“Русский взгляд” – конец света

“Русский взгляд” – конец света

(2 голоса5.0 из 5)

Пред­ла­га­ем ваше­му вни­ма­нию текст про­грам­мы “Рус­ский взгляд”, посвя­щен­ный эсха­то­ло­ги­че­ским ожиданиям.

В про­грам­ме при­ни­ма­ли участие:

Дмит­рий Глу­хов­ский, писатель
Миха­ил Шер­мат, тре­нер, мастер спор­та меж­ду­на­род­но­го класса
Алек­сей Све­то­зар­ский, про­фес­сор Мос­ков­ской духов­ной ака­де­мии, про­фес­сор богословия
Алек­сандр Егор­цев, журналист
Про­то­и­е­рей Павел Великанов

Еле­на Писа­ре­ва: Конец све­та насту­пит в мае это­го года, счи­та­ют 29 наших сооте­че­ствен­ни­ков, укрыв­ших­ся в пен­зен­ской землянке.

Вы смот­ри­те “Рус­ский взгляд”, я — Лена Писа­ре­ва, здравствуйте!

А сей­час — гости про­грам­мы “Рус­ский взгляд”. В нашей сту­дии — писа­тель Дмит­рий Глу­хов­ский. Дмит­рий, здравствуйте!

Дмит­рий Глу­хов­ский: Здравствуйте!

Еле­на Писа­ре­ва: Как вам кажет­ся, когда насту­пит конец света?

Дмит­рий Глу­хов­ский: Мне кажет­ся, что мож­но дышать глуб­же: в бли­жай­шее вре­мя ниче­го не будет. У каж­до­го из нас конец све­та будет свой, инди­ви­ду­аль­ный. Глу­по раз­мыш­лять о том, что ждет всё чело­ве­че­ство, пото­му что вряд ли кто-то из нас, при­сут­ству­ю­щих в сту­дии, заста­нет этот момент. На мой взгляд, мож­но расслабиться.

Еле­на Писа­ре­ва: Глу­по тра­тить на это свою жизнь?

Дмит­рий Глу­хов­ский: Глу­по тра­тить нер­вы и при­но­сить себя в жерт­ву, ожи­дая чего-то.

Еле­на Писа­ре­ва: Спа­си­бо. В сту­дии про­грам­мы “Рус­ский взгляд” наш сле­ду­ю­щий гость — спор­тив­ный тре­нер, реа­би­ли­ти­ру­ю­щий детей, попав­ших в сек­ты, Миха­ил Шер­мат. Миха­ил, как вам кажет­ся, когда насту­пит конец света?

МИХАИЛ ШЕРМАТМиха­ил Шер­мат: Все уже уста­ли слу­шать о кон­це све­та. Я пом­ню, перед Олим­пий­ски­ми игра­ми в 80‑м году тоже гово­ри­ли, что вско­ре насту­пит конец све­та. Я не верю в конец све­та. Я думаю, что после смер­ти есть про­дол­же­ние жиз­ни, как в Церк­ви гово­рят. Это моё мнение.

Еле­на Писа­ре­ва: Спа­си­бо. В сту­дии про­грам­мы “Рус­ский взгляд” — про­фес­сор Мос­ков­ской духов­ной ака­де­мии, про­фес­сор бого­сло­вия Алек­сей Светозарский.

Здрав­ствуй­те, Алек­сей Кон­стан­ти­но­вич! Как, по-ваше­му, когда насту­пит конец света?

Алек­сей Све­то­зар­ский: Неиз­вест­но когда. Никто это­го ска­зать точ­но не может. Не согла­шусь с кол­ле­га­ми: конец све­та будет все­об­щим, это будет итог чело­ве­че­ской исто­рии, и моей и нашей. Наша лич­ная чело­ве­че­ская исто­рия завер­шит­ся не нашей физи­че­ской смер­тью, а имен­но тогда. Это будет момент истины.

Еле­на Писа­ре­ва: Спа­си­бо! Сле­ду­ю­щий гость про­грам­мы “Рус­ский взгляд” — про­то­и­е­рей Павел Великанов.

Отец Павел, здрав­ствуй­те! У вас есть что доба­вить к сказанному?

Отец Павел: Я добав­лю толь­ко то, что Свя­щен­ное Писа­ние сви­де­тель­ству­ет о вре­ме­ни наступ­ле­ния кон­ца све­та. Когда люди уста­нут его ждать, тогда он и наступит.

Еле­на Писа­ре­ва: Спа­си­бо. В сту­дии — глав­ный герой про­грам­мы, жур­на­лист Алек­сандр Егорцев.

Алек­сандр Егор­цев: Здравствуйте.

Еле­на Писа­ре­ва: Я хочу пред­ста­вить Алек­сандра. Это наш кор­ре­спон­дент, кото­рый, как мне кажет­ся, явля­ет­ся одним из самых глав­ных спе­ци­а­ли­стов по этой теме. Он дав­но зани­ма­ет­ся про­бле­мой сект и снял очень мно­го репор­та­жей на эту тему. Саша, твоё мне­ние: какая ситу­а­ция сей­час в Пен­зен­ской области?

Алек­сандр Егор­цев: На вопрос, будет ли конец све­та, я могу задать толь­ко встреч­ный вопрос: «Суще­ству­ют ино­пла­не­тяне или нет?» НЛО суще­ству­ет? Есть ли жизнь на Мар­се, нет ли — нау­ке не извест­но. То же самое каса­ет­ся и кон­ца све­та. Конеч­но, он будет. Но когда?

Что каса­ет­ся пен­зен­ской ситу­а­ции, то для 29 чело­век, кото­рые зары­лись в зем­лян­ке, конец све­та может насту­пить уже в этом году. И даже не в мае, а гораз­до рань­ше, пото­му что, по сви­де­тель­ству спе­ци­а­ли­стов, у них там нахо­дят­ся бал­ло­ны с газом. Они уже несколь­ко меся­цев в тем­но­те под зем­лей. Навер­ня­ка воз­ни­ка­ют и пси­хо­ло­ги­че­ские кон­флик­ты. Не дай Бог, что­бы в резуль­та­те какой-то ссо­ры кто-то открыл газ! Тогда для них кон­крет­но конец све­та насту­пит гораз­до рань­ше, чем для нас всех.

Еле­на Писа­ре­ва: Давай­те каж­дый выска­жет свою точ­ку зре­ния на эту тему! Меня пора­зи­ло в этой исто­рии то, что эти люди не были адеп­та­ми ника­кой загра­нич­ной сек­ты. Мы так боя­лись в нача­ле 90‑х сект загра­нич­ных, ино­стран­ных! Но, ока­зы­ва­ет­ся, свя­тые отцы пре­ду­пре­жда­ли еще 100 лет назад, что угро­зу мож­но ждать изнут­ри нашей Церк­ви. Что это — рас­коль­ни­ки или про­сто груп­па сума­сшед­ших? Как к ним отно­сить­ся? Ведь это наши соотечественники!

Алек­сей Кон­стан­ти­но­вич, как вам кажется?

Алек­сей Све­то­зар­ский: Я пола­гаю, что это, к сожа­ле­нию, целая тен­ден­ция в нашей цер­ков­ной жиз­ни. Это как некий «парал­лель­ный мир», кото­рый сей­час фор­ми­ру­ет­ся под вли­я­ни­ем опре­де­лен­ной лите­ра­ту­ры и не без иску­ше­ния, пото­му что ждать кон­ца све­та гораз­до инте­рес­ней, чем ходить в боль­ни­цы, выно­сить суд­на, помо­гать боль­ным, бед­ным и т. д. По мое­му убеж­де­нию, эта тен­ден­ция фор­ми­ру­ет­ся под вли­я­ни­ем некой новой идео­ло­гии. И это толь­ко вер­хуш­ка айс­бер­га! Я думаю, что про­бле­ма гораз­до глубже.

Еле­на Писа­ре­ва: Отец Павел, ваше мнение?

Отец Павел: Меня насто­ра­жи­ва­ет, преж­де все­го, то, что люди ста­но­вят­ся объ­ек­том мани­пу­ли­ро­ва­ния. Надо разо­брать­ся, поче­му люди, кото­рые себя отно­сят к пра­во­слав­ным хри­сти­а­нам, к вер­ным чадам Церк­ви, вдруг ока­за­лись в оппо­зи­ции к ней. Я думаю, про­бле­ма, ско­рее все­го, не сколь­ко кон­ца све­та, сколь­ко в реаль­ной воцер­ко­в­лен­но­сти людей, кото­рые сего­дня назы­ва­ют себя пра­во­слав­ны­ми. Это очень серьез­ная внут­ри­цер­ков­ная про­бле­ма! И до тех пор, пока мы ее не решим, все вопро­сы будут вра­щать­ся вокруг ИИН, опре­де­ле­ния даты кон­ца све­та и мно­же­ства дру­гих слож­ных тем, кото­рые нахо­дят­ся на пере­се­че­нии рели­ги­оз­ной жиз­ни и жиз­ни в мире сем.

Еле­на Писа­ре­ва: В неко­то­рых мос­ков­ских при­хо­дах, где огром­ное коли­че­ство лите­ра­ту­ры, воз­мож­но­стей, где есть авто­ри­тет­ные духов­ни­ки, люди начи­на­ют счи­тать себя избран­ны­ми. У них появ­ля­ет­ся уве­рен­ность, что толь­ко они и спа­сут­ся. Како­ва при­чи­на это­го явления?

Отец Павел: Алек­сей Кон­стан­ти­но­вич абсо­лют­но пра­виль­но ска­зал, что посто­ян­но ходить в храм, испо­ве­до­вать­ся, забо­тить­ся о сво­их ближ­них — очень труд­но. А если еще вспом­нить о том, что запо­ведь номер один — это забо­та о «вто­рой поло­вине», кото­рая рядом с вами… Навер­ное, неко­то­рым людям гораз­до про­ще устро­ить себе такой вот «драйв по пол­ной про­грам­ме» и ска­зать: «Мы явля­ем­ся един­ствен­ны­ми хра­ни­те­ля­ми Пра­во­сла­вия! Это бла­го­да­ря нам Цер­ковь до сих пор еще не рух­ну­ла, хотя уже вот-вот упа­дет!» Они похо­жи на чело­ве­ка, кото­рый отправ­ля­ет­ся в пла­ва­ние один, но при этом уве­рен в том, что он ко все­му готов, на все спо­со­бен, все выдер­жит и спа­сет всех остальных.

Еле­на Писа­ре­ва: Да, и сам спасется!

Дмит­рий, а како­во ваше мне­ние о наших сооте­че­ствен­ни­ках, кото­рые зако­па­лись в землянки?

ДМИТРИЙ ГЛУХОВСКИЙДмит­рий Глу­хов­ский: Мне кажет­ся, здесь надо раз­ли­чать несколь­ко момен­тов. С одной сто­ро­ны, ниче­го ново­го в про­ис­хо­дя­щем нет. Каж­дые 10 лет, или даже чаще, в раз­ных точ­ках зем­но­го шара воз­ни­ка­ют сек­ты суи­ци­даль­ной направленности.

Еле­на Писа­ре­ва: Но эти люди себя при­чис­ля­ют к Рус­ской Пра­во­слав­ной Церкви!

Дмит­рий Глу­хов­ский: Какая раз­ни­ца, как они себя назы­ва­ют? Совер­шен­но ясно, что это сек­та. Такое было в Аме­ри­ке, в Корее — во мно­гих стра­нах мира. Ниче­го ново­го нет, это общая тен­ден­ция, и я не вижу, что­бы она как-то нарас­та­ла. Понят­но, что в пере­лом­ные момен­ты — либо свя­зан­ные с кален­дар­ны­ми дата­ми, как на рубе­же веков, либо из-за каких-то пере­мен в обще­стве — тре­вож­ность повы­ша­ет­ся, это пси­хо­ло­ги­че­ское явление.

Что же каса­ет­ся того, что эти люди при­чис­ля­ют себя к Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви, то Цер­ковь сама в этом вино­ва­та! Мне кажет­ся, что РПЦ сама по себе в доста­точ­ной сте­пе­ни про­во­ци­ру­ет людей. Как орга­ни­за­ция она, на мой взгляд, недо­ста­точ­но близ­ка к людям, доста­точ­но конъ­юнк­тур­на, пол­но­стью ком­пли­мен­тар­на с вла­стью, зави­си­ма от вла­стей. Кро­ме того, свя­щен­ни­ки часто при­ни­ма­ют уча­стие в свет­ских тусов­ках. Совсем недав­но Цер­ковь зани­ма­лась бес­по­шлин­ным импор­том алко­го­ля и сига­рет, что, в прин­ци­пе, явля­ет­ся доста­точ­ны­ми осно­ва­ни­я­ми для того, что­бы дове­рие у насе­ле­ния к ней было подорвано.

Еле­на Писа­ре­ва: Рус­ская Пра­во­слав­ная Цер­ковь состо­ит из совер­шен­но раз­ных людей. А люди-то отку­да вышли? Люди вышли из кон­крет­ной страны.

Отец Павел: Нель­зя судить обо всех сра­зу! Я, напри­мер, не зани­ма­юсь торговлей.

Дмит­рий Глу­хов­ский: Я вас ни в чем и не обви­няю. Тор­гов­лей зани­ма­ют­ся цер­ков­ные боссы.

Протоиерей Павел Великанов Отец Павел: Обви­няя всю Рус­скую Пра­во­слав­ную Цер­ковь, вы обви­ня­е­те в том чис­ле и меня.

Дмит­рий Глу­хов­ский: Когда кто-то из этих людей ездит на «Мер­се­де­сах», поль­зу­ет­ся услу­га­ми про­сти­ту­ток или зани­ма­ет­ся бес­по­шлин­ным импор­том сига­рет и алко­го­ля, отрав­ляя насе­ле­ние, я счи­таю, что это под­ры­ва­ет дове­рие к организации.

Еле­на Писа­ре­ва: Речь идет о под­ры­ве авторитета?

Дмит­рий Глу­хов­ский: О под­ры­ве авто­ри­те­та, разумеется.

Отец Павел: Сле­дуя вашей логи­ке, мож­но ска­зать: «Дру­зья мои, вы хоти­те узнать, что такое хри­сти­ан­ство? Посмот­ри­те на Иуду!»

Дмит­рий Глу­хов­ский: А на кого «посмот­ри­те»? На Пет­ра посмот­ри­те! Посмот­ри­те на кого угод­но! Я гово­рю о том, что есть объ­ек­тив­ные при­чи­ны для недоверия.

Отец Павел: Смот­ри­те на кого угод­но! Но не надо гово­рить, что Иуда явля­ет­ся лицом Церк­ви, хотя он и был выбран Христом.

Дмит­рий Глу­хов­ский: Есть объ­ек­тив­ные при­чи­ны того, что люди не верят РПЦ и ищут аль­тер­на­ти­ву, понимаете?

Алек­сандр Егор­цев: Дмит­рий, вы сей­час пере­ска­за­ли весь стан­дарт­ный набор обви­не­ний РПЦ, кото­рый исполь­зу­ют сек­тан­ты, когда зама­ни­ва­ют людей к себе в сети.

Дмит­рий Глу­хов­ский: Я объ­яс­няю вам мотивацию.

Алек­сандр Егор­цев: Да-да, очень похо­жая моти­ва­ция! Любой сек­тант, под­хо­дя к людям на ули­це и вер­буя их в ряды сво­ей сек­ты, гово­рит: «Вы посмот­ри­те на этих попов: тол­стые, на ино­мар­ках ездят, алко­го­лем тор­гу­ют…» Хотя дав­но уже никто не тор­гу­ет ни сига­ре­та­ми, ни алкоголем.

Те пра­во­слав­ные люди, кото­рые сей­час силь­но заин­те­ре­со­ва­лись кон­цом све­та и при­ше­стви­ем Анти­хри­ста, пере­ска­зы­ва­ют точ­но такой же набор обви­не­ний в адрес Церк­ви и ее иерар­хов: свя­щен­ни­ки — пло­хие, иерар­хи дру­жат с като­ли­ка­ми… Но никто не раз­би­ра­ет­ся в кон­кре­ти­ке! Они про­сто посмот­ре­ли свет­ские телерепортажи.

Какой вывод дела­ют пра­во­слав­ные люди, кото­рые пере­чи­та­ли ака­фи­стов дома, или слиш­ком пере­мо­ли­лись? Вывод такой, что вся Цер­ковь отпа­ла от Бога, и вер­ным оста­ет­ся толь­ко батюш­ка в нашем приходе.

Еле­на Писа­ре­ва: И в этот момент чело­век дума­ет, что он исклю­чи­тель­ный, что он что-то такое вдруг понял!

Александр Егорцев, журналистАлек­сандр Егор­цев: И, конеч­но, таким при­хо­жа­нам сра­зу при­хо­дит в голо­ву идея, что на них воз­ло­же­на вели­кая мис­сия — сохра­не­ние чисто­ты Пра­во­сла­вия и, соот­вет­ствен­но, спа­се­ния дру­гих. Что толь­ко в их при­хо­де с их свя­щен­ни­ком, истин­но пра­во­слав­ным батюш­кой, мож­но спа­стись. Отсю­да и воз­ни­ка­ют сек­тант­ские тен­ден­ции в Православии.

Я бы в сего­дняш­ней пере­да­че делал акцент не на сек­тант­ство. Поверь­те мне, как спе­ци­а­ли­сту: в сек­тах сей­час идея кон­ца све­та и при­ше­ствия Анти­хри­ста ото­шла на даль­ний план. Сек­ты про­сто дела­ют день­ги, вер­буя новых людей.

Еле­на Писа­ре­ва: Я как раз хоте­ла обра­тить­ся к Миха­и­лу. Мы забы­ли о том, что в Пен­зен­ской обла­сти стра­да­ют реаль­ные люди, в том чис­ле и дети. Ведь в той зем­лян­ке есть дети!

Миха­ил, у вас есть опыт рабо­ты с детьми, кото­рые постра­да­ли от сект. Что вы може­те рас­ска­зать про этих детей?

Миха­ил Шер­мат: Я зани­мал­ся реа­би­ли­та­ци­ей нар­ко­ма­нов, но один мой друг из пра­во­охра­ни­тель­ных орга­нов при­вел ко мне под­рост­ков, попав­ших в сек­ту. Эти дети гово­ри­ли о кон­це све­та. Я обал­де­ваю, когда еще доста­точ­но малень­кие дети гово­рят о таких вещах. Я им гово­рю: «Вы еще не успе­ли моро­же­но­го поесть как сле­ду­ет, а уже дума­е­те о кон­це света!»

Еле­на Писа­ре­ва: Меня инте­ре­су­ют кон­крет­ные чело­ве­че­ские судь­бы. Лег­ко ли чело­ве­ка, про­шед­ше­го через сек­ту, вер­нуть к обыч­ной жиз­ни? Насколь­ко я пони­маю, у таких детей поте­рян инте­рес к жиз­ни, к есте­ствен­ным дет­ским радостям.

Миха­ил Шер­мат: Я как-то столк­нул­ся с сек­тан­та­ми и их детьми. Мама этих детей не успе­ла дождать­ся кон­ца све­та и доб­ро­воль­но «ушла» под маши­ну. А дети оста­лись, живут у бабуш­ки, посколь­ку квар­ти­ра ото­бра­на эти­ми сек­тан­та­ми. Мы помо­га­ем с финан­со­вой сто­ро­ны, я зани­ма­юсь с эти­ми детьми пол­то­ра года. Пер­вые пол­го­да я думал, что, ско­рее все­го, я с ними рас­ста­нусь. Сей­час таких детей, постра­дав­ших от сект, у меня око­ло десятка.

Еле­на Писа­ре­ва: Саша, вопрос к тебе. Ты тоже очень мно­го общал­ся с детьми, кото­рые постра­да­ли от сект, в том чис­ле от сект, кото­рые гово­рят о кон­це све­та. Как мож­но реа­би­ли­ти­ро­вать тако­го ребенка?

Алек­сандр Егор­цев: Во-пер­вых, не обя­за­тель­но ребен­ка, а вооб­ще любо­го чело­ве­ка, попав­ше­го в зави­си­мость от сек­ты, реа­би­ли­ти­ро­вать крайне слож­но. На лич­ном опы­те мне при­хо­ди­лось вытас­ки­вать таких людей из сект и воз­вра­щать в нор­маль­ную свет­скую и цер­ков­ную жизнь. На то, что­бы одно­го чело­ве­ка вер­нуть к нор­маль­ной жиз­ни, ухо­ди­ли месяцы.

Это ведь не так, что ты сво­дил чело­ве­ка в храм на бесе­ду со свя­щен­ни­ком, потом дал ему книж­ку почи­тать, и он — моло­дец, все осо­знал. С чело­ве­ком при­хо­ди­лось бук­валь­но жить. У меня был слу­чай: что­бы вырвать одну девуш­ку из сек­ты, мне при­хо­ди­лось ее сажать на вело­си­пед и устра­и­вать еже­днев­ные марш-брос­ки на 70 кило­мет­ров по Под­мос­ко­вью, что­бы у нее не было ни мину­ты сво­бод­но­го вре­ме­ни на обще­ние с сек­тан­та­ми, на чте­ние их духов­ной «сиву­хи» и что­бы она физи­че­ски была заня­та и уста­ва­ла. И толь­ко потом, уже спу­стя год, я узнал, что она при­со­еди­ни­лась к Пра­во­слав­ной Церкви.

Я вни­ма­тель­но слу­шаю нашу бесе­ду, и мне кажет­ся, что мы дела­ем неболь­шую ошиб­ку, когда гово­рим о сек­тан­тах и сек­тах. Я сам лич­но потра­тил столь­ко лет на борь­бу с рели­ги­оз­ны­ми сек­та­ми. И это, конеч­но, хоро­шо, что сей­час зашла речь об опас­но­сти это­го явле­ния. Но, борясь с рели­ги­оз­ны­ми сек­та­ми, мы не заме­ти­ли, как в пра­во­слав­ной сре­де зре­ет сек­тант­ская пси­хо­ло­гия. Мож­но гово­рить о псев­до­пра­во­слав­ных сек­тах, о рас­коль­ни­че­ских тен­ден­ци­ях. Ведь не зря свя­щен­ни­ки в Пен­зен­ской обла­сти гово­ри­ли, что не назы­ва­ют пен­зен­ских сидель­цев сек­тан­та­ми, это новые раскольники.

И более того. Лад­но, пен­зен­ская ситу­а­ция слиш­ком про­во­ка­ци­он­на: у лиде­ра этой груп­пы, Пет­ра Куз­не­цо­ва, при­зна­но пара­но­и­даль­ное состо­я­ние. Но мне при­хо­ди­лось встре­чать­ся с совсем дру­ги­ми людь­ми, вполне нор­маль­ны­ми! Допу­стим, кон­крет­ный при­мер. Одна сту­дент­ка мос­ков­ско­го вуза — 5‑й курс, пра­во­слав­ная, воцер­ко­в­лен­ная — мне гово­рит: «Ой, ты зна­ешь, мне в мона­сты­ре ска­за­ли, что наста­ли послед­ние вре­ме­на! Надо ухо­дить из Моск­вы, бро­сать квар­ти­ру, выс­шее обра­зо­ва­ние, уже ско­ро конец све­та, Анти­христ дол­жен прийти!»

Еле­на Писа­ре­ва: Это не толь­ко в сре­де пра­во­слав­ных. Давай­те не будем забы­вать, что эта тема вооб­ще попу­ляр­на. Сколь­ко об этом сни­ма­ют филь­мов, сколь­ко книг написали!

Дмит­рий, у меня к вам про­во­ка­ци­он­ный вопрос. Обе ваши кни­ги свя­за­ны с апо­ка­лип­ти­че­ски­ми настро­е­ни­я­ми. Поче­му вами затро­ну­та эта тема?

Дмит­рий Глу­хов­ский: Мне это было инте­рес­но с твор­че­ской точ­ки зре­ния. У меня вышли две кни­ги. В «Мет­ро 2033» рас­ска­зы­ва­ет­ся о ско­рой ядер­ной войне, после которой
все живут в мет­ро. Это не конец све­та как тако­вой, пото­му что люди всё рав­но выжи­ва­ют. Я в конец све­та не очень-то верю, чест­но гово­ря. Хотя какие-то науч­ные иссле­до­ва­ния гово­рят, что сей­час веро­ят­ность ядер­но­го кон­флик­та, как ни пара­док­саль­но, выше, чем в 50–60‑е годы, на пике ядер­ной пара­нойи. Мне про­сто было инте­рес­но пред­ста­вить себе, как выгля­де­ла бы Москва и вооб­ще Рос­сия, как выгля­де­ла бы Зем­ля спу­стя 20 или 30 лет после ядер­ной вой­ны, кото­рую все так ждут, кото­рой все так боят­ся. И мос­ков­ское мет­ро пре­вра­ща­ет­ся в Ноев ков­чег, в кото­ром чело­ве­че­ство нахо­дит свое послед­нее при­ста­ни­ще. Для меня это было, имен­но с твор­че­ской точ­ки зре­ния, инте­рес­ной зада­чей — попы­тать­ся себе пред­ста­вить, как это может выглядеть.

Еле­на Писа­ре­ва: Да, но в «Сумер­ках» у вас Москва — это горо­да в пери­од рас­цве­та Апокалипсиса…

Дмит­рий Глу­хов­ский: Что каса­ет­ся «Суме­рек», то там — пред­две­рие Апо­ка­лип­си­са. «Сумер­ки» — это исто­рия чело­ве­ка, кото­рый пере­во­дит ста­рин­ные днев­ни­ки испан­цев, где пере­ска­зы­ва­ют­ся про­ро­че­ства индей­цев-майя. Этот чело­век утвер­жда­ет, что конец све­та гря­дет в наши дни. Зем­ле­тря­се­ния, ура­га­ны, навод­не­ния — всё, что мы с вами каж­дый день видим в ново­стях по теле­ви­зо­ру, — всё это зна­ме­ния гря­ду­ще­го Апокалипсиса.

Еле­на Писа­ре­ва: Но вы сами в это не верите?

Дмит­рий Глу­хов­ский: Если вы дочи­та­ли книж­ку до кон­ца, то зна­е­те, что там про­во­дит­ся парал­лель меж­ду чело­ве­че­ской жиз­нью, чело­ве­че­ским созна­ни­ем и Все­лен­ной. Чело­ве­че­ский разум и внут­рен­ний мир каж­до­го из нас при­рав­ни­ва­ет­ся по мас­шта­бам и зна­чи­мо­сти к целой Все­лен­ной. И конец све­та, кото­ро­го ждет один из пер­со­на­жей, ока­зы­ва­ет­ся все­го лишь смер­тью одно­го кон­крет­но­го чело­ве­ка, в чьем созна­нии он живет.

Опять же, это к тому, с чего я начал. Какой смысл боять­ся все­об­ще­го Апо­ка­лип­си­са, если для каж­до­го из нас наста­нет лич­ный Апо­ка­лип­сис, и про­изой­дет это в обо­зри­мом будущем?

Еле­на Писа­ре­ва: Дмит­рий, ваши про­ек­ты ком­мер­че­ски успеш­ны. Полу­ча­ет­ся, что есть повод вас упрек­нуть в некой спе­ку­ля­ции на теме кон­ца света?

Дмит­рий Глу­хов­ский: Вы зна­е­те, есть куда более ком­мер­че­ски инте­рес­ные темы. Куда инте­рес­ней сей­час писать о тусов­ках, о жиз­ни мене­дже­ров, о любов­ных при­клю­че­ни­ях, о нюха­нии кока­и­на в туа­ле­тах ноч­ных клу­бов! Есть целый ряд книг, кото­рый чудес­но про­да­ет­ся полу­мил­ли­он­ны­ми тира­жа­ми, хотя авто­ры ниче­го важ­но­го не про­по­ве­ду­ют, нико­го ни к чему не при­зы­ва­ют, а про­сто рас­ска­зы­ва­ют о том, как раз­вле­кать­ся людям, у кото­рых появи­лась зар­пла­та в 3–4 тыся­чи дол­ла­ров. И сей­час гораз­до более конъ­юнк­тур­но и мод­но писать на такие темы. А я рос на дру­гих филь­мах, в дет­стве любил фан­та­сти­ку, и лич­но мне эта тема про­сто инте­рес­на и близ­ка. Не пото­му, что я силь­но в это верю, а пото­му что мне про­сто была инте­рес­на и важ­на твор­че­ская зада­ча попы­тать­ся всё это пред­ста­вить и пере­не­сти в наши, зна­ко­мые каж­до­му, реалии.

Еле­на Писа­ре­ва: А какой отклик вы жде­те от читателя?

Дмит­рий Глу­хов­ский: В той или иной сте­пе­ни мои кни­ги — «Мет­ро 2033» в осо­бен­но­сти — мож­но вос­при­нять, как кни­ги-пре­ду­пре­жде­ния. Опи­сы­ва­ет­ся Москва после ядер­ной вой­ны, те усло­ви­ях, в кото­рых чело­ве­че­ству при­хо­дит­ся суще­ство­вать. И я доволь­но при­сталь­но сле­жу за реак­ци­ей чита­те­лей в интер­не­те. Очень часто они, осо­бен­но девуш­ки, гово­рят: «Боже мой, какой пре­крас­ный у нас мир! Как мы его мало ценим, и как страш­но его поте­рять!» И это пра­виль­но, но не это глав­ный посыл. Для меня в «Мет­ро 2033» было зада­чей сузить всю Все­лен­ную до мас­шта­бов наше­го мет­ро и пока­зать мет­ро как целый мир. А цен­траль­ная тема — как важ­но каж­до­му из нас пра­виль­но понять своё пред­на­зна­че­ние, пра­виль­но истол­ко­вать своё место и свою мис­сию в этом мире. Как важ­но понять это вовре­мя, и как страш­но упу­стить свой шанс.

Еле­на Писа­ре­ва: Очень часто гово­рят, что всё, что сей­час про­ис­хо­дит у нас в стране, и в мире, очень похо­же на то, что опи­сал Иоанн Бого­слов. Алек­сей Кон­стан­ти­но­вич, как понять, где здесь прав­да, а где неправда?

Алексей СветозарскийАлек­сей Све­то­зар­ский: Важ­но разо­брать­ся, что мы вкла­ды­ва­ем в поня­тие Апо­ка­лип­си­са. На самом деле, для нор­маль­но­го рели­ги­оз­но­го созна­ния ужас этих трех лет дол­жен оста­вать­ся на вто­ром плане. Пото­му что, на самом деле, «Апо­ка­лип­сис» — самая опти­ми­сти­че­ская кни­га. После него насту­па­ет абсо­лют­ная прав­да, абсо­лют­ная спра­вед­ли­вость, при­чем, спра­вед­ли­вость, рас­тво­рен­ная Божьим милосердием.

Еле­на Писа­ре­ва: Но огром­ное коли­че­ство людей чита­ют всё это с ужасом!

Алек­сей Све­то­зар­ский: Мы кон­цен­три­ру­ем­ся на этом ужа­сти­ке, но я счи­таю это извра­ще­ни­ем нор­маль­но­го рели­ги­оз­но­го сознания.

Что для меня Рус­ская Пра­во­слав­ная Цер­ковь? Это не РПЦ, а Рус­ская Пра­во­слав­ная Цер­ковь — моя мама, кото­рая боль­на. Это живой орга­низм, и там идут раз­ные про­цес­сы. Если моя мама боле­ет, я не буду ее в этом упре­кать, а поста­ра­юсь как-то ей помочь. Я счи­таю, что каж­дый из нас, кто состав­ля­ет цер­ков­ный орга­низм, дол­жен это сделать.

Алек­сандр абсо­лют­но прав, у нас есть явные эле­мен­ты сек­тант­ской пси­хо­ло­гии в цер­ков­ной жизни.

Еле­на Писа­ре­ва: Это наша наци­о­наль­ная особенность?

Алек­сей Све­то­зар­ский: Нет, не думаю. Это осо­бен­ность наше­го вре­ме­ни. Это неиз­беж­но, когда такая мас­са людей вхо­дит в Цер­ковь. Здесь мож­но про­ве­сти ана­ло­гию с IV веком. Мы видим явное паде­ние уров­ня цер­ков­ной жиз­ни, пото­му что веру­ю­щие кон­ца 70‑х и веру­ю­щие нача­ла 90‑х — это раз­ные люди. Они про­сто раз­ные по сво­ей пси­хо­ло­гии. Бла­жен­ный Авгу­стин гово­рил о сво­ем вре­ме­ни: «Я в ужа­се от того, что про­ис­хо­дит, но я верю, что про­мы­сел Божий, кото­рый при­вел людей к поро­гу Церк­ви, пове­дет их даль­ше к алта­рю». У него была такая надежда.

Взгляд хри­сти­а­ни­на все­гда опти­ми­сти­чен. Я думаю, что мы пере­жи­вем это иску­ше­ние. Сей­час мы столк­ну­лись с народ­ным эсха­то­ло­гиз­мом. Еще в 20‑е годы люди ложи­лись, накры­ва­лись сава­ном, гото­ви­ли гроб и жда­ли, что вот сей­час и про­изой­дет конец све­та, пото­му что рушил­ся при­выч­ный мир. Но сей­час-то ниче­го не рушит­ся! Сей­час при­чи­на непо­нят­на. Это болезнь, кото­рая, я счи­таю, тре­бу­ет дли­тель­но­го пери­о­да диагностики.

Алек­сандр Егор­цев: Ну, как же? Сей­час тоже всё рушится!

Еле­на Писа­ре­ва: Алек­сей Кон­стан­ти­но­вич, какие типич­ные заблуж­де­ния у людей, кото­рые ждут кон­ца све­та? Как они себе его представляют?

Алек­сей Све­то­зар­ский: Я пола­гаю, что глав­ное заблуж­де­ние заклю­ча­ет­ся в том, что люди пыта­ют­ся опре­де­лить какой-то срок. Как вот пен­зен­ские сидельцы.

Еле­на Писа­ре­ва: Но что им — делать боль­ше нече­го? Нуж­но кар­тош­ку сажать, нуж­но детей вос­пи­ты­вать, учить их… На све­те мас­са все­го интересного!

Алек­сей Све­то­зар­ский: Види­мо, это какая-то эле­мен­тар­ная рели­ги­оз­ная безграмотность.

Еле­на Писа­ре­ва: А поче­му ухо­дят под зем­лю? Это име­ет какие-то исто­ри­че­ские кор­ни, есть какой-то аналог?

Алек­сей Све­то­зар­ский: Мож­но ухо­дить под зем­лю, мож­но — в леса, мож­но сжи­гать самих себя. У нас мощ­ная тра­ди­ция в этом смыс­ле, начи­ная с XVII сто­ле­тия, с рус­ско­го рас­ко­ла. Несколь­ко рань­ше, в XV-XVI веках, была ересь жидов­ству­ю­щих, когда люди возо­мни­ли, что они могут вычис­лить конец све­та. Он была назна­чен на 1492 год.

Еле­на Писа­ре­ва: Эти люди в Пен­зен­ской обла­сти пред­став­ля­ют себе, что они его переждут?

Алек­сей Све­то­зар­ский: Это совер­шен­но невоз­мож­но! Уж чего не полу­чит­ся, того не полу­чит­ся. К сожа­ле­нию, люди пере­чи­та­ли этой «бла­го­че­сти­вой» лите­ра­ту­ры, набро­сив­шись на нее с голо­ду­хи. Навер­ное, отец Павел и Алек­сандр пом­нят вре­ме­на, когда нель­зя было купить Биб­лию. И вдруг — обвал лите­ра­ту­ры: все эти пред­ска­за­ния стар­цев, стар­чи­ков и т. д. В этом не так-то про­сто разобраться.

Алек­сандр Егор­цев: Одно вре­мя все хра­мы были зава­ле­ны не бого­слов­ской лите­ра­ту­рой, а цер­ков­ны­ми лист­ка­ми. Какая-нибудь ста­руш­ка обя­за­тель­но возь­мет листо­чек, что потонь­ше, а там — о кон­це света…

Алек­сей Све­то­зар­ский: И всё — она уже это про­чи­та­ла, ей осталь­ное не инте­рес­но! Ей не инте­рес­но, как отно­сить­ся к ближ­не­му, как отно­сить­ся к само­му себе, в кон­це кон­цов. Это уже всё неваж­но, пото­му что есть момент, от кото­ро­го про­сто мозг выно­сит, изви­ни­те. Всё, вот оно — конец све­та! И уже ниче­го не нужно.

Есть такое выра­же­ние: «Вой­на всё спи­шет». Вот это тот самый слу­чай. Мы отде­ли­лись от Церк­ви, мы про­по­ве­ду­ем какое-то безу­мие. А послед­ние вре­ме­на? Возь­ми­те дея­те­лей ран­не­го рус­ско­го рас­ко­ла. Чего там толь­ко не было! Миряне вен­ча­ли бра­ки и т. д.

Алек­сандр Егор­цев: Алек­сей Кон­стан­ти­но­вич, я с вами не согла­шусь. Сей­час у насе­ле­ния тоже есть хоро­шие при­чи­ны для апо­ка­лип­ти­че­ских ожи­да­ний. Во-пер­вых, сме­на тыся­че­ле­тий. Рубеж веков все­гда в исто­рии чело­ве­че­ства вос­при­ни­ма­ет­ся апокалиптически.

Алек­сей Све­то­зар­ский: Алек­сандр, но это вре­мя уже прошло!

Алек­сандр Егор­цев: Не совсем про­шло. Сме­на поли­ти­че­ских режи­мов, сме­на пре­зи­ден­тов, выбо­ры, ката­стро­фы, тер­ро­ризм, недав­няя война …

Еле­на Писа­ре­ва: И коли­че­ство инфор­ма­ции, кото­рую предо­став­ля­ют обо всем этом сред­ства мас­со­вой инфор­ма­ции. Ведь рань­ше тако­го не было!

Алек­сандр Егор­цев: Еще надо ска­зать «спа­си­бо» теле­ви­де­нию и кино. Хотя, во-пер­вых, нуж­но, конеч­но, «побла­го­да­рить» писа­те­лей-фан­та­стов. Зна­ме­ни­тые филь­мы-ката­стро­фы «Армаг­ге­дон», «После­зав­тра» — в прин­ци­пе, это ведь не плод боль­но­го вооб­ра­же­ния писа­те­лей и авто­ров сце­на­ри­ев. Это всё осно­ва­но на реаль­ных пред­по­сыл­ках. СМИ сей­час часто сооб­ща­ют о воз­мож­ном столк­но­ве­нии с асте­ро­и­дом, о рис­ке гло­баль­но­го потеп­ле­ния, кото­рые чре­ва­ты кон­цом све­та. Ну, и доба­вим мисти­ку, вспом­ним зна­ме­ни­тый бое­вик «Миньон» с Доль­фом Лунд­гре­ном и мно­гие дру­гие, где пока­зы­ва­ет­ся, как на зем­ле вопло­тил­ся Анти­христ и насту­пи­ла власть Анти­хри­ста. Люди смот­рят эти филь­мы и посте­пен­но начи­на­ют про­ни­кать­ся апо­ка­лип­ти­че­ски­ми страхами.

Еле­на Писа­ре­ва: Но Дмит­рий ска­зал, что, наобо­рот, неко­то­рые его чита­те­ли после про­чте­ния его кни­ги поня­ли, как хоро­шо жить. Дмит­рий, как вы себе пред­став­ля­е­те конец све­та? Когда вы писа­ли кни­гу, как вы себе его пред­став­ля­ли? Коме­та, гло­баль­ное потеп­ле­ние, инопланетяне?

Дмит­рий Глу­хов­ский: У нас очень мно­го сце­на­ри­ев. Вопрос в том, спрос рож­да­ет пред­ло­же­ния или пред­ло­же­ние рож­да­ет спрос? Мне кажет­ся, людям во все вре­ме­на, от Иоан­на Бого­сло­ва и до наших дней было инте­рес­но пред­ста­вить себе Послед­нюю Бит­ву. Послед­няя Бит­ва и конец све­та есть прак­ти­че­ски в каж­дой мифо­ло­гии, в каж­дой фило­со­фии и рели­гии. Людям инте­рес­но, им хочет­ся себе это представить.

Мне кажет­ся, что любо­го чело­ве­ка ничто так не заво­ра­жи­ва­ет, как зача­тие, рож­де­ние и смерть, что вполне укла­ды­ва­ет­ся во фрей­дист­скую фило­со­фию. Это, соб­ствен­но, и есть цен­траль­ные собы­тия в жиз­ни каж­до­го живо­го суще­ства. И поэто­му рож­де­ние галак­тик и гибель миров — про­сто пере­нос этих извеч­ных тем, кото­рые тре­во­жат любо­го чело­ве­ка и любое живое суще­ство, на галак­ти­че­ский мас­штаб. И по зача­ро­вы­ва­ю­щей силе ничто не может срав­нить­ся с идей о кон­це света!

Еле­на Писа­ре­ва: Когда умест­но и нуж­но об этом думать?

Отец Павел: А давай­те пред­ста­вим себе такую ситу­а­цию. Собор Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви вдруг во все­услы­ша­ние заяв­ля­ет: «Доро­гие бра­тия и сест­ры, мы абсо­лют­но точ­но зна­ем, что кон­ца све­та до 2012 года не будет. Гаран­ти­ру­ем на 100%! Отме­ня­ет­ся конец све­та». Вы пони­ма­е­те, насколь­ко было бы про­ще общать­ся с этой Цер­ко­вью? Есте­ствен­но, госу­дар­ству будет гораз­до про­ще во всех отно­ше­ни­ях общать­ся с такой Цер­ко­вью, кото­рая заяви­ла, что до 2012 года мы стро­им — что? Мы стро­им Цар­ство Небес­ное в Рос­сии. Мы стро­им Тре­тий Рим. Чет­вер­то­му, понят­но, не бывать, но нам и Тре­тье­го будет доста­точ­но. А в 2011 году мы еще раз собе­рем Все­мир­ный Собор и ска­жем, что у нас еще впе­ре­ди пяти­лет­ка, или 10, или 20 лет.

Я пол­но­стью раз­де­ляю оза­бо­чен­ность Алек­сандра: у нас есть опре­де­лен­ный крен в эту сто­ро­ну. Может быть, мы не до кон­ца его осо­зна­ем. Мы хотим ска­зать, что Цер­ковь, конеч­но, верит и мы все верим и в Бога-Отца, Бога-Сына и, Бога-Духа Свя­то­го, но самых послед­них стро­чек в Новом Заве­те луч­ше бы не было. Если мы посмот­рим вни­ма­тель­но на тво­ре­ния свя­тых отцов, то там чер­ным по бело­му напи­са­но: «Живи так, как если б ты на этой зем­ле соби­рал­ся про­жить еще тыся­чу лет, но по душе сво­ей будь готов в эту же ночь пред­стать перед Богом». Имен­но об этом — все вечер­ние молит­вы. Гово­рить о том, что эсха­то­ло­ги­че­ское чая­ние в Пра­во­слав­ной Церк­ви явля­ет­ся ненор­маль­ным, — это то же самое, что отри­цать боже­ствен­ность Хри­ста. Поэто­му здесь надо очень чет­ко пони­мать, о какой имен­но эсха­то­ло­гии идет речь.

Как раз в отно­ше­нии пен­зен­ских сидель­цев, хоте­лось бы еще заме­тить вот что. Пред­ставь­те этих же самых людей, кото­рые не сде­ла­ли бы все­го лишь одной вещи — не ушли бы под зем­лю. Они так же сиде­ли бы в сво­их домах, жили тем же самым укла­дом жиз­ни, кото­рый у них сфор­ми­ро­вал­ся, ходи­ли бы в ту же самую цер­ковь. Никто бы во веки веков про них бы не узнал и не вспом­нил. И в то же самое вре­мя мы пре­крас­но пони­ма­ем, что подоб­ных при­ме­ров у нас не один, не два, не десять, даже не пять­де­сят и ни сто. Я думаю, прак­ти­че­ски на любом при­хо­де мож­но най­ти несколь­ко чело­век, кото­рые будут жить эсха­то­ло­ги­че­ски­ми чая­ни­я­ми. И пони­ма­е­те, в чем здесь вся опас­ность? Если мы ска­жем: «Ах, ты ждешь вто­ро­го при­ше­ствия Хри­сто­ва? Пшел вон из Церк­ви!» — то с это­го само­го момен­та ста­нем сто­про­цент­ны­ми вра­га­ми Христу.

Еле­на Писа­ре­ва: Отец Павел, очень сму­ща­ет вопрос, а при­ше­ствия ли Хри­ста ждут такие люди? Такое ощу­ще­ние, что они ждут Антихриста.

Отец Павел: В отно­ше­нии пен­зен­ских сидель­цев мне слож­но ска­зать, я сам там не был. Но в отно­ше­нии апо­ка­лип­ти­че­ских чая­ний, напри­мер, сре­ди мона­ше­ства, совер­шен­но оче­вид­но, что конеч­но же, они ждут чаще все­го Хри­ста. Мож­но объ­яс­нить, поче­му момент апо­ка­лип­ти­че­ский, момент про­ти­во­сто­я­ния злу явля­ет­ся очень при­вле­ка­тель­ным. Дей­стви­тель­но, как ска­зал Алек­сей Кон­стан­ти­но­вич, это момент исти­ны, это момент акту­а­ли­за­ции добра перед лицом зла. У нас есть опре­де­лен­ная внут­рен­няя немощь, мы посто­ян­но раз­ма­зы­ва­ем­ся по гори­зон­та­ли, по поверх­но­сти. И для того, что­бы нас собрать, Цер­ковь нам помо­га­ет. Каким обра­зом? Она устра­и­ва­ет посты, созда­ет нам про­бле­му в жиз­ни, она устра­и­ва­ет дру­гие про­бле­мы в жиз­ни тем, что уста­нав­ли­ва­ет какие-то кано­ны, жест­кие пра­ви­ла. И одним из этих пре­де­лов явля­ет­ся как раз напо­ми­на­ние о том, что мы на этой зем­ле веч­но жить не будем. Бла­го­да­ря это­му мы несколь­ко собираемся.

Напри­мер, чело­век реша­ет всю жизнь посвя­тить Хри­сту, ухо­дит в мона­стырь, дела­ет пер­вый, самый круп­ный шаг по направ­ле­нию к при­ше­ствию Хри­сто­ву. Он отре­ка­ет­ся от все­го ради Хри­ста. И для него при­ше­ствие Хри­ста чем ско­рее, тем желан­нее. Чем бли­же при­ше­ствие Хри­сто­во, тем бли­же его избав­ле­ние, тем бли­же итог всей его жиз­ни, гру­бо гово­ря, все­го того капи­та­ла, кото­рый он вкла­ды­ва­ет в свой подвиг. Так вот, апо­ка­лип­ти­че­ский момент явля­ет­ся очень при­вле­ка­тель­ным, пото­му что перед лицом зла чело­ве­ку гораз­до про­ще собрать­ся. И я с вами пол­но­стью согла­сен: если сего­дня вни­ма­тель­но, спо­кой­но и бес­при­страст­но посмот­реть, что про­ис­хо­дит в мире, какие общие тен­ден­ции, то никак нель­зя ска­зать, что всё заме­ча­тель­но и пре­крас­но. Про­блем очень много!

И, конеч­но, здесь всё зави­сит от того, что будет про­ис­хо­дить внут­ри чело­ве­ка. В этой про­бле­ме есть мно­го раз­лич­ных гра­ней, и надо пони­мать, что все эти гра­ни вхо­дят в живую плоть живо­го веру­ю­ще­го серд­ца. Поэто­му я бы при­звал к акку­рат­но­сти и осто­рож­но­сти. В лице пен­зен­ских сидель­цев есть край­ность, кото­рая, есте­ствен­но, не может не вызы­вать наше­го пори­ца­ния. Но у нас есть и пря­мо про­ти­во­по­лож­ная край­ность, кото­рая не менее опасна.

Еле­на Писа­ре­ва: Спа­си­бо, отец Павел. Еще один вопрос к Саше. Встре­чал ли ты в сво­ей прак­ти­ке людей, нахо­дя­щих­ся в лоне Пра­во­слав­ной Церк­ви, но все-таки дохо­див­ших до эсха­то­ло­ги­че­ских настро­е­ний, кото­рые, как нам кажет­ся, боль­ше харак­тер­ны для сектантов?

Алек­сандр Егор­цев: Встре­чал, при­чем нема­ло. Сей­час я зани­ма­юсь как раз темой псев­до­пра­во­слав­ных сект.

Вспо­ми­наю яркий слу­чай. Несколь­ко лет назад ко мне обра­ти­лись жур­на­ли­сты с дру­го­го теле­ка­на­ла и попро­си­ли помочь най­ти про­пав­шую без вести девуш­ку. Мне дали фото­гра­фию этой девуш­ки, это была Катя Афо­ни­на, сту­дент­ка Архи­тек­тур­но­го инсти­ту­та в Ниж­нем Нов­го­ро­де. Она уеха­ла из Ниж­не­го Нов­го­ро­да на экс­кур­сию в Моск­ву и про­па­ла без вести. Год ее мать ниче­го о ней не зна­ла. Я попро­бо­вал «про­бить» по сво­им кана­лам, по сво­им свя­зям эту девушку.

Мы объ­ез­ди­ли ряд мос­ков­ских при­то­нов, обща­лись с сотруд­ни­ка­ми уго­лов­но­го розыс­ка, пока­зы­ва­ли им фото­гра­фию… Никто ниче­го не знал о Кате. Мы пред­по­ло­жи­ли, что если ее насиль­но не захва­ти­ли в какой-то бор­дель, то, ско­рей все­го, она попа­ла в некую псев­до­пра­во­слав­ную сек­ту. Мы даже при­мер­но дога­ды­ва­лись, что это была за сек­та – «сек­та Пет­ра». Но как най­ти эту девушку?

И вдруг во вре­мя съем­ки на одном из митин­гов я слу­чай­но, по фото­гра­фии, ее узнал. Дей­стви­тель­но, на ней была пра­во­слав­но­го типа длин­ная юбка, пла­ток… Я подо­шел к этой девуш­ке и спро­сил: «Вы Катя?» Она так испу­ган­но отве­ча­ет: «Да». Я гово­рю: «Катя, вас ждет ваша мать в Ниж­нем Нов­го­ро­де». Тут она испу­га­лась и бро­си­лась от меня уди­рать в метрополитен.

Через три дня мне позво­ни­ли из мили­ции и ска­за­ли, что задер­жан­ная из-за отсут­ствия мос­ков­ской реги­стра­ции Ека­те­ри­на Афо­ни­на нахо­дит­ся сей­час в отде­ле­нии мили­ции, мол, при­ез­жай­те сами и сооб­щи­те ее мате­ри. Ну, мы при­е­ха­ли, бесе­до­ва­ли с этой девуш­кой где-то часа три. Наши догад­ки под­твер­ди­лись, она попа­ла имен­но в «сек­ту Пет­ра». Это под­поль­ная, закон­спи­ри­ро­ван­ная сек­та, кото­рая нигде не заре­ги­стри­ро­ва­на. Катя пере­ска­за­ла весь бред, кото­ро­му учит лидер этой сек­ты: что в Мос­ков­ской Пат­ри­ар­хии и в Рус­ской Пра­во­слав­ной Церк­ви уже бла­го­да­ти нет, тол­стые свя­щен­ни­ки бла­го­да­ти не име­ют, про­дук­ты из мага­зи­нов есть нель­зя — они отрав­ле­ны, воду из под кра­на пить нель­зя, пото­му что эта вода мерт­вая. И что нуж­но ски­тать­ся без пас­пор­та по каким-то под­поль­ным квартирам.

Я посмот­рел на ее руки, на ее паль­цы, на ее фигур­ку. На фото­гра­фии она вся пышет здо­ро­вьем, такая сим­па­тич­ная, пух­лень­кая, буду­щая неве­ста, жена, мать. Тут же, в отде­ле­нии мили­ции, пере­до мной сидел узник Освен­ци­ма: тон­кие тря­су­щи­е­ся паль­цы, бега­ю­щий взгляд, запав­шие гла­за… Я попы­тал­ся с ней гово­рить, но понял, что чело­век абсо­лют­но закрыт, насто­я­щий зом­би. Мы, конеч­но, с сотруд­ни­ка­ми мили­ции сда­ли девуш­ку на руки ее мате­ри, и, воз­мож­но, они уеха­ли обрат­но в Ниж­ний Нов­го­род. Ее даль­ней­шая судь­ба мне неиз­вест­на. Но если с ней не про­ве­ли серьез­ней­шей рабо­ты опыт­ные пси­хо­ло­ги, а, воз­мож­но, и пси­хи­ат­ры, опыт­ные свя­щен­но­слу­жи­те­ли, то думаю, что эта девуш­ка сей­час опять где-нибудь бомжует.

Еле­на Писа­ре­ва: Саша, а вооб­ще ведет­ся ли какая-нибудь борь­ба с сек­та­ми и орга­ни­за­ци­я­ми, кото­рые экс­плу­а­ти­ру­ют тему кон­ца света?

Алек­сандр Егор­цев: Тему кон­ца све­та, если гово­рить о сек­тах, экс­плу­а­ти­ро­ва­ли, преж­де все­го, Сви­де­те­ли Иего­вы. Они назна­ча­ли точ­ные даты кон­ца све­та — на конец XIX века, потом на нача­ло пер­вой миро­вой вой­ны, потом в сере­дине XX века. Потом иего­ви­сты сами запу­та­лись в сво­их про­ро­че­ствах, и сей­час они, по-мое­му, дока­зы­ва­ют, что вто­рое при­ше­ствие Хри­ста уже насту­пи­ло, но невидимо.

Меня боль­ше бес­по­ко­ит не сек­тант­ский вопрос, а вопрос апо­ка­лип­ти­че­ской тре­во­ги в рядах рус­ско­го пра­во­слав­но­го наро­да. Преж­де все­го этим апо­ка­лип­ти­че­ским чая­ни­ям под­вер­же­ны люди мало­об­ра­зо­ван­ные, обыч­но из глу­хих дере­вень, люди с раз­лич­ны­ми нев­ро­за­ми. Я могу утвер­ждать на осно­ва­нии мно­гих лич­ных наблю­де­ний, что пси­хо­ло­гию кон­ца све­та актив­но про­па­ган­ди­ру­ют люди пси­хо­па­ти­че­ские, с погра­нич­ны­ми состо­я­ни­я­ми психики.

Миха­ил Шер­мат: Не совсем согла­сен с Сашей. Мы заби­ра­ли из сек­ты вполне нор­маль­ных детей, роди­те­ли кото­рых живут на Рублевке.

Еле­на Писа­ре­ва: Алек­сей Кон­стан­ти­но­вич, вы соглас­ны с утвер­жде­ни­ем Саши?

Алек­сей Све­то­зар­ский: Я думаю, что сре­ди озна­чен­но­го кон­тин­ген­та есть нема­ло обра­зо­ван­ных людей, хотя бы внешне.

Еле­на Писа­ре­ва: Как чело­ве­ку, кото­рый счи­та­ет себя пра­во­слав­ным, защи­тить­ся от тако­го апо­ка­лип­ти­че­ско­го настроения?

Алек­сей Све­то­зар­ский: Я согла­сен с отцом Пав­лом, что апо­ка­лип­ти­че­ское настро­е­ние при­су­ще наше­му пра­во­слав­но­му миро­воз­зре­нию. Но есть момен­ты совер­шен­но недопустимые!

Еле­на Писа­ре­ва: Я име­ла в виду непра­виль­ное пони­ма­ние Апокалипсиса.

Алек­сей Све­то­зар­ский: Для нас, цер­ков­ных людей, есть про­стые кри­те­рии. Вот есть у нас бла­го­сло­ве­ние Пат­ри­ар­ха и не-бла­го­сло­ве­ние Пат­ри­ар­ха. И я пола­гаю, что нам сле­ду­ет боль­ше при­слу­ши­вать­ся к этим оцен­кам. Дру­гое дело, что они не все­гда зву­чат, согла­сен. Хоте­лось бы, что­бы была чет­кая, ясная, офи­ци­аль­ная оцен­ка этих вещей.

Алек­сандр Егор­цев: Алек­сей, я все-таки вынуж­ден ска­зать про свой лич­ный опыт. У меня есть зна­ко­мые сту­ден­ты, кото­рые гово­рят, что сей­час нуж­но ухо­дить в леса, семью заво­дить уже позд­но — послед­ние вре­ме­на наста­ли, детей рожать не нуж­но, ниче­го не нужно…

И, мне кажет­ся, очень важ­но, какой у тебя духов­ный настав­ник. Вы гово­ри­те, что чело­век дол­жен жить сво­им мне­ни­ем. Но моё лич­ное мне­ние не воз­ни­ка­ет из ниот­ку­да, а фор­ми­ру­ет­ся под воз­дей­стви­ем моих учи­те­лей — педа­го­гов, духов­ных настав­ни­ков. И я бла­го­да­рен сво­им духов­ни­кам, кото­рые меня научи­ли прин­ци­пу: «Делай, что долж­но, и будь что будет».

А об ожи­да­ни­ях кон­ца све­та, я хочу ска­зать послед­нее. Вопро­сы ИНН и штрих-кодов сму­ща­ли и меня. Я был одним из пер­вых жур­на­ли­стов, кто сде­лал репор­таж в защи­ту рабо­че­го в Яро­слав­ле. Это была извест­ная исто­рия, когда­ра­бо­че­го уво­ли­ли с заво­да за то, что он отка­зал­ся под­пи­сать заяв­ле­ние об ИНН. Но впо­след­ствии дви­же­ние про­тив ИНН вырос­ло в анти­цер­ков­ную идею. Для меня самым глав­ным авто­ри­те­том явля­ет­ся теперь покой­ный ста­рец отец Иоанн Кре­стьян­кин. Я вни­ма­тель­но изу­чил его посла­ние. Он еще тогда, несколь­ко лет назад, пред­чув­ство­вал опас­ность духов­но­го бро­же­ния в Пра­во­слав­ной Церк­ви. Но это отец Иоанн Кре­стьян­кин. А как же быть той ста­руш­ке, кото­рая пере­жи­ла самые тяже­лые годы гоне­ний, сохра­ни­ла вер­ность Хри­сту и Церк­ви, и вот теперь ей заяв­ля­ют, что Цер­ковь — без бла­го­да­ти, Пат­ри­ар­ха слу­шать не надо? И она, мож­но ска­зать, уже при жиз­ни почти свя­тая, муче­ни­ца, ухо­дит из Церк­ви в рас­кол и духов­но поги­ба­ет. Это пре­ступ­ле­ние! И самое, навер­ное, глав­ное, что гово­рил отец Иоанн Кре­стьян­кин: «Бой­тесь цер­ков­но­го рас­ко­ла!» Неза­ви­си­мо от того, какие духов­ни­ки, какие свя­щен­ни­ки, все-таки сохра­нить вер­ность Церк­ви — это самое главное.

Еле­на Писа­ре­ва: Спа­си­бо, Саша! Я хочу, что­бы в заклю­че­нии про­грам­мы отец Павел обра­тил­ся к теле­зри­те­лям и поста­вил точ­ку в нашем спо­ре об Апокалипсисе.

Отец Павел: Вы зна­е­те, хри­сти­ан­ство — и осо­бен­но Пра­во­сла­вие — все­гда не про­сто удив­ля­ет, оно ино­гда пуга­ет сво­ей сво­бо­дой. И не надо пытать­ся пре­вра­тить Рус­скую Пра­во­слав­ную Цер­ковь в еще одну тота­ли­тар­ную сек­ту, кото­рая ска­жет, что зав­тра кон­ца све­та не будет. Надо пони­мать, что в Церк­ви есть мно­го орга­нов, и слу­же­ние этих орга­нов тоже очень раз­лич­но. Есть руки, есть ноги, есть голо­ва, есть иерархия.

Я бы срав­нил тех людей, кото­рые напря­жен­но ждут испол­не­ния вре­мен, с нерв­ной систе­мой. Такой чело­век без кожи всё очень ост­ро ощу­ща­ет. С дру­гой сто­ро­ны, это мож­но срав­нить с иммун­ной систе­мой. Если мы чув­ству­ем, что у наше­го тела ненор­маль­ная тем­пе­ра­ту­ра, что его лихо­ра­дит, что с ним про­ис­хо­дит что-то ненор­маль­ное, — зна­чит, не всё так пло­хо. Пото­му что если его лихо­ра­дит, зна­чит, есть что лихо­ра­дить, зна­чит, моя иммун­ная систе­ма вовсю вклю­ча­ет­ся в этот про­цесс борь­бы. Для чего? Для того, что­бы выявить эту зара­зу и отторг­нуть от себя!

Так вот, тот момент, когда мы чув­ству­ем, что вме­сте с этой зара­зой оттор­га­ем­ся мы сами от тела Церк­ви, и явля­ет­ся тем пре­де­лом, той гра­ни­цей, кото­рую пере­сту­пать нель­зя. И мне очень бы хоте­лось обра­тить­ся и к нашим зри­те­лям, и ко всем людям, от кого зави­сит обще­ствен­ное мне­ние: не руби­те сук, на кото­ром сиди­те! Не надо пре­вра­щать Цер­ковь в некую свет­скую систе­му, оче­ред­ную мир­скую орга­ни­за­цию со все­ми ее немо­ща­ми, поро­ка­ми и всем прочим!

Если бы в Церк­ви это было цен­тром, тем стерж­нем, на кото­ром всё дер­жит­ся, она дав­ным-дав­но про­сто исчез­ла бы, уни­что­жив сама себя. Цен­тром в Церк­ви явля­ет­ся Хри­стос, реаль­но при­сут­ству­ю­щий и посто­ян­но пита­ю­щий. Бла­го­дать, кото­рая пода­ет­ся, ухо­дит, как в песок, в нашу чело­ве­че­скую гре­хов­ность, в нашу невер­ность Хри­сту. Но она сно­ва и сно­ва воз­об­нов­ля­ет­ся, вра­чу­ю­щая, неоску­де­ва­ю­щая, вос­пол­ня­ю­ща­я­ся. Так вот, дер­жи­тесь обе­и­ми рука­ми за реаль­но ощу­ща­е­мое, за реаль­но суще­ству­ю­щее тело Хри­сто­во! Тем самым вы уже буде­те про­ти­во­сто­ять при­ше­ствию Антихриста.

У Евге­ния Тру­бец­ко­го есть заме­ча­тель­ная мысль. Он пишет, что когда мы отка­зы­ва­ем­ся от борь­бы за этот мир, тем самым мы отда­ем его во власть Анти­хри­ста. Как толь­ко мы реша­ем, что здесь, на зем­ле, делать нече­го, надо ухо­дить в леса, в под­зе­ме­лья, мы на блю­деч­ке под­но­сим наш мир Анти­хри­сту и гово­рим: «Пожа­луй­ста! Наше­го уча­стия здесь нет, наше­го при­сут­ствия здесь нет. Никто вас здесь с бро­ней, щита­ми и меча­ми не встре­тит. Город уже остав­лен для того, что­бы в него вошел враг». Вот это, мне кажет­ся, преж­де все­го надо понимать!

Еле­на Писа­ре­ва: К сожа­ле­нию, мы долж­ны закан­чи­вать. Спа­си­бо, отец Павел!

«Жить надо сей­час». Давай­те закон­чим нашу сего­дняш­нюю про­грам­му эти­ми сло­ва­ми отца Иоан­на Крестьянкина!

Источ­ник: жур­нал “Фома”

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.

1 Комментарий

  • Аноним, 19.12.2012

    Моё мне­ние о кон­це све­та таково:“Это про­ис­ки все­мир­ной тор­го­вой организации,для того,что-бы их зале­жав­ши­е­ся прод.товары пошли на УРА”.

    Ответить »
Размер шрифта: A- 16 A+
Цвет темы:
Цвет полей:
Шрифт: Arial Times Georgia
Текст: По левому краю По ширине
Боковая панель: Свернуть
Сбросить настройки