­при­ни­ма­ет­ся исклю­чи­тель­но как ора­кул, пере­да­ю­щий людям от выс­ших сил нечто полез­ное для бла­го­по­лу­чия их зем­ной жиз­ни. Но если у языч­ни­ков не было дру­го­го откро­ве­ния выс­ших сил, кро­ме того, что Сократ назвал «нечто демо­ни­че­ское», то хри­сти­ане обла­да­ют всей пол­но­той Боже­ствен­но­го откро­ве­ния. Тот факт, что Еван­ге­лие Гос­по­да Иису­са Хри­ста содер­жит в себе пол­но­ту Откро­ве­ния, есть часть Пра­во­слав­ной дог­ма­ти­ки. Хри­стос пере­дал все, что слы­шал от Отца. Дух Свя­той в день Пяти­де­сят­ни­цы лишь напом­нил уче­ни­кам то, о чем учил Хри­стос. Все духов­ное насле­дие Церк­ви есть лишь рас­кры­тие и истол­ко­ва­ние истин Еван­ге­лия, а так­же при­ме­ры испол­не­ния Еван­ге­лия в жити­ях свя­тых. Вся­кое стрем­ле­ние к новым откро­ве­ни­ям, новым исти­нам, новым тай­нам — есть про­яв­ле­ние неве­рия в Еван­ге­лие и сви­де­тель­ство о суе­вер­ном духе. 

Добав­лю к ска­зан­но­му, что упо­мя­ну­тый выше адепт суе­вер­но­го пони­ма­ния стар­че­ства мно­го лет являл­ся на нашем при­хо­де источ­ни­ком скан­да­лов, кон­флик­тов, смут и раз­лич­ных соблаз­нов. Не имея ни малей­ше­го ува­же­ния к закон­ной цер­ков­ной иерар­хии от насто­я­те­ля хра­ма до Пат­ри­ар­ха Мос­ков­ско­го и всея Руси, само­воль­но, не обра­щая ника­ко­го вни­ма­ния на запрет насто­я­те­ля, пытал­ся рас­про­стра­нять на при­хо­де свои суе­ве­рия и даже орга­ни­зо­вы­вать поезд­ки неболь­ших групп при­хо­жан к каким-то извест­ным ему старцам.

Был в моей прак­ти­ке так­же слу­чай, когда мне при­шлось про­во­дить реа­би­ли­та­ци­он­ную бесе­ду с одной пла­чу­щей от горя мате­рью, кото­рой некий «ста­рец», к кото­ро­му она, по сове­ту «зна­ю­щих» людей, вози­ла свою боля­щую дочь на отчит­ку, ска­зал, что пор­ча на девоч­ку насла­на такая силь­ная, что спа­сти ребен­ка уже невозможно.

В Пра­во­слав­ной Церк­ви от века про­си­ял целый сонм угод­ни­ков Божи­их, явив­ших сво­им жити­ем под­лин­ную свя­тость, испол­не­ние Еван­ге­лия, спа­си­тель­ное дей­ствие бла­го­да­ти Божи­ей. Но неред­ко в цер­ков­ной огра­де мож­но встре­тить и нега­тив­ные духов­ные явле­ния, пре­тен­ду­ю­щие на чудо­твор­ство как бы от Бога. В свя­зи с этим вновь пред­ла­гаю при­слу­шать­ся к сло­вам Еван­ге­лия: «По пло­дам их узна­е­те их. Соби­ра­ют ли с тер­нов­ни­ка вино­град, или с репей­ни­ка смок­вы? Так вся­кое дере­во доб­рое при­но­сит и пло­ды доб­рые, а худое дере­во при­но­сит и пло­ды худые». (Мф.7:16–17). 

Один из таких худых пло­дов я скло­нен видеть в духов­ни­че­ских зло­упо­треб­ле­ни­ях, когда под видом исце­ле­ния от гор­до­сти, лже­ду­хов­ник пол­но­стью подав­ля­ет в чело­ве­ке любое про­яв­ле­ние воли, узур­пи­руя таким обра­зом над чело­ве­ком пол­ную и без­от­вет­ствен­ную власть. Даже в нецер­ков­ной свет­ской куль­ту­ре суще­ству­ет пони­ма­ние цен­но­сти чело­ве­че­ской лич­но­сти. Будет недо­ста­точ­но отож­де­ствить лич­ность с инди­ви­ду­аль­но­стью – инди­ви­ду­аль­но­стью и непо­хо­же­стью друг на дру­га обла­да­ют и живот­ные, и рас­те­ния и даже обла­ка на небе. Чело­ве­че­ская лич­ность про­яв­ля­ет­ся как раз в воле­вых дей­стви­ях чело­ве­ка, в спо­соб­но­сти делать свой соб­ствен­ный выбор, при­ни­мать воле­вое реше­ние и брать на себя ответ­ствен­ность за свой выбор. А ведь это и есть одно из свойств обра­за Божия в чело­ве­ке. Разу­ме­ет­ся, что спо­соб­ность к сво­бо­де выбо­ра в чело­ве­ке, как тво­ре­нии Божи­ем, не носит абсо­лют­но­го харак­те­ра, но опре­де­лен­ное про­яв­ле­ние этой спо­соб­но­сти обя­за­тель­но долж­но иметь место в жиз­ни чело­ве­ка – в про­тив­ном слу­чае мы неиз­беж­но столк­нем­ся с весь­ма непри­ят­ным эффек­том зом­би­ро­ва­ния и зашо­рен­но­сти созна­ния, свой­ствен­ных боль­ше для сек­тант­ства. Мои наблю­де­ния пока­зы­ва­ют, что мно­гие люди вос­при­ни­ма­ют дан­ную Богом спо­соб­ность к сво­бо­де выбо­ра и ответ­ствен­но­сти, как непо­силь­ное бре­мя, и непре­стан­но ищут, как бы на кого бы пере­ло­жить это неже­ла­тель­ное для них бре­мя. В таком стрем­ле­нии нет ниче­го обще­го с хри­сти­ан­ским сми­ре­ни­ем, кото­рое, кста­ти, и есть во мно­гом про­яв­ле­ние соб­ствен­ной воли и ответственности.

28 декаб­ря 1998 года Свя­щен­ный Синод Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви издал опре­де­ле­ние «О духов­ни­ках». Этот заме­ча­тель­ный во всех отно­ше­ни­ях офи­ци­аль­ный доку­мент Церк­ви нисколь­ко не поте­рял сво­е­го зна­че­ния и в наши дни. В доку­мен­те после­до­ва­тель­но пере­чис­ля­ют­ся все суе­ве­рия и осно­ван­ные на них зло­упо­треб­ле­ния в цер­ков­ной духов­ни­че­ской прак­ти­ке и доступ­но изла­га­ют­ся нор­мы здо­ро­вой цер­ков­ной жиз­ни. К сожа­ле­нию, мно­ги­ми этот доку­мент стал со вре­ме­нем забы­вать­ся, а зна­чи­тель­ное чис­ло моло­до­го поко­ле­ния цер­ков­ной жиз­ни о нем даже и не слышало.

Несмот­ря на муд­рость и зна­чи­мость упо­мя­ну­то­го доку­мен­та, явле­ние лже­ду­хов­ни­че­ства про­дол­жа­ет иметь место в нашей Церк­ви. И дело не толь­ко в духов­ном неве­же­стве неко­то­рой части цер­ков­но­го наро­да, но и в пози­ции отдель­ных свя­щен­но­слу­жи­те­лей, а не ред­ко и само­чин­ных мирян, кото­рые, в уго­ду народ­ным суе­ве­ри­ям и ради при­вле­че­ния к себе боль­ше­го чис­ла почи­та­те­лей, видят глав­ную свою зада­чу не в про­по­ве­ди Бла­гой Вести Хри­сто­вой, а в том, что­бы любой ценой «выбить­ся в старцы».

Последний вывод

Итак, мы попы­та­лись разо­брать­ся с самой сущ­но­стью суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти, выяви­ли глав­ные её при­зна­ки и про­де­мон­стри­ро­ва­ли их на неко­то­рых живых при­ме­рах. Без­услов­но, тако­вых при­ме­ров мож­но при­ве­сти вели­кое мно­же­ство, но ради крат­ко­сти вполне доста­точ­но обой­тись и упо­мя­ну­ты­ми при­ме­ра­ми. Воору­жив­шись изло­жен­ной в пер­вой части логи­че­ской схе­мой суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти, не соста­вит боль­шо­го тру­да выявить суе­вер­ную сущ­ность во мно­гих куль­тур­ных явле­ни­ях как народ­ной, так и цер­ков­ной жизни.

Убеж­ден, что вся­кий Пра­во­слав­ный хри­сти­а­нин, обла­да­ю­щий хотя бы сред­ним уров­нем духов­но­го обра­зо­ва­ния и име­ю­щий неко­то­рый опыт цер­ков­ной жиз­ни, по про­чте­нии дан­ной бро­шю­ры согла­сит­ся с тем, что суе­вер­ная рели­ги­оз­ность име­ет необы­чай­ное рас­про­стра­не­ние и сре­ди про­сто­го цер­ков­но­го наро­да, и сре­ди нецер­ков­но­го наро­да в осо­бен­но­сти. Тут не может не воз­ник­нуть недо­уме­ние – как же так, ведь с язы­че­ством наш народ рас­стал­ся уже более тыся­чи лет назад! Отку­да же тогда такое рас­про­стра­не­ние суе­вер­ной рели­ги­оз­но­сти? Это очень непро­стой вопрос, тре­бу­ю­щий отдель­но­го обсуж­де­ния. Но тот факт, что язы­че­ское насле­дие нам гораз­до бли­же, чем это может пока­зать­ся при поверх­ност­ном рас­смот­ре­нии, на мой взгляд, не вызы­ва­ет сомне­ния. О мно­го­ве­ко­вой живу­че­сти облом­ков язы­че­ства сви­де­тель­ству­ет, напри­мер, чрез­вы­чай­ная рас­про­стра­нен­ность в народ­ной сре­де тако­го явле­ния, как рус­ский мат. Было вре­мя, когда неко­то­рые пра­во­слав­ные пат­ри­о­ты утвер­жда­ли, что мат был навя­зан рус­ско­му наро­ду мон­голь­ски­ми заво­е­ва­те­ля­ми. Но недав­ние архео­ло­ги­че­ские наход­ки ака­де­ми­ка Вален­ти­на Лав­рен­тье­ви­ча Яни­на начи­сто опро­верг­ли эти пред­по­ло­же­ния – бере­стя­ные гра­мо­ты, извле­чён­ные в Вели­ком Нов­го­ро­де из куль­тур­ных сло­ев домон­голь­ско­го пери­о­да, содер­жат, увы, извест­ные матер­ные выра­же­ния. А сквер­но­сло­вие и есть явное сви­де­тель­ство нехри­сти­ан­ско­го отно­ше­ния к чело­ве­ку и чело­ве­че­ско­му сло­ву. Так что нет ниче­го уди­ви­тель­но­го в том, что остат­ки язы­че­ско­го созна­ния сохра­ни­лись и до наше­го времени.

Хочу выска­зать здесь ещё одно своё мне­ние. Обще­упо­тре­би­тель­но счи­та­ет­ся, что в 988 году древ­няя Русь при­ня­ла Свя­тое кре­ще­ние и рус­ский народ рас­стал­ся с язы­че­ством и при­нял Хри­сти­ан­скую веру. Тогда и роди­лась Свя­тая Русь. На мой взгляд, дан­ным утвер­жде­ни­ем опи­сы­ва­ет­ся не вся исто­ри­че­ская реаль­ность. Свя­тая Русь дей­стви­тель­но тогда роди­лась, но Русь вар­вар­ская при этом совсем не умер­ла. Так они и сосу­ще­ству­ют рядом уже целое тыся­че­ле­тие – Русь Свя­тая и Русь вар­вар­ская. И сосу­ще­ство­ва­ние их носит дале­ко не мир­ный харак­тер – они непре­рыв­но пре­бы­ва­ют в состо­я­нии насто­я­щей вой­ны, вой­ны граж­дан­ской по рели­ги­оз­ным моти­вам. Эта вой­на в раз­ные эпо­хи носи­ла вре­ме­на­ми как холод­ный, так и горя­чий харак­тер. При­ве­ду неко­то­рые исто­ри­че­ские при­ме­ры воин­ствен­но­го про­яв­ле­ния язы­че­ско­го духа в рус­ской куль­ту­ре: сопро­тив­ле­ние силой сто­рон­ни­ков язы­че­ства вели­ко­кня­же­ско­му пове­ле­нию при­нять Кре­ще­ние; Ста­ро­об­ряд­че­ский рас­кол в 17 веке; народ­ные бун­ты 18–19 веков (Пуга­чев­ский, чум­ной, холер­ный); мас­со­вые само­убий­ства в сек­тант­ских дерев­нях раз­ных губер­ний Рос­сий­ской Импе­рии в 19 веке; рели­ги­оз­ная про­по­ведь Льва Тол­сто­го; вли­я­ние лич­но­сти Гри­го­рия Рас­пу­ти­на и дру­гих менее извест­ных рели­ги­оз­ных дея­те­лей в нача­ле 20-го века; жесто­кая анти­цер­ков­ная поли­ти­ка Совет­ской вла­сти и мно­гое другое.

На осно­ва­нии все­го выше­из­ло­жен­но­го хочу сде­лать окон­ча­тель­ный и глав­ный вывод:

Име­ю­щая боль­шое рас­про­стра­не­ние суе­вер­ная рели­ги­оз­ность пред­став­ля­ет собой сохра­нив­шу­ю­ся до наших дней гру­ду миро­воз­зрен­че­ских облом­ков раз­ру­шен­ной тыся­чу лет назад язы­че­ской культуры.

Пути преодоления

А вот теперь при­шло вре­мя задать клас­си­че­ский рус­ский вопрос (име­ю­щий, кста­ти, про­ис­хож­де­ние из Еван­ге­лия): «Что делать»?

Увы, неред­ко в при­ход­ской прак­ти­ке ответ на этот вопрос в свя­зи с дан­ной ситу­а­ци­ей носит при­спо­соб­лен­че­ский харак­тер. Само устро­е­ние цер­ков­ной жиз­ни пред­по­ла­га­ет, что постав­лен­ный на при­хо­де Апо­столь­ской вла­стью епи­ско­па пре­сви­тер дол­жен руко­во­дить жиз­нью Пра­во­слав­ной общи­ны и учить при­хо­жан осно­вам веры. Но на деле ино­гда слу­ча­ет­ся наобо­рот – не столь­ко свя­щен­ник вли­я­ет на народ, сколь­ко сам народ вли­я­ет на свя­щен­ни­ка. (Я сам в моло­до­сти пере­жи­вал такое иску­ше­ние). В резуль­та­те тако­го вли­я­ния уста­нав­ли­ва­ет­ся при­ход­ская прак­ти­ка, не име­ю­щая про­све­ти­тель­ско­го харак­те­ра, но вполне удо­вле­тво­ря­ю­щая суе­вер­ным запро­сам зна­чи­тель­ной части народа.

Обез­опа­сить себя от чуж­дых Хри­сти­ан­ству вли­я­ний в Церк­ви доволь­но про­сто: реши­тель­но отвер­гая все кли­ку­ше­ские обви­не­ния в «про­те­стант­стве», во всем и все­гда опи­рать­ся на Еван­ге­лие Хри­сто­во. А для это­го необ­хо­ди­мо знать и любить Еван­ге­лие. Само­му про­ник­нуть­ся духом Еван­ге­лия. В таком слу­чае вся­кое чуж­дое Хри­сти­ан­ству вея­ние будет ощу­щать­ся как духов­ное зло­во­ние и кате­го­ри­че­ски оттор­гать­ся. Обла­дая Еван­ге­ли­ем, чело­век обла­да­ет всей пол­но­той Исти­ны. Ника­кой вели­кий свя­той ниче­го не доба­вил ново­го к Еван­гель­ской Истине. Он толь­ко испол­нял, про­по­ве­до­вал и истол­ко­вы­вал Бла­гую Весть. Посе­му нет ника­кой нуж­ды в новых откро­ве­ни­ях, инте­рес к ним — при­знак мало­ве­рия в Евангелие.

Но это доволь­но про­сто ска­зать и понять, но как труд­но, как пока­зы­ва­ет опыт, испол­нить. И необ­хо­ди­мо при­знать, что духов­ная утвер­жден­ность на Бла­гой Вести Хри­сто­вой встре­ча­ет­ся сре­ди Пра­во­слав­но­го наро­да дале­ко не всегда.

Сего­дня крайне акту­аль­на и необ­хо­ди­ма мис­си­о­нер­ская и про­све­ти­тель­ская дея­тель­ность Церк­ви. При этом очень важ­но осте­ре­гать­ся одно­го боль­шо­го соблаз­на, могу­ще­го све­сти «на нет» все уси­лия в дан­ном направлении.

Вели­кий рус­ский поэт А.С. Пуш­кин заме­ча­тель­но выра­зил этот соблазн в сти­хо­тво­ре­нии «Поэт и тол­па». В сти­хо­тво­ре­нии пока­зан поэт, кото­рый с интел­лек­ту­аль­ной и нрав­ствен­ной высо­ты сво­е­го талан­та обра­ща­ет к тол­пе бла­го­род­ней­шее сло­во. Но гру­бая и неве­же­ствен­ная тол­па не слы­шит и не при­ни­ма­ет это­го слова.

«Мол­чи, бес­смыс­лен­ный народ,
Поден­щик, раб нуж­ды, забот!
Поди­те прочь — какое дело
Поэту мир­но­му до вас!
В раз­вра­те каме­ней­те смело,
Не ожи­вит вас лиры глас»!

Так реа­ги­ру­ет поэт на нрав­ствен­ную глу­хо­ту «бес­смыс­лен­но­го наро­да». Обыч­но, в свет­ской куль­ту­ре глав­ный герой дан­но­го сти­хо­тво­ре­ния вос­при­ни­ма­ет­ся как в выс­шей сте­пе­ни поло­жи­тель­ный герой, сво­ей духов­но­стью и бла­го­род­ством воз­вы­ша­ю­щий­ся над тол­пой, без­раз­лич­ной к высо­ким иде­а­лам. Но для нас, слу­жи­те­лей Церк­ви Хри­сто­вой, тако­вой образ не может быть при­ем­лем. Да, дей­стви­тель­но, Пра­во­слав­но­му про­по­вед­ни­ку неиз­беж­но при­дет­ся стал­ки­вать­ся с непо­ни­ма­ни­ем, глу­хо­той, без­раз­ли­чи­ем, черст­во­стью, закос­не­ло­стью в неве­же­стве и враж­деб­ной реак­ци­ей. Но это отнюдь не повод ста­но­вить­ся в позу пуш­кин­ско­го «Поэта». В Еван­ге­лии от Иоан­на есть такие сло­ва: «Но этот народ невеж­да в Законе, про­клят он». (Ин.7:49). Это сло­ва фари­се­ев, выра­жа­ю­щие их отно­ше­ние к наро­ду. Но так ли отно­сил­ся к наро­ду Хри­стос и Его уче­ни­ки? «Пас­тырь доб­рый душу свою пола­га­ет за овец» (Ин.11:11) — вот отно­ше­ние Гос­по­да к людям. И такое же отно­ше­ние к людям Он запо­ве­дал и Сво­им уче­ни­кам, то есть и нам в том числе.

Не осуж­де­ние, не при­го­вор, не высо­ко­ме­рие и не изгна­ние, а любовь, тер­пе­ние и дол­гий кро­пот­ли­вый труд — вот осно­ва про­све­ти­тель­ской дея­тель­но­сти Церк­ви Хри­сто­вой. Толь­ко так мож­но помочь совре­мен­но­му чело­ве­ку обре­сти веру и родить­ся духов­но. Духов­ное рож­де­ние – это не какие-то сим­во­ли­че­ские гром­кие сло­ва. Это под­лин­ная реаль­ность, о кото­рой гово­рил Хри­стос. И имен­но в этой реаль­но­сти нуж­да­ет­ся мно­же­ство наших совре­мен­ни­ков, зем­лю души кото­рых зани­ма­ет бес­плод­ная смо­ков­ни­ца суе­вер­ной религиозности.

Актив­ная Пра­во­слав­ная мис­сия сего­дня важ­на, как нико­гда. А вот об осо­бен­но­стях мис­си­о­нер­ско­го слу­же­ния в совре­мен­ной рос­сий­ской про­вин­ции мы пого­во­рим в сле­ду­ю­щей бро­шю­ре под назва­ни­ем «Реаль­ная миссия».

Приложение

Сопо­став­ле­ние язы­че­ских и хри­сти­ан­ских поня­тий, часто сме­ши­ва­е­мых в созна­нии суе­вер­ных людей. На самом деле эти поня­тия совер­шен­но раз­ные по сути, про­ис­хо­дят из раз­лич­ных источ­ни­ков, фор­ми­ру­ют совер­шен­но раз­ную духов­ную атмо­сфе­ру в чело­ве­ке, побуж­да­ют к раз­но­му роду действий.

Язы­че­ский оберег

Хри­сти­ан­ский натель­ный крест

Язы­че­ский идол

Хри­сти­ан­ская икона

Язы­че­ское заклинание

Хри­сти­ан­ская молитва

Язы­че­ская магия

Хри­сти­ан­ские Таинства

Язы­че­ские слу­хи о пор­че и сглазе

Хри­сти­ан­ское уче­ние о диа­во­ле и пад­ших ангелах

Язы­че­ское жречество

Хри­сти­ан­ская цер­ков­ная иерархия

Язы­че­ские оракулы

Хри­сти­ан­ские святые

Язы­че­ские тризны

Хри­сти­ан­ское поми­но­ве­ние усопших

P.S.

Очень про­шу чита­те­ля не понять меня непра­виль­но – дан­ная бро­шю­ра вовсе не явля­ет­ся эта­ким обви­не­ни­ем или при­го­во­ром все­му рус­ско­му наро­ду. Един­ствен­ное мое жела­ние – помочь совре­мен­но­му чело­ве­ку обре­сти истин­ную и живую веру в Бога и предо­сте­речь от лож­ных путей. Свя­тая Русь для меня — поня­тие не пустое, а доро­гое и свя­щен­ное. Поня­тие не гео­гра­фи­че­ское, не госу­дар­ствен­ное и даже не наци­о­наль­ное. Поня­тие духов­ное. Свя­тая Русь суще­ству­ет в жити­ях мно­гих поко­ле­ний хри­сти­ан­ских подвиж­ни­ков бла­го­че­стия. В жити­ях тех подвиж­ни­ков, кото­рым вера доста­лась очень доро­го, поче­му и хра­ни­ли они эту веру, как дра­го­цен­ную жем­чу­жи­ну. В каче­стве одно­го лишь при­ме­ра тако­го подвиж­ни­че­ства, я рас­ска­жу под­лин­ную исто­рию о жиз­ни и подви­ге про­стой рус­ской жен­щи­ны, нашей при­хо­жан­ки Веры Ива­нов­ны Екимовой.

Крат­кая повесть о жиз­ни и хри­сти­ан­ском подви­ге прис­но­па­мят­ной рабы Божи­ей Веры Ива­нов­ны Екимовой.

(Состав­ле­на мною на осно­ва­нии соб­ствен­ных рас­ска­зов Веры Ива­нов­ны, а так­же мно­го­чис­лен­ных сви­де­тельств близ­ких ей людей).

Вера Ива­нов­на Еки­мо­ва роди­лась трид­ца­то­го сен­тяб­ря 1927 года в деревне Юрше­во Нов­го­род­ской обла­сти. Сего­дня эта дерев­ня пред­став­ля­ет собой труд­но­до­ступ­ное мерт­вое уро­чи­ще, а в дово­ен­ное вре­мя там про­жи­ва­ло доволь­но мно­го наро­да, рабо­та­ли сов­хоз, шко­ла, мед­пункт. Юная девоч­ка Вера отли­ча­лась весе­лым харак­те­ром, была одной из луч­ших уче­ниц в сель­ской шко­ле, очень люби­ла и хоро­шо уме­ла тан­це­вать. Из раз­ных домов её посто­ян­но при­гла­ша­ли в гости на празд­ни­ки – «Вер­ка, спля­ши»! И Вера весе­лым тан­цем радо­ва­ла людей. Шли годы, Вера рос­ла. Но вот пля­са­ла она со вре­ме­нем все мень­ше и мень­ше – близ­кие ста­ли заме­чать, что Вера как буд­то слег­ка при­хра­мы­ва­ет. Она дол­гое вре­мя не при­зна­ва­лась, пыта­лась ута­ить свой вне­зап­ный недуг, но с каж­дым меся­цем хро­мо­та уве­ли­чи­ва­лась и ста­ла нако­нец совер­шен­но явной – девуш­ка уже не мог­ла без посто­рон­ней помо­щи забрать­ся на печ­ку. Вера вынуж­де­на была при­знать­ся – в пра­вой ноге появи­лась боль, мешав­шая сги­ба­нию ноги в колене. С каж­дым меся­цем нога сги­ба­лась все мень­ше и мень­ше. Роди­те­ли отве­ли Веру к сель­ско­му фельд­ше­ру. Тот посмот­рел, поду­мал и решил про­ве­сти очень свое­об­раз­ную «опе­ра­цию» — пол­но­стью выпря­мил боль­ную ногу, нало­жил гипс на всю ногу и велел ждать месяц. Через месяц гипс раз­би­ли, и выпрям­лен­ная нога после это­го совер­шен­но отка­за­лась сги­бать­ся – Вера пре­вра­ти­лась в насто­я­щую лежа­чую инва­лид­ку, не спо­соб­ную пере­дви­гать­ся без помо­щи близ­ких. Упо­мя­ну­тый фельд­шер дал направ­ле­ние в рай­он­ную боль­ни­цу к вра­чу-хирур­гу. Роди­те­ли выбра­ли вос­крес­ный день (от рабо­ты в сов­хо­зе не осво­бож­да­ли даже по тако­му пово­ду), сна­ря­ди­ли теле­гу, уло­жи­ли в неё боля­щую Веру и ещё с ночи отпра­ви­лись в даль­ний путь. Рано утром на лес­ной доро­ге им повстре­чал­ся вер­хо­вой гонец из райцентра:

«Кто такие, куда направ­ля­е­тесь»? – осве­до­мил­ся гонец.

«Так и так, везем дочь в боль­ни­цу» — отве­ча­ли роди­те­ли Веры.

«Пово­ра­чи­вай­те назад — взвол­но­ван­но ска­зал гонец – нача­лась война».

Это было утро вос­крес­но­го дня 22 июня 1941 года…

Дерев­ня Юрше­во рас­по­ла­га­лась в пят­на­дца­ти кило­мет­рах от реки Вол­хов по пра­во­му её бере­гу и явля­лась частью теат­ра воен­ных дей­ствий зна­ме­ни­той Вол­хов­ской бит­вы – одно­го из самых дол­гих и кро­во­про­лит­ных сра­же­ний Вели­кой Оте­че­ствен­ной Вой­ны. Нем­цы при­шли на берег Вол­хо­ва в авгу­сте сорок пер­во­го года, а отсту­пи­ли толь­ко в кон­це янва­ря сорок чет­вер­то­го. Линия фрон­та про­хо­ди­ла по рус­лу реки. Левый берег был немец­ким, а пра­вый, за исклю­че­ни­ем насе­лен­ных пунк­тов Гру­зи­но и Кири­ши, – нашим. Одна­ко, осе­нью сорок пер­во­го нем­цам уда­лось места­ми пере­брать­ся на пра­вый берег и даже неко­то­рое вре­мя там про­дер­жать­ся. Не избе­жа­ла уча­сти захва­та и дерев­ня Юрше­во. Вера ока­за­лась в эва­ку­а­ции, где и про­бы­ла всю вой­ну. Несмот­ря на инва­лид­ность, Вера тру­ди­лась как мог­ла, делая от себя все воз­мож­ное для помо­щи изне­мо­га­ю­щей от вой­ны стране. И вот нако­нец настал дол­го­ждан­ный миг – радость Вели­кой Побе­ды, воз­вра­ще­ние в род­ной дом. И сколь­ко еще пред­сто­я­ло тру­дов на вос­ста­нов­ле­нии раз­ру­шен­но­го вой­ной хозяй­ства. Вере уже восем­на­дцать лет, она взрос­лый чело­век. Но болезнь не оста­ви­ла её. От стро­и­тель­ных и поле­вых работ она осво­бож­де­на по инва­лид­но­сти. В один вос­крес­ный день по какой-то ока­зии из дерев­ни в рай­центр отпра­ви­лась теле­га. Взя­ли с собой и Веру. По при­ез­де в город у Веры оста­ва­лось доволь­но сво­бод­но­го вре­ме­ни, и род­ствен­ни­ки отве­ли её в Цер­ковь.

В дово­ен­ное вре­мя Рус­ская Пра­во­слав­ная Цер­ковь в Нов­го­род­ской обла­сти была прак­ти­че­ски уни­что­же­на НКВД. Духо­вен­ство было пого­лов­но рас­стре­ля­но, Боже­ствен­ная литур­гия не слу­жи­лась нигде с 1939 года. С 1942 года на окку­пи­ро­ван­ных тер­ри­то­ри­ях Нов­го­род­ской обла­сти актив­но дей­ство­ва­ла так назы­ва­е­мая Псков­ская мис­сия, дея­тель­но­стью кото­рой был охва­чен и упо­мя­ну­тый рай­центр. Разо­рен­ный ещё в 1932 году камен­ный храм с раз­ре­ше­ния окку­па­ци­он­ных вла­стей был вос­ста­нов­лен и открыт в 1942 году и про­дол­жал дей­ство­вать даже после ухо­да нем­цев. Моло­дая инва­лид­ка Вера впер­вые в жиз­ни побы­ва­ла на Боже­ствен­ной литур­гии. И имен­но здесь в глу­бине её серд­ца про­изо­шло таин­ство духов­но­го её рож­де­ния. Гос­подь посе­тил Сво­ею бла­го­да­тью серд­це Веры, воз­жег ого­нёк свя­той веры в душе страж­ду­щей Веры. Она настоль­ко про­ник­лась Сло­вом Божи­им, молит­вой и таин­ством литур­гии, что уйти из Церк­ви уже не смог­ла – спа­си­тель­ная сила веры непре­одо­ли­мо влек­ла её ко Христу.

Рас­сто­я­ние от дерев­ни Юрше­во до рай­цен­тра состав­ля­ло трид­цать три кило­мет­ра. Грун­то­вую доро­гу пере­се­ка­ла река Вол­хов, а моста в те вре­ме­на еще не было – ходил канат­ный паром. Обще­ствен­но­го транс­пор­та на этом марш­ру­те не суще­ство­ва­ло, а теле­га в рай­центр из дерев­ни ходи­ла доволь­но ред­ко. Как же быть Вере? Её душа стре­мит­ся к Богу, ей невоз­мож­но жить без Церкви… 

Для нача­ла ей уда­лось уго­во­рить одно­го дядю сма­сте­рить для неё косты­ли. Потом неко­то­рое вре­мя она учи­лась пере­дви­гать­ся само­сто­я­тель­но при помо­щи этих косты­лей. И даль­ше Вера ста­ла ходить. Ходить на косты­лях. Ходить в Цер­ковь. Трид­цать три кило­мет­ра туда, трид­цать три кило­мет­ра обрат­но. Днем и ночью. Летом, осе­нью, зимой и вес­ной. Каж­дый раз дого­ва­ри­вать­ся с паром­щи­ком или лодоч­ни­ком на пере­пра­ве. Зимой — мороз и снеж­ные сугро­бы. Вес­ной и осе­нью — грязь и холод­ные дожди. Летом — тучи кома­ров и слеп­ней. Так Вера про­хо­ди­ла на косты­лях в цер­ковь восем­на­дцать лет, не про­пу­стив за эти годы ни одной вос­крес­ной и празд­нич­ной литургии… 

Одно­му Богу извест­но, что пере­жи­ла стран­ни­ца Вера на сво­ем бого­угод­ном пути. Сама она была весь­ма немно­го­слов­на. О себе рас­ска­зы­ва­ла мало и очень ред­ко. Вот один её рас­сказ, кото­рый я слы­шал от неё сам: «Иду, пом­ню, как-то летом. Жар­ко. Слеп­ни так и жалят. А отмах­нуть­ся не могу – руки-то косты­ли дер­жат. Чув­ствую, что по лицу со лба струй­ки кро­ви текут от уку­сов. Иду и пла­чу. Гос­по­ди, гово­рю, про­сти Ты меня, вели­кую греш­ни­цу! Поми­луй меня, про­го­ни Ты от меня этих слеп­ней! И вдруг чув­ствую – вете­рок подул. Туч­ка отку­да-то появи­лась, и малень­кий дож­дик зака­пал. Слеп­ни все и уле­те­ли. А я опять пла­чу — Гос­по­ди, я такая греш­ни­ца, а Ты меня милу­ешь!… А через восем­на­дцать лет Гос­подь даро­вал мне ноги».

Слу­чи­лось это как бы есте­ствен­ным обра­зом. В 1963 году кто-то из род­ствен­ни­ков устро­ил Веру Ива­нов­ну по зна­ком­ству в Воен­но-меди­цин­скую Ака­де­мию в Ленин­гра­де, где она и про­ле­жа­ла око­ло трех меся­цев. Ей была сде­ла­на опе­ра­ция, после кото­рой пра­вая нога ста­ла частич­но сги­бать­ся. Пол­но­стью Вера Ива­нов­на не попра­ви­лась, но зато ста­ла иметь воз­мож­ность ходить само­сто­я­тель­но без помо­щи косты­лей, хотя и замет­но при­хра­мы­вая. С этим вре­ме­нем сов­пал её пере­езд в дру­гую дерев­ню, зна­чи­тель­но бли­же к рай­цен­тру, отку­да до горо­да уже ходил авто­бус. (Юрше­во, как и мно­гие дерев­ни того вре­ме­ни, нача­ло посте­пен­но выми­рать). Доро­га к хра­му ста­ла для Веры Ива­нов­ны зна­чи­тель­но лег­че. Преж­нее её хож­де­ние в храм не было для неё каким-то само­чин­ным, само­воль­но воз­ло­жен­ным на себя подви­гом. Ей был важен не сам подвиг хож­де­ния, а обще­ние с Гос­по­дом в Свя­той Евха­ри­стии. И дру­гой воз­мож­но­сти посе­ще­ния Церк­ви, кро­ме дол­го­го и мно­го­труд­но­го хож­де­ния у неё про­сто не было.

Весь­ма скорб­ным собы­ти­ем в жиз­ни Веры Ива­нов­ны ста­ло насиль­ствен­ное закры­тие её род­но­го хра­ма при новой волне гоне­ний на Цер­ковь в шести­де­ся­тые годы. Общи­на вынуж­де­на была пере­брать­ся на окра­и­ну горо­да в ста­рень­кую дере­вян­ную часов­ню, где и про­дол­жи­лась духов­ная жизнь. Потре­бо­ва­лось мно­го тру­дов по пере­строй­ке и рас­ши­ре­нию ново­го хра­ма. Встав­шая на ноги Вера Ива­нов­на все­гда была в пер­вых рядах бес­ко­рыст­ных цер­ков­ных тру­же­ни­ков, не отка­зы­вав­ших­ся ни от какой тяже­лой и гряз­ной рабо­ты. Тру­ди­лась она во сла­ву Божию бук­валь­но до послед­не­го сво­е­го часа.

Когда в 1989 году общине были воз­вра­ще­ны руи­ны преж­ней, род­ной для Веры Ива­нов­ны церк­ви, она пер­вая появи­лась на раз­ва­ли­нах с вед­ром и лопа­той для убор­ки мусо­ра и стро­и­тель­но­го хлама.

Сама Вера Ива­нов­на заму­жем нико­гда не была – всю жизнь пре­бы­ла в дев­стве. Но подвиг мате­рин­ства был ей не чужд. У её род­ной сест­ры было семь детей, и для них всех Вера Ива­нов­на ста­ла вто­рой мате­рью, про­яв­ляя забо­ту о пле­мян­ни­ках, как о сво­их род­ных детях. Впо­след­ствии все пле­мян­ни­ки бла­го­дар­но отве­ча­ли ей вза­им­ным о ней попечением.

Я позна­ко­мил­ся с Верой Ива­нов­ной сра­зу же по при­бы­тии на При­ход вес­ной 1998 года. Даже ещё ниче­го не зная о её про­шлых подви­гах, я уже заме­тил бабуш­ку Веру, как осо­бо бла­го­че­сти­во­го чело­ве­ка. Пла­мен­ная любовь к Богу и Церк­ви, готов­ность все­гда бес­ко­рыст­но прий­ти любо­му на помощь, рев­ност­ная забо­та о цер­ков­ном деле, неустан­ный труд во сла­ву Божию – вот что не мог­ло укрыть­ся от мое­го взо­ра в лич­но­сти Веры Ива­нов­ны. При этом она все­гда дер­жа­ла себя очень скром­но и неза­мет­но, была очень тихим и совер­шен­но незло­би­вым чело­ве­ком. Нико­гда ни в каком слу­чае и ни коим обра­зом не выпя­чи­ва­ла себя, не под­чер­ки­ва­ла никак сво­ей зна­чи­мо­сти. «Гос­по­ди, про­сти Ты меня, вели­кую греш­ни­цу»- без этой фра­зы не обхо­ди­лось ни одно её сло­во. Не было ни одно­го слу­чая, что­бы Вера Ива­нов­на ста­но­ви­лась источ­ни­ком или участ­ни­ком ссор, скан­да­лов, воз­му­ще­ний, пере­су­дов. Если в ком­па­нии начи­нал­ся раз­го­вор, как-либо осуж­да­ю­щий кого-либо, то к это­му раз­го­во­ру бабуш­ка Вера была без­участ­на. При­чем это не было какой-то высо­ко­мер­ной позой или отвра­ще­ни­ем от раз­го­ва­ри­ва­ю­щих – она про­сто мол­ча сиде­ла, не умея что-либо доба­вить к раз­го­во­ру. Осуж­де­ние и зло­сло­вие были совер­шен­но чуж­ды её серд­цу. А вот хоро­шее о ком-нибудь она все­гда нахо­ди­ла, что сказать.

Вера Ива­нов­на вери­ла Гос­по­ду в про­сто­те сво­е­го чисто­го серд­ца – бого­слов­ско­го обра­зо­ва­ния у неё не было. Но Еван­ге­лие Хри­сто­во она хоро­шо зна­ла и люби­ла. Я ни разу не заме­чал, что­бы бабуш­ка Вера при­ста­ва­ла к кому-нибудь с поуче­ни­я­ми или настав­ле­ни­я­ми. Несмот­ря на совер­шен­ные в сво­ей жиз­ни духов­ные подви­ги, Вера Ива­нов­на нико­гда не «щего­ля­ла» перед дру­ги­ми при­хо­жа­на­ми эти­ми подви­га­ми или каки­ми-то осо­бы­ми «даро­ва­ни­я­ми» — про­зор­ли­во­стью, про­ро­че­ства­ми, чудо­тво­ре­ни­я­ми. Для неё это было про­сто немыс­ли­мо: «я вели­кая греш­ни­ца»- вот толь­ко что я слы­шал от неё.

И гово­ри­лось это совер­шен­но искренне, без тени лож­но­го сми­ре­ния. При её жиз­ни я видел в Вере Ива­новне образ хри­сти­ан­ской свя­то­сти без чудо­тво­ре­ний, что лич­но мне пред­став­ля­лось осо­бен­но цен­ным – ведь очень важ­но, что­бы свя­той вос­при­ни­мал­ся преж­де все­го, как при­мер истин­ной веры и сле­до­ва­ния за Хри­стом, а не как сред­ство испол­не­ния зага­дан­ных жела­ний, как это неред­ко сего­дня быва­ет. Но вот однажды…

Через два года после её смер­ти, меня при­гла­си­ли в один дом для при­ча­ще­ния боль­ной жен­щи­ны. Под­во­зил меня до места муж боля­щей. И вот что он мне тогда поведал.

«Я сам чело­век не цер­ков­ный и нико­гда не пове­рил бы, если бы кто мне рас­ска­зал то, что я вам сей­час рас­ска­жу. Лет два­дцать назад мы с женой силь­но стра­да­ли от пол­чищ тара­ка­нов в нашей квар­ти­ре. Ника­кие сред­ства не помо­га­ли выве­сти этих тара­ка­нов, что толь­ко мы ни дела­ли. Кто-то посо­ве­то­вал моей супру­ге при­гла­сить в дом свя­щен­ни­ка и освя­тить квар­ти­ру. Преж­ний насто­я­тель был тогда очень болен и не мог к нам при­е­хать. Тогда жена попро­си­ла его при­слать к нам хоть кого-нибудь из при­хо­жан, что­бы тот помо­лил­ся и окро­пил свя­той водой наше жили­ще. По слу­чаю в хра­ме нахо­ди­лась одна бабуш­ка – малень­кая, худень­кая, хро­мая. Вера Ива­нов­на её зва­ли. По прось­бе свя­щен­ни­ка она согла­си­лась прий­ти к нам и почи­тать молит­вы. Вера Ива­нов­на была у нас недол­го, что-то почи­та­ла, попрыс­ка­ла свя­той водой и пошла. Так вот, не поду­май­те, что я сума­сшед­ший, в это труд­но пове­рить, но я видел это соб­ствен­ны­ми гла­за­ми! Когда Вера Ива­нов­на была еще на поро­ге нашей квар­ти­ры, целые пол­чи­ща тара­ка­нов повы­ле­за­ли изо всех щелей на пол, выстро­и­лись в три колон­ны и вышли вслед за этой бабуш­кой в кори­дор все до одно­го. С тех пор ни одно­го тара­ка­на в нашей квар­ти­ре не появ­ля­лось никогда». 

Сама Вера Ива­нов­на нико­гда нико­му про этот слу­чай не рас­ска­зы­ва­ла. Хочу заме­тить, что опи­сан­ное выше чудо Вера Ива­нов­на сотво­ри­ла не само­воль­но, а исклю­чи­тель­но из послу­ша­ния насто­я­те­лю При­хо­да. Сама же она нико­гда не дер­за­ла исце­лять, отчи­ты­вать или совер­шать что-то подоб­ное, дер­жась все­гда скром­но и неза­мет­но, являя поис­ти­не хри­сти­ан­ское смирение.

Вера Ива­нов­на все­гда была чело­ве­ком, про­из­во­дя­щим самое бла­гост­ное впе­чат­ле­ние. Бла­го­об­раз­ные чер­ты её лица, доб­рый взгляд её чистых глаз, нето­роп­ли­вые дви­же­ния рук и даже при­хра­мы­ва­ю­щая поход­ка – все отоб­ра­жа­ло печать Боже­ствен­ной люб­ви. Послед­ние годы сво­ей жиз­ни Вера Ива­нов­на оди­но­ко жила в почер­нев­шем от вре­ме­ни ста­рень­ком дере­вен­ском бре­вен­ча­том доми­ке. Мно­го­чис­лен­ные и бла­го­дар­ные род­ствен­ни­ки были рады при­ютить её у себя, но бабуш­ка Вера пред­по­чи­та­ла молит­вен­ное уеди­не­ние в сво­ей вет­хой избуш­ке, забо­тясь о себе сама. Неод­но­крат­но бывая у неё в гостях, я все­гда пора­жал­ся обста­нов­ке в этом доме. Вера Ива­нов­на жила в мате­ри­аль­ном отно­ше­нии очень небо­га­то – денег на доро­гое убран­ство у неё нико­гда не было, пото­му и обста­нов­ка была самая про­стая. Доща­тый кра­ше­ный пол, про­стые домо­тка­ные поло­вич­ки, ста­рая совет­ская кле­ён­ка на сто­ле, натя­ну­тые на вере­воч­ку белые тря­поч­ки на окнах вме­сто зана­ве­сок – всё самое про­стое. И в то же вре­мя — это неза­мыс­ло­ва­тое убран­ство все­гда пре­бы­ва­ло в такой чисто­те и в таком поряд­ке, что было ощу­ще­ние нахож­де­ния в каком-то музее – страш­но было даже нелов­ким дви­же­ни­ем нару­шить эту кра­со­ту и гар­мо­нию. И это было неуди­ви­тель­но – внут­рен­няя кра­со­та Веры Ива­нов­ны пре­об­ра­зо­вы­ва­ла соот­вет­ствен­но и внеш­нее её окружение.

Бабуш­ку Веру люби­ли все – и род­ствен­ни­ки, и бра­тья и сест­ры во Хри­сте. Никто нико­гда на неё не него­до­вал, не оби­жал­ся, не зави­до­вал, не рев­но­вал, не зло­сло­вил. Злоб­ные фари­сеи её про­сто не заме­ча­ли и пото­му не виде­ли в ней кон­ку­рен­та. Как-то раз у нас на При­хо­де появи­лась неко­то­рая сум­ма в ино­стран­ной валю­те. Было реше­но отпра­вить на эти сред­ства кого-нибудь из наших бес­ко­рыст­ных тру­же­ни­ков во Свя­тую Зем­лю в палом­ни­че­ство. Денег хва­та­ло толь­ко на одно­го чело­ве­ка. Как же быть, ведь достой­ных этой поезд­ки ока­зы­ва­лось не менее два­дца­ти чело­век? Я пред­ло­жил опре­де­лить достой­но­го кан­ди­да­та с помо­щью жре­бия. Все согла­си­лись. Но когда настал назна­чен­ный для жре­бия день, то ока­за­лось, что все без исклю­че­ния кан­ди­да­ты доб­ро­воль­но отка­за­лись от уча­стия в жере­бьев­ке в поль­зу Веры Ива­нов­ны. Так и было при­ня­то реше­ние о палом­ни­че­стве Веры Ива­нов­ны во Свя­той град Иеру­са­лим. Ей в ту пору испол­ни­лось уже семь­де­сят семь лет. Про­явив по сво­е­му обык­но­ве­нию хри­сти­ан­ское сми­ре­ние, Вера Ива­нов­на отра­ви­лась в палом­ни­че­ство. Бла­го­по­луч­но воз­вра­тив­шись домой, Вера Ива­нов­на пора­до­ва­ла всех при­хо­жан инте­рес­ней­шим рас­ска­зом о сво­ем пре­бы­ва­нии во Свя­той Земле.

В послед­ний год сво­ей зем­ной жиз­ни бабуш­ка Вера была очень сла­ба телес­но. Быва­ло, что утром она при­хо­ди­ла в цер­ковь сама, а по окон­ча­нии литур­гии её уже нес­ли домой на руках – силы поки­да­ли её. Пом­ню мой послед­ний с ней раз­го­вор. Дом её нахо­дил­ся у под­но­жия моста через Вол­хов, и что­бы добрать­ся до дома, необ­хо­ди­мо было спус­кать­ся по очень кру­тым сту­пень­кам. В тот день я помог ей спу­стить­ся к дому, под­дер­жи­вая её под руки. Спу­стив­шись, она оста­но­ви­лась, что­бы отды­шать­ся. И вот тут она про­из­нес­ла послед­ние сло­ва, кото­рые я слы­шал от неё: «Я бла­го­да­рю Гос­по­да за эту болезнь, кото­рую Он мне послал от юно­сти. Бла­го­да­ря этой болез­ни, жизнь моя про­шла в Гос­по­де. А так бы не извест­но, куда занес­ло. Сла­ва Богу» …

Вера Ива­нов­на Еки­мо­ва, в жиз­ни кото­рой испол­ни­лись сло­ва Писа­ния: «Сила Божия в немо­щи совер­ша­ет­ся», без­бо­лез­нен­но, непо­стыд­но и мир­но пре­ста­ви­лась ко Гос­по­ду два­дцать вось­мо­го фев­ра­ля 2012 года и похо­ро­не­на на клад­би­ще ныне исчез­нув­шей с лица зем­ли дерев­ни Мод­ня. Её про­стень­кая моги­ла нахо­дит­ся неда­ле­ко от под­но­жия раз­ру­шен­но­го клад­би­щен­ско­го храма.

Бого­угод­ным жити­ем и вели­ким хри­сти­ан­ским подви­гом бабуш­ка Вера яви­ла спа­си­тель­ную силу веры Божи­ей. Её житие – это воис­ти­ну доб­рый плод, при­не­сен­ный Богу на нашей зем­ле. И заме­ча­тель­ный для всех нас при­мер вели­кой люб­ви ко Гос­по­ду и испол­не­ния Хри­сто­ва Еван­ге­лия в жиз­ни про­сто­го человека.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки